Хитрый, как лис, ловкий, как тигр. 36 китайских стратагем, которые научат выходить победителем из любой ситуации
Шрифт:
Стратагемное мышление – умение применять стратагемы в повседневной жизни, придумывать хитрость, подходящую к ситуации.
Не путайте со стратегическим мышлением – куда более широким понятием, подразумевающим умение воспринимать ситуацию, как партию в шахматы (пониманием причин и следствий происходящего, умением анализировать и планировать, просчитывать ходы).
Когда вы изучаете стратагемы, то приобретаете навыки стратагемного мышления, и вместе с ним стратегического. Вы учитесь подбирать прием к ситуации, а также абстрагироваться от происходящего и смотреть на все как бы сверху, дистанцировано.
Следующий термин – стратагематика. Это наука о стратагемах – какие они бывают, как их придумывать и как ими пользоваться.
Также в этой книге вы встретите термин стратагемщик – это тот, кто использует стратагемы.
Глава 1
Стратагемы в мировой культуре
Попробуем разобраться, что понимают под стратагемами в разных языках и культурах. Самым известным сборником стратагем в мире является китайский трактат «Тридцать шесть стратагем». И говоря «стратагемы» чаще всего имеют в виду именно его. Поэтому начнем со значения иероглифа «», который используется в трактате. Приведу словарную статью [1] :
1
В сокращении дана статья из Большого Китайско-Русского словаря. – URL: https://bkrs.info
Как видно из статьи, значение иероглифа «» всеобъемлюще и включает все аспекты этого понятия: от обычной затеи до политических и военных стратегий.
Умение применять хитрость для минимизации ущерба всегда ценилось на Востоке. Были в большом почете мудрецы, к которым именитые полководцы обращались за советом. А от государственных мужей, особо приближенных к императору, требовалось владеть приемами стратагематики, чтобы в нужный момент подсказать правителю нужное решение. Такой подход сформировал уважительное отношение [2] к уловкам и мудрецам, которые умеют их использовать [3] .
2
Нельзя сказать, что в Китае все принимают стратагемы как благо: одни считают, что хитроумный чиновник гораздо ценнее честного, а другие – что эти уловки «грязные» и недостойны благородного человека.
3
Стратагемы широко использовались и в быту; это хорошо заметно в древнекитайских новеллах, например у Юй Ли в «Семи уловках хитроумной жены».
Недаром многие исследователи китайских военных трактатов говорят о значении иероглифа (zh`i), который переводится одновременно как «мудрость, ум, разум» и «хитрость, уловка».
4
Мясников В. С. Традиционная дипломатия и реализация Цинской империей стратегических планов в отношении Русского государства в XVII веке. – М., 1977.
В Китае стратагемы широко распространены. Помимо изданий, посвященных тридцати шести стратагемам (а среди них можно найти даже комиксы), существуют словари, содержащие до нескольких тысяч стратагем.
В русский и европейские языки это слово пришло не из Китая. И русское «стратагема», и немецкое strategem, и английское stratagem, и французское stratag`eme, и итальянское stratagemma происходят от древнегреческого , что означает действие (распоряжение) главнокомандующего, т. е. стратегический маневр [5] .
5
Древнегреческо-русский словарь И. Х. Дворецкого. – URL: https://classes.ru/all-greek/dictionary-greek-russian-old.htm
Греческие стратагемы не так популярны (хотя намного старше китайских), тем не менее существует несколько античных сборников стратагем. Один из самых известных – сборник «Strategemata» [6] древнеримского полководца Секста Юлия Фронтина (I в. н. э.). Его стратагемы – это конкретные исторические примеры использования военных хитростей различными полководцами. Также известен сборник «» [7] . Его автор – греко-римский оратор Полиэн (II в. н. э.). Он описал 900 случаев применения военной хитрости разными персонажами (начиная с Диониса, Пана и Геркулеса и заканчивая Лакедемонянками [8] ).
6
Фронтин С. Ю. Военные хитрости (стратагемы) / пер. А. Ранович // Вестник древней истории. – 1946. – № 1.
7
Полиэн. Стратегемы / пер. с греч. под общ. ред. А. К. Нефёдкина. – СПб.: Евразия, 2002.
8
Женщины, живущие в Лакедемоне, регионе, который более известен нам как Спарта. – прим. Ред.
Интересно, что многие стратагемы из китайского трактата описывают те же хитрости, что и стратагемы Полиэна и Фронтина.
«Л. Сулла, когда в легионах римских граждан свирепствовал опасный дух раздора, хитростью отрезвил ожесточившихся. Он поспешно приказал объявить, что враг подходит, издать клич, призывавший к оружию, и дать боевой сигнал; все единодушно объединились против врага, и раздоры заглохли».
«Г. Лелий, отправляясь послом к Сифаку, взял с собой разведчиков под видом рабов и служителей. Среди них был Л. Статорий, который не раз бывал в этом лагере, и кое-кто из неприятелей, по-видимому, узнал его. Чтобы скрыть его действительное общественное положение, Лелий избил его палками, как раба».
«В бытность Иракла в Индии, родилась у него дочь, названная им Пандеею. Он подарил ей южную приморскую часть Индии, которую, по числу дней в году, разделил на триста шестьдесят пять округов и повелел собирать дань с одного округа в день. Такое распоряжение сделано было для того, чтобы округи, которые еще не внесли дани, помогали Царице взимать ее с тех, до коих доходила очередь».
«Во время войны с Италийцами Фирон не спешил принимать выкуп за пленников, знаменитых по своему происхождению или богатству; но удерживал их у себя долгое время и приглашал участвовать в домашнем своем жертвоприношении, отдавая им при этом случае все почести; после же того отпускал их на родину. Такою хитростью он давал повод соотечественникам пленников подозревать, что сии последние находятся с ним в дружественных связях».
Но приписывать стратагемы исключительно грекам и китайцам было бы большой ошибкой. Они существуют в любой культуре, продвинувшейся чуть дальше каменных топоров. Приемы схожие со стратагемами можно встретить не только в трактатах или учебниках по военной стратегии. Они есть в книгах и фильмах, где герои с блеском проворачивают какую-либо хитрость, а также среди политических ходов, действий игрока в «Мафию» и в повседневной жизни.
Русскому читателю стратагемы представляются чем-то совершенно чужеродным. Это вовсе не так! И у нас есть свои стратагемы, просто мы их называем по-другому.
Есть замечательное русское слово – смекалка. В нашей традиции с древнейших времен сохранялось уважение к тем, кто ею обладал и умел применять себе и другим во благо, побеждая зло.
Судя по сказкам, для русских смекалка – одно из самых ценных человеческих качеств. Ни трудолюбие, ни сила, а именно хитрость чаще всего побеждает [9] . Ее применяют и герои, и злодеи. Кощей Бессмертный в сказке «Марья Моревна» притворяется беспомощным и просит у главного героя воды (которая позволяет ему избавиться от оков). Смекалку применяет и Иван-царевич в сказке «Иван-царевич и серый волк». Много хитростей есть и в бытовых сказках: вор обманывает барина, солдат облапошивает вредную старуху, а верная жена обманывает настырных сластолюбцев. Самая богатая на уловки сказка «Лисичка-сестричка и серый волк». Лиса проявляет поистине верх коварства, и из каждой затруднительной ситуации выходит благодаря своему уму и изворотливости.
9
Выводы основаны на анализе первого тома сборника «Народные русские сказки А. Н. Афанасьева» (в 3 т. – М.: Наука, 1984–1985). Сказок, где главный герой побеждает силой намного меньше, чем тех, где он побеждает хитростью.
О том же свидетельствуют памятники древнерусской литературы. Например, в «Повести временных лет», встречается подробный восторженный пересказ некоторых эпизодов правления княгини Ольги, где она проявляет необычайную смекалку, достойную настоящего полководца.
Все началось с того, что правящий князь Игорь, муж Ольги, поехал за данью к древлянам. Не желая отдавать дань, древляне убили Игоря. Ольга осталась одна, и почитая память мужа, решила отомстить древлянам.
Во главе войска она приходит под стены Искоростеня – того самого города, жители которого убили ее мужа. Осада длится год, наконец Ольга объявляет, что не будет убивать жителей, если они сдадутся, а лишь возьмет с них символическую дань: с каждого двора по три голубя и три воробья. Древляне соглашаются и, успокоенные, отдают такую дань. Ольга же велит привязать на лапку каждой птице прут, а затем поджечь его и отпустить их на волю. Птицы летят в родные дворы, и начинается пожар, охвативший весь город. Жители бегут прочь из города, часть из них взята в плен, часть убита.
Ольга отправляется в Византийскую империю, где император Константин, «увидев, что она очень красива лицом и разумна», предлагает ей замужество. Ольгу это не устраивает, она не желает связывать себя узами, однако отказ могущественному правителю империи может оказаться чреватым. Поэтому Ольга решает применить хитрость: просит Константина, чтобы он сам крестил ее, а после объявляет ему, что «отец» не может взять замуж «дочь». Здесь Нестор-летописец приводит весьма остроумные диалоги, явно восхищаясь хитростью княгини.