Чтение онлайн

— А дело в том, что мы опять толчём воду в ступе, выясняя отношения, вместо того, чтобы искать ключ к спасению. Что нам делать, чтобы обмануть Хо? Как найти тот самый временной зазор, в который нужно попасть, чтобы благополучно уплыть с «Эвридики»? Помоги мне, Женя. Никто кроме тебя мне не поможет.

— Я не знаю.

— Что?

— Я не знаю! Не знаю, что нужно делать. Я окончательно запутался. Я перестал понимать, суть происходящего. И главное, не понимаю, что я здесь делаю? Почему всё это происходит именно со мной? Чем больше я об этом думаю — тем сильнее меня одолевает мысль, что всё это было спланировано заранее. С какой стати такому безупречно-дисциплинированному существу, как Хо, было идти на нарушение Закона? За каким лешим оно изолировало именно этот корабль, и держит его до сих пор? Какой в этом смысл? Меня всё чаще терзают безумные догадки. А вдруг этот замысел был порождён кем-то свыше. Тем, для кого мы: я, ты, и даже Хо — всего лишь пешки, мелкие фигуры, которые этот могущественный игрок переставляет с места на место. Всё это — какой-то глобальный научный эксперимент. А мы на «Эвридике» — всего лишь лабораторные мыши под стеклянным колпаком. Да что там мы? Весь мир! Всё то, что мы наивно считаем «реальностью» — и есть одна большая лаборатория, в которой над нашим видом ставятся всевозможные опыты, о которых мы даже и не догадываемся. Мы — бактерии! Нас поочерёдно помещают то в одну питательную среду, то в другую, и смотрят, смотрят, что же мы будем делать? Станем развиваться, подохнем к чертям собачьим, или начнём жрать друг друга. На нас испытывают разнообразные среды обитания. Вероятно, Земля — это всего лишь опытный образец. Прототип биосферы. Экспериментальная модель. А может, это целый организм, населённый вирусами-людьми, на которых кто-то великий и непостижимый постоянно испытывает всё новые и новые антибиотики. Или же наоборот, антибиотики — это мы. Люди считают себя величайшими существами во Вселенной, являясь на деле микробами. Мы копошимся, возимся, пытаемся чего-то добиться, считаем себя умнее и выше богов. А этим самым богам плевать. Они делают своё дело. Они работают. Но не для нас, а для себя. И нам, ничтожествам, не изменить эту систему. Когда я задумываюсь об этом, мне становится дурно. Фатализм таких масштабов невыносим.

— Женя. Всё это лишь теория. Заметь, ничем не подкреплённая. Может быть, я и в самом деле бактерия, но, по-моему, даже такие крошечные созданья имеют право жить, и бороться за свою жизнь. Я не знаю, кем всё это запланировано, и, если честно, не желаю глубоко лезть в эти дебри. Меня интересует только реальная угроза. Эта реальная угроза исходит от Хо. Пусть ты так и не узнал, как его победить, но ты всё равно знаешь о нём больше чем я. Сейчас может помочь всё: любая мелочь, любая подробность. Расскажи мне о нём.

— Я рассказал тебе всё, что знаю, и о чём догадываюсь. К сожалению, по большей части, Хо так и осталось для меня тайной.

— Тогда расскажи об «Эвридике». Ты же был свидетелем трагедии, случившейся на ней. Ты всё видел.

— Да ничего я не видел! Всё, что творилось на корабле — не затронуло меня. Не знаю, почему. Наверное, благодаря Хо.

— Просто, расскажи всё, что знаешь. Уверена, что тайна этого корабля таит в себе необходимую разгадку.

— Вообще-то я хотел оградить тебя от лишних кошмаров. Но раз уж ты так просишь. Должен предупредить. Мне придётся показать тебе сцены, которые я заимствовал из памяти погибших пассажиров, и самого Хо. Это может шокировать тебя. Ты готова к этому?

— Я уже такого насмотрелась в течение проклятого «круиза», что готова к чему угодно. Лишь бы выпутаться из этих тенёт.

— Потом не говори, что я тебя не предупреждал…

— Можно только один вопрос?

— Конечно.

— Я знаю, что в результате попыток Хо слиться с твоим разумом, ты перенял некоторые его воспоминания и мысли. Ты об этом не раз говорил. Но как тебе удалось прочитать мысли пассажиров?

— Тут всё ещё проще, чем с Хо. Энергетическая оболочка «Эвридики» каким-то образом способна впитывать и хранить зрительные образы. Словно губка. Не знаю, почему. Видимо из-за того, что после расслоения она стала частью ноосферы, и в некоторой степени переняла её функции. Со временем, сохранившиеся в ней воспоминания гаснут, точно так же, как и в памяти живого организма. Но самые яркие из них остаются надолго, и время от времени вспыхивают, порождая видения. Помнишь рассказы твоих спутников, ставших сомнамбулами, о том, что они видели корабль глазами его пассажиров? Мы уже беседовали с тобой об этом, и я объяснял, почему так происходит. Это плохой знак. Подобные вспышки чужой памяти свидетельствуют о том, что сумерки начинают постепенно поглощать тебя.

— С Геной совсем недавно случилось подобное.

— Это не удивительно. Наступает его очередь.

— Я не собираюсь этого допускать. Давай, показывай свои страшилки. Я во что бы то ни стало, хочу разгадать загадку этого мерзкого корабля.

Печально вздохнув, Евгений сошёл с тротуара, и, подойдя к притулившемуся в сторонке небольшому строению, напрочь лишённому окон, открыл тяжёлую металлическую дверь с предупредительным знаком «Осторожно! Высокое напряжение!».

— Заходи.

— Что это? Подстанция? — иронично усмехнулась Ольга. — А меня там током не убьёт?

— Да заходи уже. Пока я не передумал, — Евгений был явно раздражён, и очевидно действовал вопреки своему желанию.

Оля шагнула в совершенно тёмное помещение, внутри которого сонно гудел невидимый трансформатор, и, обернувшись, спросила:

— А ты?

— Не бойся. Я всё время буду тебя сопровождать, — ответил Женя. — И комментировать происходящее. Так что…

Он немного помялся, и добавил:

— Главное, не забывай, что всё это — обычные воспоминания. Какими бы пугающими ни были эти образы, они не смогут тебе повредить физически. А вот на психику подействовать могут. Так что, не бери близко к сердцу. Всё, с богом.

Он запер за ней дверь, и закрыл замок.

— Эй! Подожди, а как же… — Ольга смолкла на половине фразы.

Включился свет, и она поняла, что находится в центральном зале «Эвридики». Играла музыка, работало информационное табло, зеленели пальмы в кадках. Вокруг бродили пассажиры.

— Это случилось примерно год тому назад, — зазвучал в голове голос Евгения. — «Эвридика» вышла в свой обычный рейс. Шёл второй день пути. Судно направлялось в Анапу. Ничто не предвещало беды. Ни пассажиры, ни экипаж, не могли предположить, что зло уже нацелилось на них, выбрав корабль своей мишенью. В тот вечер на море опустился сильный туман, из-за которого капитан распорядился снизить скорость. Всё это, безусловно, сыграло на руку Хо, у которого появилась отличная возможность реализовать свой дьявольский план. Предположительно, оно проникло на борт ещё в Сочи. Смотри, видишь этого грустного мальчика? Родители безуспешно пытаются его растормошить, развеселить, а он всё равно замкнут и неразговорчив. Это первый реципиент на «Эвридике». Именно он, предположительно, занёс на корабль Хо. С него всё началось.

— Первый? — удивлённо подумала Ольга.

— Да. Хо требовалась тщательная рекогносцировка, чтобы хорошенько осмотреться на корабле. Ему была нужна опорная точка. И оно её отыскало.

Ольга поднялась на красную палубу, где стала свидетельницей стычки хамоватого коротышки с парнем-кавказцем.

— Здесь-то всё и началось. Этот конфликт привлёк Хо не зря. Всё дело в переизбытке ненависти. Как кровь в воде привлекает акул, так ненависть привлекает Хо. Этот не вполне воспитанный бизнесмен, решивший отправиться в путешествие с двумя девицами лёгкого поведения, поневоле навлёк на себя напасть, став первой жертвой.

Словно по мановению волшебной палочки, Ольга перенеслась в люкс, и увидела, как одна из спутниц бизнесмена рисует что-то на зеркале губной помадой. Затем, переместившись в спальню, она увидела нетрезвого хозяина, развалившегося на кровати в неприличной позе.

— Они ненавидели его. И эта ненависть сделала своё чёрное дело.

В люксе вдруг мелькнул свет, что-то тихонько прошуршало за стеной, сцена сменилась, и перед глазами Ольги предстали страшные кадры. На кровати дёргалось тело бизнесмена, который лежал, растопырив руки и ноги в разные стороны, а Хо, склонившись над ним, сжимало его голову лапами, едва не упираясь своей страшной мордой в его перекошенное ужасом лицо.

Вскоре стало понятно, чего оно добивалось. Пальцы сумеречника начали просачиваться в уши жертвы. Хо буквально втекало в его голову с двух сторон. Из раздираемых ушных раковин, на подушку обильно струилась кровь. Всё тело мужчины при этом мелко содрогалось, словно его било током. В итоге, обе половины раздвоившегося Хо втянулись в уши несчастного. Тело бедняги тут же замерло, и безжизненно застыло.

Девушка, в чье сознание вселилась Ольга, внезапно вернула контроль над собственным телом. Вздрогнув, она нерешительно дотронулась до ноги лежащего господина, отскочила назад, и позвала подругу. В этот же момент, «оживший» пассажир схватил её за руку, и со всей силы дёрнул к себе. Сознание Ольги тут же переместилось в образ второй девушки, которая, ничего не подозревая, входила в спальню. Не успела она миновать порог, как рука, схватившая её подругу, моментально соскользнула с её запястья, и мёртвой плетью упала на простыню. А пассажирка так и замерла в неестественной позе, склонившись боком, точно манекен.