Чтение онлайн

Через короткое время кольчужники ясно осознали тот факт, что их стрелы против демонов эффективны как мертвому припарки: они отскакивали от черных дьяволов не нанося им ни малейшего вреда. Кроме того им стало понятно, что добраться до исчадий Ада, чтобы схватиться с ними врукопашную, весьма и весьма затруднительно, из-за «баррикады» из тел павших товарищей. К удивлению Дениса все эти обстоятельства нисколько не снижали пыла абордажной команды в попытках взять штурмом неприступную крепость в его лице. Не останавливало бородачей и то обстоятельство, что любая попытка атаки только увеличивала количество жертв в их рядах. Им бы бежать без оглядки с поля боя, где у них не было ни единого шанса против смертоносного потока болтов, извергаемых одним из демонов, ан нет! – фанатичный огонь в их глазах не гас и казалось они просто не замечали убитых соратников, устилающих палубу!

«Может у них инстинкта самосохранения нет… – угрюмо подумал Денис, всаживая стрелу в очередного «клиента», сумевшего продвинуться дальше остальных. – Инициатива наказуема!» – мысленно ухмыльнулся он, но ухмылка эта была невеселой: колоссальные потери в абордажном отряде, которые казалось бы, должны были обратить его в бегство, только увеличивали напор с которым бородачи шли вперед!

Абордажники перли вперед с яростью и бесстрашием берсерков, разве что щиты не грызли, причем, как Денису показалось, только ввиду отсутствия оных в их экипировке. Первая растерянность от блицкрига, учиненного им Денисом, прошла, и абордажная команда «Арлекина» с какой-то нечеловеческой отвагой принялась доказывать, что недаром ест свой хлеб: не считаясь с потерями, бородачи рвались вперед, чтобы добраться до угольно-черных порождений Тьмы, и отправить их обратно туда, откуда они явились в светлый мир Сеты, с намерением полакомиться душами честных людей! Было в их поведении что-то странное и… знакомое! – в голове Дениса молнией сверкнуло воспоминание о том, как себя вели солдаты, пытавшиеся их захватить на Козлином острове.

«Если колдуна не завалим, пиздец нам… – с некоторой тоской подумал Денис. – Интересно, Шэф собирается вставать? А то ведь и поздно может быть…» – и словно для того, чтобы пресечь панические, а может быть даже, не побоимся этого слова – пораженческие настроения, среди рядового состава, в наушниках раздался спокойный голос верховного главнокомандующего:

– Кончай стрелять. Мухой за мной!

Оживший главком взял с места в карьер, и попер вперед как горнопроходческий комбайн через угольный пласт: хотя и не очень быстро, но неотвратимо. Сильно прореженный, стараниями Дениса, отряд абордажников оказывал ожесточенное сопротивление, но против Мастера войны, облаченного в цитадельскую шкиру, на одном ожесточении далеко не уедешь. Как ни крути, а кавалерия против танков – это плохая идея. «Черные когти» Шэфа со свистом выписывали в воздухе разные замысловатые фигуры, и в другое время Денис с удовольствием понаблюдал бы за этими смертоносными эволюциями, но время и место для этого было не совсем подходящим, так как все внимание Дениса было целиком отдано его зоне ответственности.

В задачу Дениса входило прикрытие флангов и тылов наступающей армии, но работы у него практически не было – уж больно качественно командор делал свою: от его «Черных когтей» не было спасения никому в передней полусфере с радиусом равным длине его руки с мечом. Шэф работал перед собой, и если требовалось – по бокам, а за заднюю полусферу отвечал Денис.

«А перед нами все цветет, за нами все горит!» – сами собой зазвучали в голове Дениса бессмертные строки.

Проломив истончившуюся металлическую стену из тел абордажников, небольшой отряд, возглавляемый Шэфом, вырвался на оперативный простор между первой и второй грот-мачтами. Разгоряченные схваткой, вслед за ними кинулись несколько бородачей, но Денис своими дыроколами мигом пресек эти поползновения, и больше попыток атаковать арьергард их небольшой армии не было. Почему-то остатки разбитой абордажной команды, с такой яростью и отвагой сражавшиеся до этого, преследовать компаньонов не стали. Ну, не стали и не стали – расстраиваться по этому поводу Денис тоже не стал. Если продолжать параллели с горными работами, то продвижение тандема вперед, после прорыва цепи абордажников, можно было бы сравнить с тем, будто горнопроходческий щит после слоя гранита попал в рыхлый песок, сопротивления практически не оказывающий.

Вместо нормально экипированных и вооруженных воинов – причем именно воинов по духу, компаньонам теперь противостояли насмерть перепуганные матросы из парусной команды и немногочисленные солдаты. И в отличии от бойцов абордажной команды, у этих с инстинктом самосохранения все было в порядке. Они порскнули от наступающих демонов, как куры из-под колес мотоцикла. Такое случается, когда в деревню являются на побывку городские родственники, и с грохотом и гиканьем проносятся по главной улице, давно превращенной местными пернатыми в рекреационную зону.

Во время всего дальнейшего наступления, организованного сопротивления компаньоны не встретили. Они прошли победным маршем оставшийся путь между первой и второй грот-мачтами и между второй грот-мачтой и бизань-мачтой. Впереди был квартердек с разместившимся на нем колдуном. Войсковая операция под кодовым названием: «Или грудь в крестах, или голова в кустах», вступила в свою решающую фазу!

*****

В отличие от Иллиаша, маг был облачен в строгий черный плащ и такого же цвета шляпу, без всяких дурацких серебряных звезд и прочих аппликаций. Строгость костюма производила впечатление, да и вообще – от всей фигуры веяло силой, чувствовавшейся даже на расстоянии. Подобные ощущения бывают при приближении к трансформаторной будке с мощным трансформатором, или к высоковольтной линии – никакой видимой опасности нет, но ее ощущение разлито в воздухе. Кроме того, колдуна прикрывали три линии обороны. Первая состояла из нескольких рядов солдат в кольчугах а ля абордажная команда, но у этих еще имелись и кирасы, что делало их хотя и более защищенными, но и в известной степени менее подвижными. Вооружены они были короткими мечами и дротиками, за спинами висели круглые щиты. Видимо предполагалось, что они сначала швыряют в супостата свои короткие копья, затем вооружаются щитом и мечом и идут врукопашную. Вторая линия окопов состояла из лучников, одетых все в те же пресловутые кольчуги.

«Наверно дядя этого черного хрена работает охранником на кольчужной фабрике… вот и шлет их кому не попадя!» – голосом Матроскина прокомментировал ситуацию внутренний голос, а Денис снова удивился о какой ерунде он умудряется думать перед схваткой, исход которой, в лучшем случае – пятьдесят, на пятьдесят.

И тут же, вместо того чтобы подумать о вечном, вероятность встречи с которым была достаточно велика, Денис совершенно неожиданно вспомнил своего студенческого не то чтобы близкого друга и товарища, а так – хорошего знакомого, Володьку Соколова. Володька этот, был внешне субтилен и не особо здоров – болел чем-то хроническим, и это в молодые-то студенческие годы. Но! Он долгое время занимался в какой-то то ли секции, то ли подпольной группе, то ли секте, каким-то боевым искусством, названия которого Денис не знал, да и знать не хотел – был он тогда далек от всего этого. Так вот… возвращаясь как-то зимним вечером после зачета по тэмпу – теории электромагнитного поля, если кто не знает, наткнулись они на «патруль» из четверых гопников. Они вынырнули из-за угла и тут же последовала команда:

– С-с-та-аять!!!

При виде этих крепких ребятишек Денис загрустил. Их лица не были отмечены печатью человеколюбия и толерантности, а вовсе наоборот – выражали твердую решимость доказать этим «интилихентам» примат времяпрепровождения в качалках, на татами и на ринге, перед протиранием штанов в холодных лекционных залах и лабораториях. У Дениса мгновенно стали ватными руки и ноги, а в животе образовалось неприятное расслабление, грозящее непредсказуемыми последствиями. Он уже мысленно распрощался со всеми своими финансовыми активами, в размере ста шестидесяти семи рублей, и старым, но вполне работоспособным, мобильником, и надеялся только на то, что бить не будут – учтут полное раскаянье и добровольное содействие следствию. И вообще, он вдруг ощутил себя ревностным адептом теории Льва Толстого о непротивлении злу насилием.

– Ну чё, ебланы ачкастые, канкретно папали! Выварачиваем карманы быстро и с песнями… гы-гы-гы… – обратился к ним светловолосый атлет. Его соратники весело заржали. То ли им действительно нравился его юмор, то ли и у них, как принято в большинстве организаций, действовало категорическое правило, что шутка начальника непременно должна вызывать смех у подчиненных.

Денис уже полез во внутренний карман за кошельком, когда раздался спокойный голос Володи:

– А может мы пойдем своей дорогой, а вы своей? Разойдемся краями. – В первую секунду все присутствующие: и четверка гопников и Денис, оцепенели. То, что от жертвы можно услышать членораздельную речь, вместо невнятного блеянья, явилось для гопов культурологическим шоком. Не меньшим шоком и для Дениса стали спокойные, без малейших признаков страха, слова приятеля. Первым, как и полагается, опомнился белокурый вожак:

– Ч-чего?!?! Ты чё эта борзый такой А-А-А!? Каз-з-зел!?! – с этим криком души, он ударил Володьку в лицо. Денис оцепенел от ужаса, ярко представив, что сначала убьют Володю, а потом и его – как свидетеля.

Но все пошло не так, как виделось в своем разгоряченном воображении Денису. От удара Володя непостижимым образом увернулся, а потом сам два раза махнул руками и два раза ногами. Что он конкретно сделал Денис не запомнил – до того был напуган, но в результате на тротуаре остались лежать тихо постанывавшие гопники. И вот причуды тогдашней Денисовской психологии – ему было их жалко! Ему было жалко людей, которые чуть было не сделали его инвалидом, если вообще не убили! Про угрозу расставания с материальными ценностями (скудными), можно было вообще не вспоминать – вот такой он был забавный зверек! Когда они уже подходили к метро, Володя спросил: