Чтение онлайн

Она услышала, как знакомый голос Джексона прошептал в телефон, и она нахмурилась. Почему он шептал?

— Где ты? — тихо спросила она, оглядываясь в поисках чего-нибудь необычного.

Ничего необычного, кроме чертовых орлов.

— Ты пришла одна? — спросил Джексон.

Морана нахмурилась, ее чувства насторожились.

— Да. А теперь ты скажешь мне, что происходит?

Она увидела, как из-за двери здания выглянула голова Джексона. Он махнул ей вперед.

— Скорее заходи внутрь, — услышала она по телефону.

Взгляд Мораны скользнул по недостроенному зданию, поднимающемуся высоко в небо, как полуразрушенное чудовище, окруженное птицами смерти. Она бы посмеялась над банальной очевидностью обстановки, если бы смотрела подобным фильм. Последнее, что ей хотелось сейчас сделать, — это смеяться. Это действительно жуткое дерьмо. И что-то совершенно шло не по плану.

— Я не сдвинусь ни на сантиметр, пока ты не скажешь мне, в чем дело, — твердо заявила Морана, стоя перед зданием и наблюдая, как Джексон снова выглядывал из-за двери.

— Черт побери, Морана! — Джексон впервые громко выругался, в его тоне слышалось заметно волнение. — Она не войдет!

Морана замерла, услышав, как Джексон крикнул кому-то позади него, и уверенность в его втором предательстве поселилась в ее животе. Чертов мудак! Он устроил ей ловушку.

Не дожидаясь ни секунды, она присела на землю за обломками и вытащила пистолет из-за пояса. Подготовив его, выпрямив руки, она приготовилась прицелиться и выстрелить в самую цель. Ее сердце колотилось в груди, дыхание было затруднительным, поскольку адреналин хлынул через кровоток. Все, кроме звука ее собственного дыхания, было слишком тихим. Кроме орлов. Они продолжали издавать собственные звуки прямо над ее головой в небе, окружая здание, которое пахло смертью.

Ей пришлось вернуться к своей машине.

Взглянув на ворота, она примерила расстояние между кучей обломков и поняла, что это находилось в нескольких сотнях футов от нее. Черт. Она не могла бежать по открытому пространству, не будучи застреленной, если кто-то уже целился в нее.

Думай. Она должна думать.

— Морана!

Она осталась, слушая, как Джексон выкрикивает ее имя, его голос доносился со стороны здания.

— Мы не причиним тебе вреда! Мы просто хотим поговорить!

Да, и она была дядей обезьяны.

Она стиснула зубы, ее наполнял гнев, желание ударить его зубами достаточно сильно, чтобы он истек кровью. О, как бы ей хотелось его ударить.

— Я знаю, что ты любишь играть в игры, малышка, но это не игра!

Она ненавидела, абсолютно ненавидела, когда он называл ее «малышкой». Это заставило ее почувствовать себя одной из тех шлюх, которые окружали мужчин в их мире. Ей следовало сбить его с ног.

— Слушай, я знаю, — продолжал говорить Джексон, его голос постепенно приближался к тому месту, где она пряталась. — Я знаю, что ты ненавидишь меня за то, что я украл коды, но из-за денег, малышка. Ты мне нравишься. Мы можем помочь тебе, если ты поможешь нам.

Он под кайфом?

Она сильнее сжала пистолет.

Раздался выстрел. Орлы обезумели.

Морана вздрогнула от шума, ее взгляд скользнул вверх, чтобы увидеть орлов, беспорядочно летящих в хаосе, совершенно обезумевших, и почувствовала, как ее сердце билось вместе с их крыльями. Она ждала, пока Джексон снова заговорит, но он этого не сделал. Ужас в ее животе сжался.

— Я предпочитаю тебя, блондинкой.

У нее перехватило дыхание от голоса, доносившегося из-за ее спины. Голос, который она не могла забыть неделю. Голос, который прошептал ей в кожу способы убийства, как ласку любовника. Голос крепкого виски и греха.

Она подняла взгляд, ее глаза оказались на одном уровне с дулом глока, направленным прямо ей в голову. Она медленно позволила своему взгляду переместиться вверх к уверенным, твердым пальцам, вверх по предплечьям, обнаженными под сложенными рукавами черной рубашки, скованными мускулами, вверх по плечам, которые, как она знала, обладали силой, чтобы прижать ее бесполезную к стене, вверх по щетине, квадратной челюсти и, наконец, по глазам. Его голубые, голубые глаза.

Это была всего лишь секунда наблюдений, секунда женской признательности, прежде чем она позволила себе вспомнить, кем он являлся.

И взмахнул рукой, она направила пистолет прямо ему в сердце, а его собственный, в ее голову, в безмолвном противостоянии.

Встав, ее глаза не отрывались от его, ее рука не дрогнула в хватке, Морана склонила голову.

— Я предпочитаю, чтобы ты ушел.

Его лицо сохранило стоическое выражение, глаза слегка сузились. Они стояли молча несколько минут, просто направив друг на друга пистолеты, и Морана сообразила, что это бессмысленно. Она знала, что он не собирается ее убивать. На прошлой неделе у него было достаточно возможностей, но он не убил ее. Больше он этого не сделает.

— Мы оба знаем, что ты выстрелишь в меня, так что давай уберем оружие, ладно? — предложила она разговорчиво, ни разу не моргнув, давая ему возможность.

Его губы скривились, но веселье не достигло глаз. Он поднял руку, отводя ее назад, размахивая белым флагом, и она уронила свою, удерживая его в поле зрения. В тот момент, когда ее пистолет опустился, он вошел в ее личное пространство, поместив свой пистолет прямо между ее грудей,

его лицо находилось в нескольких сантиметров от ее собственного, запах его пота и одеколона смешался в воздухе вокруг нее, каждая синяя капля в его глазах как-то выделялись даже во тьме,