Чтение онлайн

— В военном отношении мы уже проиграли, — признал Велимир. — Два демона — это не шутки. Если он их приручил навечно, то Назаровы никогда не уступят своих завоеваний. Таких слуг не отпускают.

— Предлагаешь сложить руки и сидеть?

— Ну, почему же? Всегда найдутся варианты противодействия. Только…

Он пристально поглядел на Бориса, отчего тот заёрзал на месте, ощущая исходящую от него магическую энергию — словно прощупывал, искал слабые места.

— Что «только»?

— Женись сначала, Боря, — улыбнулся Велимир, убирая давление. — Если мы собрались создавать союз, мне нужно знать, из какого Рода будет твоя жена. Вдруг они окажутся лояльны Назаровым?

— Значит, ты вернёшься в Петербург?

— Возможно, — нехотя ответил Шереметев. — Но ближайшие годы я проведу здесь. Знаешь, почувствовал вкус к такой жизни, да и партнёры интересные из Казани появились. Отец не вечен, и никто не знает, сколько ему отмерено после тяжёлого ранения. Может, десять лет, а может — и все пятьдесят. В любом случае, наследником станет Сашка.

— Купи первородство у брата, — неожиданно предложил Борис. — Я знаю, в Европе такое практикуется, если наследник не способен управлять Родом. Александр ведь не сильно стремится быть Главой клана.

Велимир хмыкнул. Волынский подкинул интересную идею. Почему бы и нет? Сашка и в самом деле тяготится ролью наследника, ему с Антониной хорошо за широкой отцовской спиной, никаких обязательств. Недавний кризис, который взялся разруливать Велимир, показал, насколько Александр нерешителен в ситуациях, где нужно рисковать и брать на себя ответственность.

— Я подумаю, Боря, подумаю, — кивнул княжич Шереметев. — Ну а ты пока осваивайся в Симбирске. Тебе здесь понравится.

Екатеринбург, февраль 2017 года

Двухэтажный старинный особняк с белеющими в темноте полуколоннами мавританского стиля и украшенный богатой барочной лепниной, хорошо проглядывался сквозь голые деревья. В стылом воздухе раскоряченные во все стороны ветви лениво покачивались от проносившегося в небольшом парке ветерка, и, казалось, издавали едва слышимый хрустальный перезвон. Днём была оттепель, а ночью снова ударил мороз, покрыв всю растительность тонким слоем льда.

Большая часть здания скрывалась, погружённая в темноту, и только несколько окон на втором этаже бросали скудный свет на крохотный пятачок земли снаружи. Над входом горел фонарь, а на первом этаже лишь одна комната привлекла внимание зажжённой настольной лампой. Унылая замёрзшая громада дома съёжилась на холоде, а серебристо-жёлтый полумесяц луны неохотно выглядывал из-за едва ползущих по небу туч.

Четверо мужчин в тёмной свободной одежде лежали на голой земле и внимательно изучали подходы к особняку. Они не боялись замёрзнуть. Тепловые амулеты, встроенные в защитные комбинезоны, заботливо поддерживали нужную температуру.

Этот особняк принадлежал когда-то семейству Изотовых, потомственных купцов-зверопромышленников, разорившихся в сороковых годах двадцатого века. Тому было много причин, но более всего падению дома поспособствовал бурный рост золотопромышленности и металлургии, приносивших баснословный доход ушлым предпринимателям новой формации, «русским капиталистам с повадками буржуа», как их называли острословы-журналисты.

Изотовы распродали имущество и уехали куда-то на Волгу, где их следы затерялись. Никита особо и не интересовался судьбой этой семьи. Его сюда привёл след смотрящего за воровским общаком. Именно здесь жил Ферзь со своей личной охраной и боевой группой «быков». Обычно в таких хоромах ворам запрещено селиться, но для смотрителя могли сделать исключение.

Идея подсадить маячки в ауру Паяльника и Бяки оказалась правильной. Уже на следующий день Никита знал, где обитает Ферзь, и, возможно — Чекан. Переговорщики, как он и рассчитывал, прибежали к главному действующему лицу, чтобы передать результаты встречи со столичными фраерами, тем самым «засветив» смотрителя. Дуарх быстро «протянул трассу» до особняка, и теперь сюда можно было попасть из любой точки страны.

— Фундамент высокий, есть подвал, — прошептал Слон, лёжа рядом с Никитой. — Уже наводит на мысли.

— Наводит, — согласился барон, разглядывая в ПНВ особняк. — Вижу несколько зарешёченных окон в подвале. Вполне возможно, что там и хранится общак.

— Будем проникать в дом?

— Почему бы и нет? Хотя бы ради любопытства, — усмехнулся Никита. — Но для этого нужно, чтобы кто-то вышел на улицу. А я вижу, охрана спустя рукава несёт службу… А, нет, недооценил я их. Обнаружил две видеокамеры. Одна на стене, направлена в сторону входа. Вторая на крыше. Видимо, широкоугольная, охватывает всю прилегающую к особняку территорию.

— Магическая? — заволновался Москит.

— Нет, обычная, но на всякий случай прикрою-ка я нас «пологом».

Никита раскрыл скрипт, тут же окутавший их непроницаемой плотной завесой, за которой разглядеть людей могла только спецаппаратура. «Изумруд» выпускал такую, но она поставлялась исключительно в армию, и вряд ли у гражданских она могла появиться. Разве что наличие чародея, если вспомнить Аякса… У воровской общины могло быть с десяток таких полукровок на службе.

— Ну, что, прогуляемся? — Никита и в самом деле хотел проникнуть в особняк, чтобы убедиться в наличии «кассы». Забирать её прямо сейчас он не собирался, как и обсуждать с ворами какие-то идеи по созданию «общего» банка. Подобные планы всегда оборачиваются проблемами в будущем. Поэтому тихая разведка куда эффективнее любых налётов и экспроприаций. Общак исчезнет чуть позже, когда у воров даже мысли не возникнет связать его пропажу с петербургскими коммерсантами. Приехали, получили от ворот поворот, так же тихо собрали манатки и умчались обратно.

— Всегда готовы! — в голосе Слона послышался азарт.

— Погодите, проверю наличие сигналок, — осадил его Никита и активировал магическое зрение, в котором ночь сразу раскрасилась в необычные серебристо-фиолетовые и бледно-жёлтые тона. К облегчению волхва никаких ловушек вокруг дома не было. Но они могли быть установлены в самом особняке, начиная от парадной прихожей.

— Пошли, — тихо сказал Никита и рывком поднялся с земли.

Под прикрытием магической завесы все четверо пробежали несколько метров от лужайки с клумбой к парадному входу и замерли, прижавшись к стене по обе стороны от двери. Обитатели особняка поставили металлическую дверь, значительно укрепили проём, слева от неё повесили коробку с кнопкой вызова персонала. На панели светился красный огонёк, отчего на лицах мужчин отражался его мертвенный свет.

Даже для мага-универсала проникновение в охраняемое здание — дело нелёгкое. Имея дело со своими коллегами из чародейского цеха, даже Никита не мог знать, какой тип сигнальных маячков, сторожков и прочих ловушек, обнаруживающих физическое присутствие нежелательных гостей, раскидан по всему особняку. Но подозрение, что большая часть из них настроена на открытие порталов, оставалось. Поэтому зайти внутрь даже с помощью демонов — значит, со всей вероятностью обнаружить себя.

Усыпить всех находящихся за метровыми стенами людей тоже не представлялось возможным. Магоформа рассеется в пространстве и заденет только тех, кто находится в непосредственной близости от очага поражения. Охрана, возможно, уснёт, а вот те, кто сейчас находится наверху, лишь позевают, но сочтут это за обычную усталость и желание поспать.