Чтение онлайн

— А здесь «дротик». Вот и поделите на всех.

— Хмурый. — Таран положил ему руку на плечо. — Ты парень безбашенный, это понятно, но каждый сам себе добывает хабар.

— Если бы я не знал, что вы меня поддержите, я бы даже не сунулся сюда. И тогда, может быть, сейчас делили бы наши вещи. А раз так, то я беру лучшее, а остальное всем.

Таран выпрямился и хлопнул в ладоши.

— Значит так, бродяги! С этим придурком спорить бесполезно. Берете по куртке и делите поровну «дротик». Остальное складываете в рюкзак и тащите по очереди до Евлампия. И запомните! Вырученные деньги принадлежат Хмурому.

Никто не стал спорить.

В лагерь шли медленно. Все, кроме Хмурова, были нагружены под завязку. Он сначала возражал, но Таран решительно осадил его. Мол, проводник идет пустой, и точка. Остальные подтвердили слова Тарана и оставались непреклонны. Хмурый сдался. Когда остановились на один из перекуров, ему показали кабанов, бродящих вдали. Хмурый весь перекур рассматривал их в бинокль. В лагерь пришли уже по темноте. К Евлампию пошел Таран, а остальные спустились в подвал. Там была, своего рода, казарма, там же, обычно, пережидали выбросы. Все, кто возвращался с задания, освобождались от ночного патрулирования лагеря.

Гончар с Барсиком сразу завалились спать. Чуток показал Хмурому его койку и стал рассматривать свою новую куртку. Хмурый подошел к своей койке, снял рюкзак и поставил его на ящик, заменяющий ему тумбочку. Он снял плащ, аккуратно положил его на рюкзак и сел на матрас.

«Странно. Я не помню своего дома, но чувство такое, как будто я дома. Теперь я не буду спать на земле. Они приняли меня. Прошел один день, а сколько информации! Все говорят, что у меня первоклассная боевая подготовка. Это раз! Я могу предугадать опасность, причем по-разному. Это два! Таран, да и остальные тоже, отдали мне право на лидерство. Меня это не радует. Значит я или не военный, или одиночка. То бишь какой-то спецагент или наемный убийца. Хотя, что значит или не военный? Не военный точно. У военных карьерный рост превыше всего. Значит или спец или наемный убийца. Второе огорчает, значит маловероятно. На спеца реагирую спокойно. Похоже — спец. Будем пока считать, что это три! Для одного дня все очень даже неплохо».

Он посмотрел на ребят. Гончар с Барсиком спали мертвым сном, а Чуток перекладывал из своей старой куртки в новую свое барахло. Спать не хотелось. Он взял плащ и начал его рассматривать. Похоже, что ему действительно повезло.

Спереди плаща, у пояса, находились четыре кармана под магазины для автоматического оружия. По два с каждого борта. Над ними, так же четыре кармана, но поменьше. Туда можно было положить всякую мелочь, включая бинты и сигареты. Ниже пояса, по бокам, располагались два глубоких двойных кармана. Ближе к телу — под пистолеты, остальное на усмотрение хозяина. Широкий, крепкий пояс, со стороны спины, до боковых швов, был приклепан к плащу. Спереди его удерживали два клапана. Они были по пять сантиметров длиной, внизу приклепаны к плащу, а вверху крепились на липучках. По всему поясу висели крепкие карабинчики для крепления всякой всячины, от фляги до противогаза. Пояс находился почти на бедрах. А это значительно уменьшало вес груза, находящегося на нем. Застегивался плащ до пояса на сплошной липучке, а от пояса до низу — на заклепках. Полы плаща можно было откинуть назад и укрепить. Сзади плащ имел длинный разрез, фиксирующийся на заклепках. Капюшон закрывал лицо до основания шеи и имел вырез для глаз.

— Ты чо не спишь? — Таран плюхнулся рядом с Хмурым. — А-а! Никак не налюбуешься! Да! Парень! Этому плащу цены нет, если, конечно, граната в живот не влетит. Ладно! Давай спать! Тебе завтра на ковер к Евлампию.

Таран пошел к своей койке. Хмурый положил плащ на рюкзак, снял ботинки и лег на кровать, укрывшись армейским синтепоновым одеялом.

— Ну, Хмурый, удивил, так удивил! — Евлампий улыбался. — Таран все рассказал. Ты не вспомнил — кто ты?

— Нет. Всплыли некоторые навыки, а больше ничего.

— Понятно. Жаль, что ты уйдешь от меня. Если верить Тарану, то такие спецы идут по двойному весу золота.

— Но я вроде бы никуда не собираюсь.

— Это тебе так кажется. Я вчера с Тараном поговорил и всю ночь думал. Парень ты, видать, хороший, хотя, глядя на тебя, этого не скажешь. А таким Зона велит помогать. У нас тут периферия, а тебе, чтобы память проснулась, надо поближе к центру. Может, знакомого встретишь, может, де жавю испытаешь, ну не знаю я. — Евлампий развел руками. — Могу сказать только одно: ты, парень, из Зоны приполз, а значит и память твоя, там, в Зоне.

— Но я же должен тебе!

— Ха! Нет, Хмурый, теперь я тебе должен. Ты мне товар спас. Скажи, что тебе надо для экипировки?

— Ну-у, хотелось бы оптику на АКМ и глушитель.

— И все!?

— Вроде все.

— Ладно! Вот тебе оптика, — Евлампий начал выкладывать вещи перед Хмурым. — Вот глушитель, возьмешь перчатки, научную аптечку, РГД-5, две пачки патронов к АКМ, пистолет ПМ, четыре полные обоймы к нему, бутылку водки для разнообразия, флягу, противогаз, блок сигарет. Вопросы есть?

— Спасибо тебе Евлампий! За что мне это?

— Во-первых! Ты оказался лучше, чем я о тебе думал. Во-вторых! Ты спас мой товар, а мог этого не делать. В-третьих! Ты сохранил мне людей. Ну и вообще! Короче! Захочешь остаться — я буду только рад. Захочешь уйти — получи информацию. Отсюда в Зону есть только два прохода: через тоннель под железной дорогой и под железнодорожным мостом. Можно еще через колючую проволоку, но там сплошь одни мины, да и сама она под напряжением. Тоннель охраняют аномалии, но ребята иногда проскальзывают. Вояки там даже посты не установили — так уверены в непроходимости. Под мостом коалиционные войска. Блокпост. Охраняют америкосы. Самый поганый народ в мире. Они считают, что им все можно. Вот кого бы я пострелял. Ну, ты сам решай. Их там пятеро. Офицер и четыре пехотинца. Два на стреме, два отдыхают. Смотрят в Зону и на нашу сторону. Если даст Черный Сталкер, и ты пройдешь, то топай прямо по шоссе. Увидишь мутантов — стреляй. Пострелять тебе придется. Тебе надо в Росток к Бармену. Там почти все Сталкеры собираются. Даже Болотный Доктор. У Бармена попросишь работенку. Раза два выполнишь, и он будет тебе доверять. Может он, что и подскажет. Все, Хмурый. Остальное сам. Ладно. Иди. Подумай, взвесь все.

— Я, наверное, уйду. Я бы хотел попросить.

— Е-мое! Все, что угодно!

— Тут ребята придут, хабар продавать. Ты им деньги не давай. Они хотят их мне отдать. Ты, лучше, экипируй их на эти деньги.

— Таран мне про хабар говорил. Странный ты парень, Хмурый. Лады! Сделаю так, как ты хочешь. Хотя деньги тебе ой как пригодятся.

— Как-нибудь. Пойду, я, Евлампий. Спасибо тебе. Еще встретимся!

— Удачи тебе, Хмурый! От души, удачи!

Евлампий протянул Хмурому руку, Тот с благодарностью пожал ее.

Пискнул КПК. Два сообщения:

1 — Хотите хорошо питаться и спокойно спать, иметь много денег и первоклассное обмундирование, тогда записывайтесь в «Монолит!».

2 — Погиб Сталкер Семецкий. Нарвался на псевдогиганта.

— Значит уходишь?

— Не обижайся, Таран! Так надо! Мне надо! Не знаю, как объяснить.

— Брось, Хмурый! Если считаешь, что прав, то никогда не объясняйся. Все равно не так поймут. Я все понимаю, но все равно свои интересы преследую. Сиротой себя чувствую, а раньше сам всех на дистанции держал. Ты не поверишь! Я сегодня с Чутком из одной банки ел и болтовню его слушал. И ничего! Понимаешь!? А ведь обещал пристрелить его, если он будет мне лапшу на уши вешать. Прикипел я к тебе. Едрит на ангидрит! За одни сутки. Что бы ни говорили, а ты мне брат теперь. Береги себя, брат.

— Ты сам себя береги! Не забыл, как тебя зовут?

Таран усмехнулся и тихонько двинул Хмурова кулаком в плечо. Стоявшие недалеко Гончар, Чуток и Барсик, улыбались.

— Не забудь! Через три дня выброс. А! Иди уже. Удачи тебе, брат!

Таран крепко обнял Хмурова и быстро пошел в лагерь, не оборачиваясь. По пути он коротко бросил троим Сталкерам:

— Закроете ворота.

Попрощавшись с остальными, Хмурый пошел по направлению к шоссе. Он решил проверить железнодорожный мост. По словам Чутка, в Зоне не любили коалиционные войска. Они отстреливали Сталкеров, да и вообще занимались в Зоне темными делами. Так что при случае, Сталкеры старались им насолить. Шоссе вело прямо к блокпосту.