Чтение онлайн

Он немедленно принялся выкрикивать приказы команде, а я сказал принцу:

— Здесь мои поиски уже закончены. Разумеется, история готов не может относиться к более ранним временам, чем те, о которых нам рассказала безумная старая Хилдр. Мне больше нет дела до этого Гуталанда, Скандии и холодного Крайнего Севера. Я ценю твою смелость, юный Фридо, но путешествовать зимой пешком довольно трудно даже и не в таких богом проклятых местах, как эти. Я не стану рисковать твоим здоровьем, не хватало еще, чтобы твоя мать переломала мне ребра.

Наступила короткая пауза. Близился момент, когда я должен был совершить грех, преступив законы как родства, так и гостеприимства. Каким бы отдаленным ни было родство между мной и королевой Гизо, я был готов изменить ему. Как бы неприязненно поначалу она ни встретила меня, однако все-таки проявила гостеприимство, а я готовился отплатить за него предательством. Однако у меня еще была надежда, что сам принц Фридо не позволит мне этого сделать.

Наконец он спросил:

— А каковы твои дальнейшие планы, сайон Торн?

— Отправлюсь на юг, — ответил я безмятежно, но стараясь тщательно подбирать слова. — Присоединюсь к королю Теодориху. Затем отправлюсь сражаться вместе с ним… и с твоим королем-отцом… когда начнется война.

— Как же, интересно, ты отправишься на юг? Река Висва не вскроется ото льда еще целых два месяца.

— Акх, у меня прекрасный конь. Путешествовать зимой верхом не слишком тяжело.

Снова наступила пауза. И снова я ждал.

Фридо произнес с надеждой в голосе:

— У меня тоже хорошая лошадь.

Я позволил его словам повиснуть в воздухе на какое-то время, а затем сказал, совсем не строго:

— Ты никак собираешься ослушаться приказа своей матери?

— Но, сайон…ты ведь сам сказал…война — это дело отцов и сыновей, а не матерей. Я так и скажу ей, прямо в лицо, а затем…

— Постой, Фридо. Вовсе ни к чему лезть на рожон. Надо быть похитрее. — Желая осуществить свой замысел, я не мог действовать в открытую, потому что видел, как мальчик пасует в присутствии этой властной женщины. — У нас есть с собой все необходимое для путешествия. Когда мы причалим в Поморье, тебе надо лишь приказать одному из сопровождающих тебя стражников пойти и привести наших оседланных коней. Пусть они думают, будто ты желаешь с триумфом прибыть во дворец. Мы погрузим наши вьюки на коней и… просто поскачем галопом из города.

— Значит, ты возьмешь меня с собой? — воскликнул он, просияв.

— Да. С нетерпением предвкушаю, как передам тебя с рук на руки твоему отцу-королю. Так и произойдет, если только мы не нарвемся на засаду. Твоя королева-мать обязательно отправит за нами своих стражников.

— Акх! — Он презрительно рассмеялся. — Мы с тобой легко сможем ускакать от этих тупых, вечно брюзжащих стариков, которые только и делают, что играют в кости и наливаются пивом! Правда, друг Торн?

— Правда, друг Фридо! — сказал я и хлопнул его по плечу.

Улыбка мальчика стала еще шире, когда он указал вверх:

— Видишь? Знак доброго авгура.

Впервые за все время путешествия свинцовые облака разошлись, открыв клочья прозрачного голубого неба, и солнечные лучи устремились вниз, золотя скалы Гуталанда, палубу, на которой мы стояли, и ледяные торосы вокруг. Команда поставила паруса на обе высокие мачты, полотнища затрепетали на ветру, ткань засверкала золотом в лучах солнца, и корабль весело помчался вперед, словно ему тоже не терпелось вернуться на юг.

Той же ночью, когда Гуталанд снова скрылся за горизонтом, имело место еще одно знамение, которое я посчитал бы дурным, если бы только вообще верил во все эти приметы. Небо к тому времени уже совершенно очистилось от грязно-серых облаков, стало темно-синим, высоким, полным сверкающих звезд. Корабль несся по ветру на всех парусах, оставляя за собой на мрачной поверхности Сарматского океана волны и жемчужно-белую пену; мы держали курс строго на юг, лишь изредка немного отклоняясь вправо или влево, чтобы не столкнуться с большими ледяными торосами. Я стоял на корме и восхищался мастерством рулевых, радуясь тому, что полярная звезда Феникс находится прямо у меня за спиной, когда в мгновение ока этот самый Феникс вдруг исчез из виду.

Очень медленно, словно по волшебству, с самого зенита и до горизонта во всех направлениях опустились светящиеся драпировки, занавесы и покрывала, прозрачные и расцвеченные холодными цветами — бледно-зеленым, бледно-голубым и бледно-лиловым. Драпировки эти колыхались и дрожали повсюду на небе, но как-то лениво, в мертвой тишине, словно во сне; это напоминало гусиный пух, подхваченный легким бризом, а отнюдь не северным ветром, который все еще дул порывами с моря на сушу. Зрелище было неописуемо прекрасным, но в то же время каким-то жутковатым: будь я человеком суеверным, наверняка решил бы, что все боги внезапно умерли, а эти радужные занавесы — их саваны. К счастью, я не успел сделать или сказать какую-нибудь глупость, ибо, бросив взгляд на рулевых, увидел, что они нимало не испуганы и не удивлены, но совершенно хладнокровно рассматривают небо и обмениваются спокойными замечаниями.

Я отправился взглянуть, как чувствует себя юный Фридо, и обнаружил, что он наблюдает всю эту небесную красоту так же невозмутимо, как и рулевые. Мало того, когда я неуверенно промямлил что-то насчет небесных знамений (в глубине души мне все-таки было не по себе), мы словно бы поменялись ролями. Фридо, подобно взрослому, утешающему неразумного ребенка, с юмором заверил меня:

— Если это и предзнаменование, Торн, оно вряд ли может предвещать что-то из ряда вон выходящее, потому что является обычным явлением в наших краях, особенно в зимнее время. Это всего лишь то, что мы, ругии, называем murgtanzern, «веселые пляски».

Я, конечно, не понял, что же это за пляски, кто и почему их устраивает, однако так и не дождался никаких разъяснений по этому поводу. Рассудив, что едва ли следует тревожиться относительно явления такого безобидного, что его назвали веселым, я перестал беспокоиться и простоял на палубе весь остаток ночи, наслаждаясь этим зрелищем. Я рад, что сделал это, потому что наутро небо снова затянули низко висящие серые тучи и больше ни разу в жизни я не видел загадочных веселых плясок.

Обратный путь не был таким утомительным и неприятным, как дорога к острову, потому что ветер дул нам в спину и постоянно подгонял нас. Когда мы наконец увидели приближающееся Поморье, моряки спустили паруса, корабль замедлил скорость, заскользил к причалу, и я смог рассмотреть, что кто-то возбужденно машет нам оттуда. Я испугался: неужели королева Гизо заблаговременно приготовила нам засаду? Но, к счастью, это оказался всего лишь мой давний спутник Магхиб. Поэтому я сказал принцу Фридо:

— Давай-ка уточним план, возможно, нам удастся еще лучше организовать побег.