Чтение онлайн

— Товарищи драколетцы, — пафосно обратился я к Миху с Витом, — вот он, — совершенно нетактично ткнул пальцем в сторону Шмеля, — тот самый товарищ, благодаря которому вы оседлали своих драконов и провели на них великолепный воздушный бой.

— Своих драконов, — протянул Финик, покосившись на стоящего рядом Миха.

Тот ответил ему напряженным взглядом.

— А вы, товарищи драконы, — поспешил продолжить я, — познали дзен в единении с бывшими врагами, ставшими отныне союзниками. Или я что-то путаю?

— Прости, — осторожно подала голос Изя, — что познали?

— Великую мудрость, — перевел для нее Ир, так как я сам не сразу сообразил, как это слово, ставшее у меня на родине нарицательным, адаптировать для местных жителей.

— А мы познали? — спросила она вдруг у Вита.

Взгляд рыцаря стал удивленным.

— Я думал… — начал он, но девушка (на женщину она по внешним показателям никак не тянула) прижала палец с обручальным кольцом к его губам и тихо обронила:

— Мудрость — тогда мудра, когда познается обоюдно.

— То есть вдвоем, — встрял, стремясь разрядить обстановку.

— То есть вместе, — поправила меня Изя с мягкой улыбкой на губах. — Так вы нам расскажите о возможном использовании ваших седел в воздушном бою? — спросила она, обращаясь к Шмелю, который только и успевал головой по сторонам вертеть, ничегошеньки не понимая, что происходит.

— И как можно подробнее, — поддержал будущую супруга Виттебранд.

— На примере, — добавил Финик.

Шмель вздохнул и бросил в мою сторону возмущенный взгляд. Я же ответил нарочито невинным и пожал плечами.

— У тебя же есть ключи от зала для гневотерапии. Вот и отведи их туда. Они сами тебе все покажут.

— Только, если господа вздумают оформить заказ на производство партии означенных седел, не забывай, что патент на изобретение принадлежит университету, — напомнил Шмелю Ир типичным тоном секретаря ректора, который никогда не упустит выгодной для университета сделки.

— Никогда не думал, что мне этот патент когда-нибудь пригодиться, — честно протянул полуэльф, растерянно глядя на Финика и Изю. Он том, что первый не кто-нибудь, а Король Дракон он еще, конечно, не знал. Но, думаю, ему об этом еще скажут.

— Мы тоже еще неделю назад даже не подозревали, что сможем примириться с рыцарями, — заметила Изольдика и посмотрела на меня. Тем временем, Витаус обратился к Карлу.

— Не беспокойтесь, если мы решим оформить заказ, с удовольствием заключим с университетом договор о сотрудничестве, — он посмотрел на Миха.

— Думаю, надо будет начать с пробной партии, — поддержал Виттебранда действующий Великий Магистр и повернулся к Шмелю, — но скорей всего придется внести несколько доработок.

— Вот об этом вы и поговорите в зале для гневотерапии. — Вмешался я, стремясь спровадить их до того, как они вспомнят о том, кто по всеобщему мнению виноват во всех произошедших с ними переменах. Воровато глянул на Камю, но поймав его снисходительную улыбку, понял, что настаивать на продолжении дискуссии серый кардинал не станет. Уф! Кажется, пронесло.

Когда рыцари, драконы и один обескураженный полуэльф покинули нас, Камю окинул меня придирчивым взглядом, испарил материализованный еще совсем недавно бокал с чем-то алкогольным, и заметил словно между прочим.

— Ушлый ты.

— А то! Фирма веников не вяжет!

— Уж лучше бы вязала, — обрубил мрачный, как туча Ир. Чего это с ним? Разумеется, я тут же бросил на него непонимающий взгляд, и мерцающий разродился, — Ты когда в последний раз сознание терял, веник ты наш, доморощенный?

— Ну, знаешь, — искренне возмутился, так как его гипертрофированная опека успела мне изрядно очертенеть. — Это подло выставлять слабаком и погоны себе вещать за то, что помогаешь, когда…

— Лучше молчи, — вдруг вмешался не кто-нибудь, а Ай, другой мерцающий, штурман дирижабля.

Разумеется, я сразу же повернулся к нему и попытался потребовать объяснений, но не позволил Карл.

— Это правда? — спросил он мне в спину.

— Что именно? — вместо меня, спросила у него Иля.

— Он снова терял сознание?

— И не раз. Несмотря на все наши с Иром ухищрения.

— Хотелось бы услышать поподробнее, — встрял Камю.

— Вы что, сговорились?! — возмутился. Появилось детское желание сбежать. Вот прямо сейчас скрыться в своей квартире, заколотить досками дверь в другой мир, а лучше вообще куда-нибудь съехать, чтобы этим ушастым неповадно было. Обидно, черт возьми, когда тебя последней тряпкой считаю и не стесняются это между собой при тебе обсуждать!

— Не обижайся, — меня вдруг хлопнули по плечу, да так, что я чуть не присел. Рука оказалась тяжелой. Обернулся и встретился с чистым взглядом рыцарских глаз нашего Ульки. — Мы ведь все на самом деле волнуемся за тебя. А как помочь, не знаем. Вот и нервничаем, поэтому… — на этом у прямолинейного рыцаря слова кончились, и он лишь крепче сжал на секунду мое плечо, чтобы почти сразу отпустить.

Как не странно, но его вмешательство меня отрезвило. Действительно, что-то я не к месту и не ко времени расхорохорился. Ир, конечно, зараза и перестраховщик, да и вообще редкостный гад, но его тоже понять можно. Впрочем, как и меня. Я ведь не баба какая, чтобы со мной как с писаной торбой носиться. Спатушки укладывать, бальзамчиками всякими отпаивать и прочее, прочее, прочее. Но с другой стороны, если по-другому мне тут у них выжить просто нереально, что я возникаю? Да обидно мне, вот и все! Хочется в любых обстоятельствах себя мужиком чувствовать, но, к сожалению, это не всегда получается, особенно в такой героической компании, как эта. Поэтому единственный выход из ситуации, если не смириться, но как-то научиться с этим жить. Хотя, на досуге, надо будет обмозговать, вдруг в голову придет более продуктивная идея.

— Мы все сегодня перенервничали, — заговорил ректор, вышедший из-за стола. Обращался он не к кому-то конкретно, а ко всем сразу. — Поэтому в первую очередь следует отдохнуть и еще раз убедиться, что ни у кого из участников происшествия нет серьезных травм и повреждений. Господин капитан, — обратился Карл к Мимозке, — пока маги университета будут восстанавливать ваш дирижабль, предлагаю вам и вашей команде разместиться в пустующих комнатах учительского крыла главного корпуса. Думаю, там вам будет вполне комфортно.