Чтение онлайн

В соответствии с ч. 1 ст. 41 ГПК РФ, суд при подготовке дела или во время его разбирательства в суде первой инстанции может допустить по ходатайству или с согласия истца замену ненадлежащего ответчика надлежащим. После замены ненадлежащего ответчика надлежащим подготовка и рассмотрение дела производятся с самого начала.

Суд, выслушав мнение участников процесса, ознакомившись с представленным документом считает, что заявленное ходатайство подлежит удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 224–225 ГПК РФ, суд определил:

Заменить ненадлежащего ответчика Небесную Л. В. – надлежащим А. А. по гражданскому делу №__ по иску Государственного учреждения управы М-ского района Н-ской области, к Небесной Л. В. об освобождении земельного участка от установленного металлического тента.

Провести подготовку дела к судебному разбирательству с участием надлежащего ответчика Небесного А. А. 14 февраля 2008 года в 12 часов, с вызовом сторон.

Определение может быть обжаловано в соответствии со ст. 331–333 ГПК РФ в Н-ский областной суд в течение 10 дней.

Судья: Подпись

Глава III. О правосудии и судье

1. Лучший адвокат – это судья, судья истинный.

2. Судьей вправе быть человек, олицетворяющий мудрость и справедливость закона, совесть общества, работающий на оправдание добра!

Правосудие – особо значимая социальная функция, необходимостью в которой и вызваны к жизни суды, с их устоями и традициями, ритуалом и процессуальными гарантиями, строгостью и вариантностью судебных процедур.

Правосудие – это мастер-класс профессионалов: судей, адвокатов, прокуроров и жизненное испытание для сторон, участвующих преимущественно по необходимости (даже при формально свободном волеизъявлении стороны-инициатора процесса), потому что множество существенных для человека проблем решаются в судебном порядке – и не иначе.

Правосудие – прерогатива суда (его исключительные полномочия, никому не передаваемые даже для рассмотрения единственного уникального дела.

Есть редкие судебные дела, по которым процесс для акторов (участников) – бескомпромиссная борьба. Судебная война особая, бескровная, но потери и затраты в итоге могут превысить цену иска. И многократно.

Ввязываясь в судебную войну, истец штудирует правила, смиряясь с тем, что по правилам дело займет максимум два месяца. Но «война» оказывается затяжная. Не случайно еще в XIX веке процесс, тянувшийся годами, иронично называли «процессом века».

Судебный процесс требует судебных расходов (пошлины, издержки, связанные с рассмотрением дела) (ст. 88 ГПК, 101 АПК «Судебные расходы»; ст. 131 УПК «Процессуальные издержки»). Вместе с тем есть процессы, которые начинает один, а продолжает другой участник (его процессуальный правопреемник – ст. 44 ГПК; ст. 48 АПК. Естественно, что у обвиняемого, подсудимого процессуального правопреемства – по части привлечения к уголовной ответственности нет).

Кроме финансовых издержек, бывают и последствия непоправимые, когда процесс становится катализатором того, что сторона не дожила до его окончания.

Для публики правосудие – театр. Театр жизни, фрагменты которой, предлагаемые пооочередно профессиональными участниками судебного действа (акторами) – выступления с заявлениями, возражениями; предъявление исков и встречных исков; обращение к суду с ходатайством и контрходатайством, их обсуждение, с противоположных позиций, которым подтверждается известное выражение: «два юриста – три мнения».

Судебный театр – самый увлекательный… для публики. (Но не для стороны, частной сферы, которой может невзначай коснуться транспарентность или мысль которой грубым образом может извращенно с апломбом интерпретировать самоавторитетное лицо, как говорится, «с положением» и с поставленным голосом (из разряда записных моралистов). Конституционные гарантии тайн личной, частной жизни, а также прав на результаты интеллектуальной деятельности – авторских, смежных, патентных, ноу-хау и других – должны в полной мере соблюдаться и в судебных процессах. Судебная защита результатов интеллектупальной деятельности остается одной из задач судопроизводства как в настоящем, так и в перспективе.

Постижение сути дела в процессе непрерывного рассмотрения и исследования каждого факта, обстоятельства, доказательства, их сопоставления, критического анализа, в разных аспектах, обычных и неожиданных для участников дела (исключая инициатора, привлекающего внимание суда к некой частности, не замеченной остальными. Судоговорение вообще для судебной публики – калейдоскоп событий, смена впечатлений от концентрированной фактической и юридической информации, достоверность которой еще предстоит проверить суду.

В отличие от дилетанта профессионал в праве знает, что судебный театр живет по своим законам.

Процесс разворачивается, откладывается и продолжается, приостанавливается и возобновляется, возвращается к ранее совершенным процедурам. К ранее отклоненным ходатайствам. Кульминация процесса – прения сторон (кроме случаев, когда лучше б их не было: вялый не очень подготовленный профессионал или речь человека, не представляющего, что такое суд, закон и каким по закону может быть решение). Обычно речи сторон содержательны и оказывают влияние на будущее решение[27].

Обвинитель и защитник вправе в соответствии с правилами ч. 1–3 и 7 ст. 292 УПК по окончании прений сторон, но до удаления суда в совещательную комнату представить суду в письменном виде предлагаемые ими формулировки решений по вопросам, указанным в п. 1–6 ч. 1 ст. 299 УПК «Вопросы, разрешаемые судом при постановлении приговора».

Последняя норма ст. 292 УПК – «Предлагаемые формулировки не имеют для суда обязательной силы» – выражает требование независимости суда и исключительность его полномочий. Но гуманистический потенциал никогда не бывает чрезмерным. Его усиление с помощью компетентного участия профессионалов и с использованием всего богатства процессуальных форм, включая новеллу ч. 7 ст. 292, – вклад в объективность, законность и основательность суждений и выводов, которые сделает суд, с учетом позиций обеих компетентных сторон. В последнее время автору данной работы в трех уголовных дел довелось прочитать подготовленные адвокатами «формулировки решений по вопросам, разрешаемым судом при постановлении приговора – в порядке ч. 7 ст. 292».

На наш взгляд, эта форма в известной мере компенсирует отсутствие в деле документа защиты, подобного обвинительному заключению (или обвинительному акту), что оправдано с точки зрения состязательности и равных прав сторон в процессе. Документ, соответствующий правилу ч. 7 ст. 292 УПК, не может полностью уравновешивать состязание посредством выдвижения его защитой против обвинительного заключения (или акта). В частности, потому что обвинительное заключение или акт – документ обязательный по уголовному делу, кроме дел частного обвинения. А защита в большинстве случаев обходится без обращения к средствам ч. 7 ст. 292. Нередко адвокат приходит в процесс уже уставшим…