Чтение онлайн

— И вы решили убрать его и занять место главы торговцев?

— Нет, вы неправильно поняли, господин Эл. Я понял, все это каким-то образом спланировано вами. Вы манипулировали мальчишкой, больше того, вы манипулировали и Зевсом. — он обвел руками помещение. — Теперь я в этом точно убедился. Не знаю как вам это удалось, но вы вывели из игры всех.

— Вы ошибаетесь, моей целью не было убивать всех этих людей. Я дал шанс каждому из них. Гавиалу — реабилитироваться и удивить меня, Зевсу — сбежать. Вы же не думаете, что я стал бы гоняться за ним по Свободным Землям, опасаясь ответной мести Гавиалу. Я, как ни крути, просто стоял за мир и в конце решил помочь своему союзнику с разделом трофеев.

— Вы дьявольски хитры, и если вы действительно давали шанс Генриху, значит мои догадки верны.

— Поделитесь? — полюбопытствовал я, прислонившись к краю стола.

— У вас острая нехватка кадров. Ничем иным не могу объяснить вашу откровенность, вы могли просто отправить мальчишку на смерть от рук громовцев. — собеседник задумался и добавил. — А еще тот разговор утром, вы вывели Генриха на обещание позаботиться о его людях. Это был запасной вариант?

— Вы проявили себя лучше своего бывшего главы. Так чего вы хотите?

— Я не настолько глуп, чтобы пытаться вырвать кусок мяса из пасти хищника.

– “Ветераны” за вами не пойдут.

— Верно, господин Эл. — кивнул Вернон, моя проницательность попала в цель.

— Ваши предложения?

— Уверен, вы уже знаете мой ответ..

— Ха-ха. Начните фразу и я закончу. — весело расхохотался я, этот человек начинал мне нравится.

– “Шоесы” вольются в ваше начинание, как “Законники”, “Линке” и “Рехте” в “Гром”…

— …А за их управлением встанет умный и хитрый руководитель Вернон.

— Я в вас не ошибся, господин Эл. — Вернон церемониально поклонился, прижимая правую руку к груди.

— Вы же понимаете, я вам не доверяю. Пока вы не сделали ничего, заслуживающего доверия.

— И я готов это исправить. Все это здесь. — он обвел взглядом погром в зале. — Декорации для следующего акта? Я подыграю.

— Алекс, проводи нового главу ветки “Шоесов” к его людям, он знает свою задачу. А сам приведи сюда всех оставшихся в отеле бойцов “Грома” и часть наших. Свободны.

Оба мужчины коротко поклонились и направились к выходу.

В ожидании сбора людей я погрузился в свои мысли. Раньше не сильно задумывался над восприятием своей персоны окружающими. У меня была определенная цель и к ней вели конкретные действия с моей стороны, перекликающиеся с реакцией зависимых участников. На этом, на мой взгляд, заканчивалась вся глубина моего значения в собственных планах. Сейчас, однако, я заметил влияние своей личности на окружение. Возьмем, к примеру, моих первых приближенных из банды “Полесье” — оба мужчины с тягой к армейскому образу жизни никогда не стеснялись в выражениях и действовали соответственно своему настроению. Я знал это и сходу поставил себя таким образом, что не воспринимать меня всерьез они не могли. Более того, я послужил для них примером, который оказался заразителен. Они стали частично перенимать мою манеру общения, способ решения проблем теперь не сводился к грубой силе и контролю. Не стану утверждать, что я сделал это специально. Когда? У меня хватало проблем на протяжении всего времени. Единственным послаблением мне казались ежедневные тренировки на полигоне. Управление бандой не было моей целью, мне нужна личная сила. Задвигать из-за скопившихся задач свой личный прогресс я не планировал. И даже эти действия отражались на моих подчиненных. Алекс проводил на полигоне со мной, Джеймсом или Телл не меньше времени, чем я сам. С новым подходом Томас проявил себя отличным руководителем, а Мария загорелась новыми идеями. После продолжительной работы на Витольда в ее жизни образовалась пустота, она уже потеряла вкус к ней. Я предоставил ей свободу выбора и пробудил интерес к новому витку жизни. Про рядовых бандитов и говорить смешно, после шума команды Джеймса в полисе, парни стали воспринимать себя некими элитными громовцами от мира бандитов. Потому и набор рекрутов лесников в беззаконных землях, где все при деле, вызвал определенный ажиотаж. Подробно рассказывать о том, как именно мой дворецкий решает вопросы, излишне. Если первые слухи о себе мне пришлось запускать в полисе искусственно, прикрывая шаткую ситуацию внутри организации, то текущий градус абсурда был мне неизвестен. Оттого реакция на мое появление незнакомых мне лично людей зачастую удивляла меня самого. Молодого парня боялись. Люди иррационально воспринимали подростка у руля банды и пытались найти объяснение в слухах, подогревая интерес к моей персоне ореолом мистики с кровавым уклоном. Частично об этом упоминали утром немцы, подробнее объяснил Джеймс сейчас. У нас представилось свободное время в ожидании сбора и я решил потратить его на прояснение пары моментов. О чем-то подобном я догадывался, но не осознавал всю глубину ситуации. Мы с Джеймсом распивали чай из термоса, сидя за столом переговоров, дополнительно оборудованном встроенным телом Гавиала и, уютно расположившейся рядом с ним, головой Зевса.

Первые гости влились в зал спустя двадцать пять минут с момента команды. Это оказались мои лесники и им понравился новый антураж зала. Они робко поприветствовали нас, один из них уточнил, куда я решил их посадить, и заняли свои места. Теперь с задних рядов доносился тихий шепот. Еще через десять минут с двух противоположных входов начал вливаться поток громовцев и торговцев. Реакцию на лицах людей стоит запечатлеть. Первые визитеры замерли на месте, ошарашенные картиной, и продвинулись вперед только под напором сзади. На лицах бравых наемников мелькало потрясение, шок, удивление. Кто-то тянулся к оружию, но пристальный взгляд Джеймса осаживал не в меру ретивых мужчин. Торговцы выглядели менее ошарашенными, видимо, Вернон успел предупредить людей. Хоть вид в зале и вызвал у них разрыв шаблонов, их реакция оказалось более сдержанной. Обе стороны конфликта заняли две противоположные половины зала, избегая мест рядом с ледяным “ветераном”, расположившимся ровно по середине и служившим неким разделом сторон. Я только собрался встать со своего места, как в зал вошел Алекс и направился в нашу сторону. Зам приблизился и обратился ко мне:

— Босс, я смотрю тут мест не осталось, если не садиться на голову тому ледяному лузеру, а там еще гражданский персонал из офисов. Их тоже пускать?

— Запускай всех, пусть вливаются. Постоят или друг на друге посидят.

— Если что наши за дверью постоят. — пообещал заместитель и удалился к выходу.

Я сделал глоток зеленого чая, уровень шума в зале значительно вырос. Сейчас и проверим мои выводы касательно беседы с Джеймсом. Моя здоровая рука с чашкой приподнялась вверх, обращаясь к залу и привлекая внимание. Люди устремили свои взгляды на меня, я коротко кивнул и проговорил:

— Господа, прошу прощения, но у меня сегодня выдался тяжелый день. Уверен, у вас он был не лучше моего, так давайте пару минут посидим в тишине и подумаем о том, как нам жить дальше. У меня есть определенные мысли на этот счет, но я буду рад услышать мнение каждого из вас. Случившееся здесь… — я обвел рукой с чашкой зал. —..Для меня такая же неожиданность. Я знаю немного больше каждого из вас, поэтому обдумывать мне труднее. Так дайте мне время, пока остальные желающие послушать меня разместятся в этом зале.

Я замолчал и оценил реакцию слушателей. Выслушали, обработали и ответом мне стали согласные кивки. Несколько человек одобрительно закричали. В целом, зал настроен на диалог и это хорошо. Сбоку вливались гражданские из офисов башни, частично с “Фабрики Насмешника” и персонал отеля. Никто не стал отыгрываться на рабочих “законников”. Наемники были в курсе с чьих доходов идет их содержание. Белые деньги или всю прибыль с контрактов Алоис переводил на счета своих капитанов, а своим людям платил с грязных денег. Похвальная смесь хитрости с жадностью, легшая в основу конфликта Насмешника с Зевсом. Мои глаза пробежались по залу, как и говорил Алекс, все сидячие места заняли, исключая стулья вокруг “ветерана”. Свободного пространства практически не осталось, плотность людей вдоль стен гарантировала невозможность экстренной эвакуации. Мой заместитель махнул рукой, закрыл дверь и остался стоять возле нее. С другой стороны мне кивнул Вернон и тоже прикрыл двери. Настало время переговоров. Которые за сегодняшний день? Я отставил чашку и встал на ноги. У меня никогда не было опыта публичных выступлений, большая часть моего жизненного опыта ограничивалась специфическими умениями. Буду учиться на ходу:

— Я хотел начать свою речь с представления. Мне кажется, не все из вас знают меня..

— Мы знаем тебя! — раздалось из зала. — Выжигатель!

— Мясник из Полесья!

— Лесник-мясник! — перекрикивая передние ряды заголосили сзади.

— Юный Босс!

Полминуты из зала раздавались возгласы людей. После некоторых версий мне стоило неимоверных усилий сохранить серьезное выражение лица и не улыбнуться. Я дождался тишины и продолжил:

— Если вы так много обо мне знаете, должны быть в курсе моего подхода. — не давая вставить и слова из зала, я закончил мысль. — Я даю только одну попытку. Только один шанс.

После этой фразы в зале воцарилась мертвая тишина. О да, люди были в курсе. Это читалось по их реакции, некоторые начали шептаться с соседями, вводя в курс дела. Маленький полис без больших секретов. Выставил руку перед собой и, разделяя слова, произнес:

— Вы знаете меня и слышали о моих методах — это Репутация. Парни из “Грома”, вы слышали о своей репутации за последний день? Вас хотят разорвать очень многие в беззаконном Щецине. Сейчас в полисе разгорелся костер, который грозит спалить наш дом. Два часа назад я разговаривал по телефону с информатором из одной специальной службы Германии. Они пристально наблюдают за ситуацией в полисе и выжидают момент. Аналогично сейчас действуют банды, выброшенные нами за пределы милого города. У нас четыре открытых конфликта с вовлечением шести группировок и десятков мелких наемных отрядов. Как только мы набросимся друг на друга и потерям часть сил, нас раздавят со всех сторон и заберут все. Мне было бы плевать, но это мой дом и другого у меня нет. — я прервался и сделал глоток чая, предоставляя время на осмысление своих слов. — Что сделал на своем месте я? Рисковал жизнью в ресторане сегодня утром. Потерял делового партнера Бульдога и спас жизнь его сыну ценой своего здоровья. Мое тело стоит слишком дорого, Господа. “Шоесы” пришли мстить и были в своем праве, они просто пришли первыми. Следом за ними пришли бы другие, но “Полесье” вмешались. Я пришел сюда, пришел остановить насилие и теперь я задам вопрос вам: Сколько раз я спрашиваю?