Чтение онлайн

Рыжий мужик выпучил глаза и, поражаясь, видно, собственной смелости, выпалил:

– Два рубли.

Трактирщик засмеялся. Мужики явно были непроходимы и тупы и настоящей цены монетам, конечно, не знали.

– Рупь, – коротко бросил он, торгуясь.

Сошлись на рубле с пятиалтынными, ударили по рукам, весьма довольные друг другом.

– Значит, вечером жду, – сказал, прощаясь, трактирщик, и когда мужики ушли, налил себе в чайный стакан очищенной горькой и выпил единым залпом. Удача, что случается в этой жизни весьма редко, сама шла в руки.

Они пришли в восьмом часу пополудни, грязные, запорошенные цементной пылью, будто мельники в муке. И принесли один мешок весом пуда в полтора. В нем лежали такого же размера цементные кружочки, в каких были замурованы полуимпериалы, что они показывали трактирщику днем.

– А где остальное? – спросил трактирщик, пошарив рукой в мешке и убедившись, что, кроме цементных кругляков, там ничего нет.

– А где наши деньги? – в тон трактирщику спросил Егорша, опасливо озираясь, ибо посетителей было много и половые сновали мимо них весьма часто.

Трактирщик молча похлопал себя по нагрудному карману.

– Покажь, – недоверчиво промолвил Егорша.

– Ладно, заходь, – усмехнулся красномордый держатель трактира и откинул стойку.

Камора, куда привел их трактирщик, была небольшой: клеенчатая кушетка с мятой подушкой, крохотное оконце у самого потолка, домашний стол с несколькими стульями и большой кованый сундук под амбарным замком в углу занимали все ее пространство.

– Присаживайтесь покуда.

Красномордый достал деньги и, изредка поглядывая на деревенских простофиль, примостившихся рядком на краю кушетки и не сводивших взгляда с пачки ассигнаций, пересчитал их.

– Вот, семьсот двадцать девять рубликов и гривенничек, – припечатал монетку пальцем к купюрам трактирщик. – Несите остальное.

– А это куды ж, нешто обратно тащить? – указав на мешок с кругляками, спросил дранопорточный. – Боязно с кладом за спиной по городу шастать. Заарестуют еще.

– Зачем же обратно-то? – удивился трактирщик. – Пусть здесь стоит. Никто не тронет.

– Э-э нет, – сощурился Егорша, и его взгляд из пронзительно-голубого сделался острым. – Почем нам знать, что ты его не присвоишь? Мы вот что сделаем… – он достал из кармана платок. – Давай деньги.

Трактирщик, помявшись, отдал. Егорша завернул деньги в платок и положил их в мешок. Мешок крепко перевязал бечевой.

– Вот, – сказал он. – Давайте покладем мешок в сундук, закроем его, а ключ ты отдашь нам. Идет?

– Идет, – хохоча в душе над наивностью крестьян, ответил трактирщик. – Несите второй мешок.

Крестьяне ушли. Сгорая от нетерпения, трактирщик ждал час, два, всю ночь. Утром следующего дня он вторым ключом отпер замок и достал мешок. Схватив горсть цементных кругляков, разбил один, другой, но никаких полуимпериалов внутри, конечно, не оказалось. Дрожащими руками он развернул платок. На стопке газетных обрезков лежал, нахально светясь, один-разъединственный серебряный гривенник…

Аферу с «кладом» золотых полуимпериалов придумал Ленчик. Ему давно уже хотелось «работать» по-крупному, самому разрабатывая и осуществляя планы афер.

Вася Рыжий стал его постоянным партнером-подельником и играл, несмотря на то, что был едва ли не в два раза старше Ленчика, вторую скрипку.

Время от времени Ленчик работал в паре с Митей. Иногда его даже специальным нарочным мальчишкой вызывали из дома, когда в «Гробах» появлялся новый «клиэнт», который был при деньгах. Тогда Ленчик приходил, обыгрывал Митю несколько раз, после чего «клиэнт» начинал интересоваться, как это Ленчику удается выигрывать у одноногого, когда все подряд ему проигрывают.

– Я знаю систему, – бесхитростно отвечал Ленчик.

– Какую? – интересовался клиент.

– Систему Йодля, – отвечал Ленчик, но вдаваться в подробности отказывался.

– Расскажи!

– Это секрет, – говорил он слишком любопытному посетителю «Гробов». – Я скажу тебе, ты скажешь еще кому-нибудь, и все начнут выигрывать. А это мне не с руки.

«Клиэнт» клялся и божился, что никому и никогда не откроет секрет успеха Ленчика, но парень стоял на своем и не говорил, в чем же заключается принцип системы академика Йодля.

Тогда «клиэнт» предлагал ему сыграть против Мити на пару.

– Ты играешь, а я финансирую.

Против этого Ленчик ничего не имел, соглашался и «проигрывал». Бывало, лох возмущался и начинал бузить и «качать права», но это ни к чему хорошему не приводило: из своего угла поднимался саженного роста Бабай, который тотчас усмирял бузившего своими бесхитростными методами. После чего сей посетитель уже более никогда не наведывался в «Гробы». Выручка же делилась между Ленчиком и Митей пополам. И оба потом угощали Бабая и завсегдатаев трактира, что весьма нравилось трактирщику. Схема аферы со скорлупками была беспроигрышной, но Ленчику уже казалась скучной. К тому же она казалась ему теперь довольно мелковатой и малоинтересной. Ленчик перерос уровень игры в скорлупки, как дети вырастают из своих коротких штанишек.

Иногда практиковалась и афера с «королевскими болонками». До случая, покуда один из «клиэнтов» Ленчика, держатель ломбарда Иоганн Гафт, не похвастал своему двоюродному брату, служившему надзирателем в полицейском участке, какую дорогую собачку оставил ему в залог один «нуждающийся студент». Надзиратель захотел взглянуть на «мальтийскую королевскую болонку», пришел к родственнику, и тот продемонстрировал ему обыкновенную болонку, каковых в городе было по крайней мере сотня-другая.

– Ты дурак, – сказал надзиратель своему двоюродному брату. – Тебя разводят, а ты и ухом не ведешь.

И когда наступил момент торговли болонки у «студента», из-за ширмы вышел надзиратель и потребовал у Ленчика показать студенческое удостоверение.

Ленчик охотно согласился, полез во внутренний карман студенческой тужурки, но вместо удостоверения достал щепоть табаку и сыпанул ею в лицо надзирателя. Несколько крошек попало полицейскому в глаза, и Ленчик благополучно ретировался. Аферу «загнать болонку» пришлось на время оставить, дабы банально не загреметь в тюрьму за мошенничество. Позже, когда он задумался, почему же с держателем ломбарда у него случился прокол, Ленчик пришел к единственно верному выводу, что знал о «клиэнте» слишком мало. К примеру, то, что у Иоганна Гафта есть родственник в полиции, знать надлежало обязательно.

Зимой восьмидесятого года Ленчик и Вася Рыжий удачно провернули еще две аферы с золотыми полуимпериалами. Неизвестно каким образом, но описание одного из этих случаев просочилось на страницы казанской газеты «Биржевой листок». Очевидно, какой-то пройдошливый репортер каким-то образом узнал об этой афере, либо облапошенный мошенниками торгаш не побоялся испортить себе репутацию и рассказал о случившемся полициантам. И уже от них сия история стала известна ушлому репортеру. Ибо известно: у каждого стоящего репортера есть в полиции свои глаза и уши. То бишь сродственник, хороший знакомый или платный секретный осведомитель. Так или иначе в одном из декабрьских номеров «Биржевого листка» рядом с рождественским рассказом появился под рубрикой «Вместо фельетона» едкий и иронический материал, подписанный псевдонимом Всевидящее Око. Назывался он «Редкая афера»…