Чтение онлайн

Пошатнувшись на каблуках, опираюсь рукой об стену и стираю с лица слезы.

Дамир дергается, будто по инерции хочет подойти, но остается на месте, удерживая дистанцию.

– Ты наивна как младенец. Ты втемяшила себе в голову, что у вас любовь? Что он влюбился? Ему скоро надоест, и будет то же самое, что было с Дашей. Не помню чтобы женщины подолгу задерживались в его жизни. Поэтому решай сама, нужно тебе это или нет…

В неверии, качаю головой. Мне это все снится. Просто один сплошной реалистичный кошмарный сон.

Я больше не могу и не хочу его слышать. Я хочу уйти, потому что от всех его слов меня просто тошнит. На ватных ногах я несусь в уборную, не замечая никого вокруг. Облегчает только то, что Дамир не пытается меня остановить и больше не произносит ни слова. Пока все заняты именинником возле главной сцены, забегаю в уборную и, прикрыв за собой дверь, даю волю своим эмоциям.

Мне плохо. В груди тяжелеет и давит. Мне не убежать от этой тяжести, куда бы я не пошла. Я еще не знаю, как буду жить с этим. Не знаю, как посмотрю в его глаза после услышанного. Я даже не знаю, что мне делать сейчас. И словно в прострации стою в уборной и глотаю слезы, которые душат меня.

Ну почему именно сегодня?

Мне нужно будет поговорить с Андреем. Я хочу, чтобы он, глядя мне в глаза, признался в этом. Я хочу услышать его версию, но для начала мне нужно пережить этот вечер.

Утирая слезы, я подошла к огромному начищенному до блеска зеркала и застыла. Я выгляжу просто ужасно. От моего макияжа не осталось ни следа. Туш смылась вместе с моими слезами и оставила лишь темные дорожки. Лицо стало бледное, не живое. В глазах пустота, смешанная с растерянностью.

В какой-то момент я даже запаниковала. Выходить в таком виде к гостям ну совсем не комильфо… А если вспомнить то, что его мать меня ненавидит, она будет только рада такому исходу. Ну уж нет, я не доставлю ей такого удовольствия и переживу этот вечер. Ведь может Дамир именно этого и добивался - сломить меня перед всеми и выставить как истеричку и проститутку…

Я даже не знаю...

Эта семья настолько жестока, что мне хочется бежать прямо сейчас, но я решаю довести все до конца.

Открыв кран, я набрала холодной воды в ладони и просто старалась смыть то, что ужасало саму меня. Не знаю, сколько времени прошло с того момента, но мне удалось более менее смыть водостойкую подводку с глаз и убрать следы от красной помады на лице. Вытряхнув свою сумочку, я впервые почувствовала облегчение. У меня была с собой косметика, которая точно спасет мое лицо. Может это будет не так превосходно, как у визажистов, но человеческий вид придаст точно.

Стараясь заглушить коктейль из самых разнообразных эмоций в груди, я потянулась за тональным кремом, пудрой и приступила.

Пульс пружинил то вверх, то вниз, пока я наносила на свое лицо косметику. Я не должна плакать, — повторяла раз за разом, когда глаза предательски наполнялись слезами. Я не должна показывать, что мне больно, иначе они сломают меня еще больше. Пройдутся по мне своим словарным запасом и не пожалеют.

– Карин, ты здесь?- раздался стук в дверь вперемешку с родным голосом.

На пару секунд я выпала из реальности, почувствовав нехватку воздуха в легких. Опрометчиво сделала глубокий вдох и, переселив себя, ответила:

– Да, здесь, дай мне две минуты.

Я быстро собрала оставшуюся косметику и, взглянув на себя в зеркало, поправила в уголке губ выступившую за контур помаду. Мое сердце, стучало как бешеное, а глаза, кажется, выдавали мое состояние.

Уже ничего не изменить, — отчетливо билось в моем подсознании. Поэтому, выпрямив спину, я откашлялась и взяла сумку. Сделав несколько шагов к двери, потянулась к ручке и открыла ее.

30 Глава

30 Глава

Карина

– Ты в порядке? – он впивается в мое лицо, и я вижу в них волнение, которое поднимает бурю в моей собственной душе.

– Да, все хорошо,- быстро опускаю взгляд на свое платье.

Главное не плакать.

Он тянет к моему лицу руку и заставляет взглянуть ему в глаза.

– У тебя глаза красные. Ты плакала?

Его дыхание частое. Руки отбрасывают в сторону полы пиджака, ладони ложатся на талию.

– Кто тебя обидел? – спрашивает, окидывая меня оценивающим взглядом.

Глядя Андрею в глаза, чувствую только одно: как сердце привычно тянется к нему, и это напоминает мне, что у меня есть что-то большее, чем просто набор базовых чувств. У меня есть любовь, которую никто из них не поймет, потому что это слово у них воспринимается как «инвестиция».

– Никто меня не обижал. Что-то в глаза попало, и я пыталась их промыть водой, — вру без зазрения совести. Им же можно.

– Может, врача вызвать?
– спрашивает взволновано.

– Нет, это лишнее, уже все в порядке. Давай будем начинать праздновать твое День Рождение. Я так понимаю, все уже собрались?

– Да, все ждут только нас.

– Вот и отлично, — улыбаюсь через силу.
– Пойдем.

Он молча берет мою руку в свою ладонь и ведет за собой.

Постепенно слышу, как голоса в зале стихают, потому что появляемся мы.

Я всеми силами пытаюсь держать лицо, не обращая внимая на плывущие по телу мурашки. А когда случайно поворачиваю голову, то натыкаюсь на привычный ледяной взгляд Дамира. Паника давила горло тугой удавкой. Он и его мать только и ждали моей капитуляции. Множество враждебных глаз сканировали каждое мое движение, и под этим всем я чувствовала себя конченой неудачницей.

А ведь все так здорово начиналось ….

– Присаживайся, — слышу его тихий голос.

Андрей отодвигает стул, и я послушно опускаюсь на него. Не медля, он сразу занимает место рядом и берет меня за руку. От каждого его прикосновения в груди я ощущаю тяжесть. Вперив взгляд на стол, я чувствую, как обида и горечь топят меня с головой. Мне сложно держатся рядом с ним легкой и веселой, особенно теперь, когда я знаю правду. Зажимаю под столом кулачки и поднимаю взгляд, где уже во всю начинается праздник.

Программа традиционно начинается с приветствия всех и каждого в отдельности. То, что здесь собрались сливки гребаной элиты, я не сомневаюсь.

Далее фуршеты и танцы. Мне скучно и душно. А еще я ужасно хочу увидеть Олю. Я думала, что она приедет с его матерью, но не наблюдаю ее.

– Андрей, — обращаюсь к нему тихо. – А Оли что, не будет?

– Я забыл тебе сказать, — чешет он бровь и откладывает телефон на стол.
– Кариш, как видишь, это мероприятие не для детей. Мы отметим его с Олей отдельно, по-семейному. Втроем. Я взял в аренду дом у озера, так что на следующих выходных все будет.