Чтение онлайн

— Ну и дела, — произнес я, — бред какой-то получается. Эти журналисты всегда дерьмо пишут в своих идиотских статейках. Эта газета может заменить только туалетную бумагу.

— Я понимаю, что ты не в себе. Твоя репутация подорвана, но в этом ведь нет твоей вины.

— Нет, есть. Я виноватый в том, что не смог найти того, кто это сделал. Но ничего — у меня есть алиби, которое подтвердят свидетели.

— Когда будет суд над этим делом? — поинтересовался одногруппник.

— В понедельник, в десять утра.

— Ты уже связался с адвокатом?

— Да, сегодня у меня с ним встреча.

— Тебе не позавидуешь. Сочувствую, что ты попал в эту передрягу.

— Передряги и существуют, чтобы из них искать лучший выход. Короче говоря, эти идиоты не могут своей башкой догнать, что я не причастен к убийствам. Менты ни хрена не шарят в этом! — я уже перешел на крик, чувствуя, что не в силах себя держать в руках.

— Я вижу, что ты не в форме сегодня.

— Да, сегодня не лучший день в моей жизни.

— Помнишь, ты предлагал заняться бизнесом на рынке ценных бумаг? Я подумал над этим, пообщался со знающими людьми.

Я слушал его в пол-уха, думая о своем.

— Прибыль можно, конечно, получить хорошую. А если посмотреть с другой стороны, то можно и потерпеть убытки. Это как в казино, чет-нечет, повезет или нет. Один мой знакомый предложил открыть счет на Форексе и проводить операции с иностранными валютами. Он нам может помочь. Кстати, многие люди, которые, стали воротилами в мире бизнеса, начинали с Форекса. Улавливаешь?

— Что? Извини, я сейчас ничего не соображаю. Ты нашел не подходящее время для обсуждения таких дел.

— Ладно, поговорим в другой раз. Вижу, сейчас это не к месту.

— Действительно.

— Ну, хорошо, ни пуха тебе.

— К черту, — сказал я, мысленно посылая Сверлова туда.

— Постарайся выиграть это дело. Удачи.

Дверь за ним закрылась. Я задумчиво смотрел на двери. Сегодня я с трудом держал себя в руках. Я даже рассердился на себя за такое поведение и за такую манеру ведение беседы. Еще немного, и я потеряю друзей.

У меня возникла потребность расслабиться, и я отжался от пола, потягал гири, и сделал еще несколько физических упражнений.

Почувствовал себя немного уверений, я вышел во двор и подошел к машине. Я проверил уровень масла и закрыл капот, когда ко мне сзади кто-то подошел. Я инстинктивно напрягся и приготовился драться, если в этом возникнет необходимость.

Такой необходимости не возникло, поскольку передо мною стоял газетчик, высокий в синей шапки, нахлобученной чуть ли не до глаз.

— Добрый день, — вежливо начал он. — Моя фамилия Варшак. Я — журналист газеты "Криминальный мир".

Услышал это, я сразу запротестовал:

— Нет, нет, уходите отсюда! Я не желаю с вами беседовать. Вы понаписывали всякой гадости про меня и теперь собираетесь это сделать.

— Правда, что вы убили двух работников милиции?

Это вывело меня из себя:

— Если ты сейчас не заткнешься, то я тебя убью!

Но, журналиста это не сильно оскорбило. Очевидно, он привык к такому обращению.

— Вы считаете, что вас кто-то подставил? — спросил он.

Наконец, я немного успокоился:

— Да, я так считаю. И собираюсь найти того, кто это сделал. А когда я его найду — пусть пеняет на себя.

— Как вы думаете, кто вас подставил?

— Послушай, приятель. Твои вопросы сидят у меня уже в печенки. Я больше не собираюсь тратить свое личное время, на пустую болтовню.

— Подождите, это не пустая…

— Все! — я развернулся и пошел в дом.

До встречи с адвокатом оставалось минут сорок. Это время я смотрел телевизор, но особо не вникал, что показывают там.

Ровно через сорок минут пунктуальный адвокат приехал. Мы поздоровались. Зинченко с широким лицом, острым подбородком выглядел, как известный художник Серченко, но по характеру и по взглядам никак не был похож.

— Должен заметить, что все, что вы скажите мне, останется между нами, только если вы сами не захотите все рассказать прокурору.

Я заверил его, что знаю все юридические тонкости этого дела. Затем, я ему все рассказал, что считал необходимым. Мы побеседовали минут тридцать, и Зинченко задал мне несколько вопросов.

— Вы уверенны, что в доме Омельченко сами не оставили свою визитную карточку вашего детективного агентства "Белый Дом"?

— Уверен, потому что визитки я в карманах не ношу. Обычно, я их оставляю в багажнике своего "BMW".

— Понимаете, в чем дело? Алиби у вас безупречно только на ту ночь, когда убили двух блюстителей порядка. А в момент убийства Степана — у вас алиби нет.

— Разумеется, нет. Я нашел труп, а убийство произошло буквально минут за десять до меня. Потом это медицинская экспертиза определила.

— Да, скверно. Я уверен, что окружной прокурор зацепиться за этот случай, где у вас нет алиби.

— От этого никуда не деться. Я думаю, что ход конем в этом случае будет предъявить пленку, где меня шантажируют и угрожают. А там, на основании фактов судья будет принимать решение. Я как юрист, считаю, что дело в суде будет выигранным.

— Вы правы, я тоже так считаю. А экспертиза пленки была проведена? — спросил адвокат.

— Я пока не знаю. Полковник сегодня позвонит и скажет мне.

— Хорошо, придерживайтесь тех принципов, которые я вам назвал, и удача вам улыбнется.

— Спасибо, Григорий Иванович, до свиданья.

Не успел я закрыть за ним двери, как раздался звонок телефона. Я подошел к столу и снял трубку:

— Алло.

— Володя, привет, — услышал я голос полковника, — эксперты проверяли пленку.

— Ну и что с кассетой?

— Положительный результат — это не монтаж.

— Слава Богу! А как там досье Тарасенка?

— Пока ничего. Завтра может, будет возможность поискать его досье.