Чтение онлайн

– Я не думаю, что в мире что-то кардинально поменялось. Есть религия или нет, есть прогресс или нет. Всё это иллюзия. Жизнь сама по себе находит свой вектор развития, а все выдумки человека, попытки загнать жизнь в рамки системы всегда будут проигрывать законам жизни, которые никем не придуманы и не вписываются ни в одну систему. Никому не удалось расшифровать код жизни или найти хотя бы одну реальную искру бога. Те, кто создают систему, вынуждены сами играть по её правилам из страха потерять свой иллюзорный статус. – высказалась Адель и пожалела, что вступила в эту дискуссию.

Взгляд Майкла стал надменным и холодным.

Он тихо и чётко произнёс:

– Я никогда не потеряю свой статус. В отличии от вас и миллиарда выживших я не являюсь подключённым. Я и есть система. Я и есть контроль.

Он бросил свою дорогую сигару на пол и раздавил её, глядя в глаза Адель.

В туннеле воцарилась звенящая тишина.

От напряжения, у Адель подвернулась нога.

Странный звук скрипнувшего каблука вернул всех в реальность.

– Что ж друзья! Все мы люди. – как бы оправдываясь, попытался разрядить обстановку Паттерсон.

– Держать всё под контролем, это невероятно сложная и ответственная миссия. Я вас вызвал не дебаты разводить. Вы теперь тоже часть этой ответственной миссии. И хватит рассуждать. Меня это начинает раздражать.

Майкл с размаха захлопнул дверь своего бронированного джипа и эхо раскатилось громом по туннелю.

Адель подошла к носу бронированного Мерседеса и провела пальчиком по блестящему капоту.

– И всё же, Майкл. Если мы уже начали этот разговор, я хочу узнать ещё кое-что. Уж потерпите.

Она посмотрела Майклу в глаза и улыбнулась.

Паттерсон почувствовал, что обстановка накаляется.

Он закашлял и попросил у Майкла сигару.

– Давно не курил. Волнуюсь. – бормотал профессор.

Майкл чиркнул стальной зажигалкой. Профессор пытался прикурить, но его руки дрожали.

– Знаете, друзья, когда я был молод, я очень любил курить. И мне тогда казалось, что последним моим желанием, перед лицом смерти, будет новенькая пачка сигарет, которую я распечатаю и буду дымить, пока не умру. Вот сейчас у меня возникло такое же желание. Вы так спорите, что это смерти подобно.

Он наконец-то подкурил сигару и отошёл на безопасное расстояние.

Адель сделала пару шагов навстречу Майклу.

– От нас до сих пор скрывают историю. Зачем? Библиотеки всё ещё не доступны, в интернет можно зайти только, получив электронную визу, пройдя кучу формальностей и тесты на адекватность. Но и там вся история искажена до неузнаваемости. Что же скрывает от нас Союз 13? Что же такого содержится в книгах, что может пошатнуть вашу империю?

Майкл спокойно смотрел на Адель.

– Даже книги не дают полной картины. В них лишь часть правды, субъективная версия, изложенная такими же потребителями. Вымысел на основе реальных событий, приукрашенный с точки зрения определённой эпохи и идеологии. Чистой информацией сегодня обладаем только мы. – сказал Майкл и подойдя к ней на неприлично близкое расстояние прошипел – Мы управляем людьми, каждым вашим шагом, а значит, только мы управляем настоящим, прошлым и будущим.

Адель сделала ещё один шаг на встречу Майклу, а их носы практически соприкоснулись.

– Я не могу управлять прошлым и будущим, но я могу повлиять на настоящее! Ведь вы меня вызвали сюда только потому, что у меня есть одна недоступная вам историческая тайна. И если я сейчас откажусь от взаимодействия, то она так и останется для вас недоступной. – прошипела Адель.

– В этом мире нет ничего недоступного! – сказал Майкл и толкнув её плечом направился к профессору.

– Майкл, дружище! Мы же к вам так спешили. Я бросил все свои важные дела в Бостоне и даже не думал, что у нас будет время на такие экстремальные прогулки и беседы. – вмешался профессор Паттерсон, пытаясь снять напряжение, которое уже наэлектризовалось и пускало искры.

– Можете не сомневаться, я в курсе всех ваших важных дел в Бостоне. – с ухмылкой ответил Майкл.

Адель начала заметно нервничать.

Она теребила в руках свои тёмные очки, скрывая дрожащие руки.

– И что дальше? – спросила она Майкла.

– Мне нужно Вас отключить ненадолго, где-то на час. – ответил Майкл. – Поймите меня правильно, это всего лишь в целях вашей безопасности…

– Ну вот, договорилась! Бабушка всегда меня предупреждала… «Держи язык за зубами!», твердила она, когда меня несло. Вечно я лезу в эти ненужные споры и разговоры ни о чём, а потом не могу себя остановить. Что ж у меня за характер такой? – в отчаянии, почти со слезами воскликнула Адель.

– Ваша бабушка была права. Но не думайте о себе так. Отключение совершенно не связанно с нашим разговором. Я с уважением отношусь к вашему мнению и живому любопытству. И всё же, ваш интеллект находится у меня под контролем, а значит он не совсем ваш. – подмигнул ей Майкл.

– Я же всё-таки ученый, а каждый учёный хочет докопаться до истины. И потом, я считаю, что у меня вполне нормальные реакции в процессе общения. – оправдывалась Адель.

– Признаюсь, не ожидал от вас такого оживлённого диалога. Все мы немного замкнуты в себе и даже наблюдая за вами, с помощью чипа я и понятия не имел, какая вы на самом деле. Восхищён тем, что вы не побоялись открыться. Рад познакомиться! – расплывшись в своей знаменитой улыбке Чеширского Кота, Майкл прижал ладонь к груди и театрально поклонился.

– Взаимно. – с облегчением вздохнула она, с загадочной улыбкой Моны Лизы.

Майкл сделал паузу и подошел к ней. Адель дрожала.

Он взял её за руку и тихо сказал:

– Просто доверьтесь.

Интуиция подсказывала ей, что Майклу можно было доверять. Тем более с учётом складывающихся обстоятельств, у неё не оставалось другого выбора.

– Главное в человеке – благородство и доброта. Наша задача, вернуть человечеству надежду. – сказал Майкл, отпустив её холодные ладони.

Паттерсон напряжённо наблюдал за происходящим, его густые брови соединились на переносице.

Он глубоко вздохнул и склонившись над ней, сказал с хрипотцой в голосе:

– Поверьте мне, Адель, я знаком с Майклом более двадцати лет. У нас никогда не возникало конфликтов и противоречий. В чрезвычайные моменты Майкл мог выключить меня, но только для того, чтобы спасти мне жизнь. Уже через час вы будете смеяться над тем, что так волновались.

– А у меня что, есть право выбора? Я чувствую себя заложником двух сумасшедших. – съёжившись ответила она.