Чтение онлайн

– Около двух лет, – пожал он плечами.

– А… – начал было я, но решил, что все-таки спрашивать у Никиты про личную жизнь Глеба – так себе идея. – Ясно.

– Он всегда много говорил о тебе, – добавил Никита и улыбнулся как-то лукаво.

А, может, мне просто показалось, и во всем была виновата ямочка на левой щеке.

– Ну, думаю, ты и сам понимаешь, что о тебе Глеб ничего не говорил, – хмыкнул я.

У Никиты на лице на мгновение появилось обиженно-расстроенное выражение, но тут же исчезло. Все произошло так быстро, что я опять усомнился в том, что верно интерпретировал его эмоции.

– Лучше ничего, чем всякие гадости, – мрачно пошутил он. – Но вы же еще с института знакомы?

Я кивнул.

– Угу. Он на моей памяти все девчонок клеил. Так что…

Никита пожал плечами.

– Всякие истории случаются, – расплывчато отозвался он.

– Ты тоже к девушкам пристаешь? – поднял я бровь.

Не знаю, зачем я до него доебался. Мне дело не должно было быть ни до Никиты, ни до того, с кем все эти годы спал Глеб, ни до девушек, которых клеили эти парни.

– Я? – рассмеялся он. – Нет, я нет. Я только по парням, – сказал Никита и смутился. – Давай не будем, если тебе такие разговоры неприятны.

– Почему мне они должны быть неприятны?

– Глеб говорил…

Никита не стал пояснять, что именно говорил Глеб, но я как-то достроил сам. Я не был каким-то уродом, который унижает других людей. Но некоторые мои шуточки были… скажем так, они несколько морально устарели. Да, в то время, когда мы учились в универе, я мог позволить себе отпускать довольно грубые замечания. Про геев в том числе. Не скажу, что со зла. Скорее уверенный, что никто из моих друзей, никто из тех, кто слышал мои шутки, никакого отношения к геям не имели. В общем, туповат я был в университете. А кто нет? Уверен, что Никита в свои… в своем возрасте, сколько бы ему там лет ни было, тоже был битком набит всякими предубеждениями и глупостями.

– Сколько тебе лет? – спросил я, так и не прокомментировав то, что Глеб что-то там обо мне говорил. – Ты учишься?

– Заканчиваю учиться скоро. Двадцать один мне. А тебе тридцать два, да? Вы же ровесники.

Я кивнул. Десять лет разницы. То есть, по сути, Глеб завел себе молодого любовника. Я бросил долгий взгляд на Никиту. Почему-то к нему не лип такой ярлык.

– Что? Что-то не так? – спросил он в ответ на мой пристальный взгляд.

Я отрицательно помотал головой.

– На кого учишься?

– Дизайнер.

Конечно. Дизайнер. Видимо, мое отношение к вопросу отразилось на моем лице, потому что Никита вдруг покраснел, – еще сильнее, чем тогда, в первый раз, – и возмущенно протянул:

– Не-е-ет! Все не так! Это не из-за того, что это такая… гейская профессия.

– Да я ни слова не сказал!

– Но ты посмотрел! Я тебе покажу свои рисунки, и ты все поймешь, – запальчиво заявил Никита.

Затем он обошел мой стол, встал рядом со мной и достал свой телефон. Полистал там что-то и сунул мне под нос экран, на котором была фотография рисунка.

– Ты нарисовал авокадо? – уточнил я.

– Да, например…

– Дай посмотрю, что еще.

И, не дожидаясь разрешения Никиты, я пару раз провел пальцем.

– Нет, не… Да нельзя же так! – возмутился он.

Авокадо. Незатейливый скетч с участием пекарни на первом этаже. Мужской профиль. Мой профиль?.. Никита успел отобрать у меня свой телефон раньше, чем я успел рассмотреть достаточно внимательно. Я хотел спросить, действительно ли он нарисовал меня, но в этот момент в офис вернулся Глеб.

– Чем заняты? – спросил он.

Мы с Никитой нестройным хором ответили, что ничем.

***

Кроме меня и Глеба в нашем стартапе работали еще менеджеры по продажам, девушка-аккаунт и Леся, которая заказывала воду в офис и следила за тем, чтобы принтер печатал. У меня было три сотрудника преимущественно на удаленке, которые приезжали к нам редко. И никто из них не знал о Никите. Не знаю, почему эта мысль мне казалась такой нереальной и забавной разом.

Мы с Глебом все еще не говорили об этом. Казалось бы, какая разница? Если бы Глеб меня застукал с моей девушкой в офисе, то тут и обсуждать было бы нечего. Однако какая-то разница была. Между нами повисло напряжение. В комнате завелся слон, если вы понимаете о чем я.

В итоге Глеб пригласил меня на обед. Это потребовало от меня некоторой выдержки, но я справился с тем, чтобы не отпустить резкой шуточки.

– Как у нас дела с сайтом? – спросил он, когда мы уселись за столик в углу и принялись разглядывать меню.

– Ждем разрешения разместить логотипы. Ты сказал, что до конца недели тебе должны ответить на письма.

– А с…

Я вздохнул и перевел взгляд с меню на Глеба. Не выбрать мне спокойно из плова и жюльена.

– Глеб, прости, но мы это обсуждали буквально вчера вечером. Помнишь? Ты о чем-то другом по ходу дела хотел поговорить.

Он осекся и пожал плечами.

– Никита сказал, что ты забавный, – вздохнул Глеб. – Он считает, что мне повезло с другом. И я хотел спросить у тебя. Мне повезло или не очень?

Я понял, что хочу заказать жюльен. Только к нему надо обязательно что-то еще взять, а то не наемся.

– Это же тебе решать, верно? – хмыкнул я. – Слушай, я знаю… Вспомнил тут на досуге… Что порой позволял так себе высказывания. Но, как мне кажется, их все себе в том возрасте позволяли.

– Так себе оправдание.

– А я и не оправдываюсь, – поднял бровь я. – Еще скажи, что я должен извиниться сейчас за все, что когда-либо нес, – зачем-то огрызнулся я вдобавок. – Но мое отношение к тебе не изменилось. Никита… просто чувак. Мне все равно Никита или Андрей. Ты их, наверное, меняешь время от времени и…

– У нас не такие отношения, – отрезал Глеб, и я осекся.

Все это время Глеб делал вид, что встречается с девушками. То с одной, то с другой и в ход щедро шли шутки о том, что он меняет подруг как перчатки. Я привык считать его немного бабником, и, кажется, еще не успел переосмыслить этот образ.

– Так всегда было? – спросил я. – Парни.

Глеб кивнул.

– И все твои подруги?..

– Выдумка, – хмыкнул он. – Иногда просил кого-нибудь подыграть.

– Я бы так не смог.

– Ты просто не пробовал, – хмыкнул Глеб. – Не надо говорить о том, о чем понятия не имеешь. Может, ты сейчас думаешь, что был бы таким смелым и открытым, но уверен, что парочка пиздецовых ситуаций – и ты бы засунул голову в жопу.

Мне захотелось ему вломить, а я такого желания уже много лет не испытывал. Вот же засранец. Ладно, черт с ним. Еду к тому же принесли.