Чтение онлайн

Когда-то, входя в будущее после первого его посещения, Иван проделал несложный манёвр, придуманный им при выходе из него. Шагнул в туман настоящего, проявился, сделав два шага в будущее, и снова стал на дорогу времени, тем самым, избавившись от необходимости идти вслепую или держаться за спутника.

Сегодня, за разговором с Симоном, он не обращал особого внимания на то, что открылось перед ним впереди.

И теперь, вдруг, увидел это передовое будущее.

Поле ходьбы, мрачновато освещённое и обычно видимое до какой-либо границы – до будущего ли, прошлого ли, – здесь постепенно погружалось в бездну сгущающегося мрака.

Мрак не был мёртвым. Он, казалось, клубился тенями: более темные и более светлые пятна блуждали на общем фоне. Огромное, неведомое, подобное стоглазому чудовищу, – оно шевелилось и вздыхало у границы будущего времени.

Ивана на мгновение обуял безотчётный страх, парализовавший его волю и силы. Он остановился и побледнел.

– Ваня, что с тобой? – теребил его за рукав Симон, поражённый и встревоженный поведением Ивана.

– Я… Мне показалось…

Придя в себя, он уже спокойнее стал вглядываться в это сумрачное полотно, но долго ещё не мог внятно что-либо высказать Симону о том, что увидел, что ему показалось и своё отношение ко всему этому. Никогда ещё стихия хаоса не приводила его в такой трепет. И он не столько понял, сколько почувствовал её необузданность. И неизбежность…

Неизбежность чего-то. Для себя.

– Там, за передовым будущим… – продолжал мямлить он. – Там…

– Ты увидел его? – теребил его Симон. – Что именно, Ваня?

– Сейчас… Я сейчас… – страх отпустил, утих, к Ивану воз-вращались раскованность и способность говорить более внятно. – Разве можно об этом рассказать? Ну… впечатляет, скажу тебе. Даже мороз по коже, и будто кто-то меня насквозь просмотрел. Поколотился во мне, поворочался. Посмотрел, как там всё устроено. Интересно бы…

– Не советую, – быстро проговорил Симон. – Там, я думаю, одно лишь ничто, и больше ничего. Впрочем, кто знает? – как о чём-то наболевшем и выстраданном, выдавил из себя Симон. – Никто там не был… И ладно, Ваня… Давай обойдём моё закрытие. Но я на всякий случай возьму тебя за руку, и держаться будут крепко, чтобы…

– Понятно. Подсказывайте, куда мне идти.

В реальном мире их встретила поздняя осень. Ещё тепло. Влажно. Задумчиво. На зеркально сверкающих крышах далеко отстоящих друг от друга строений заметны подтёки туманной испарины. На дорожках, проложенных между домами, опавшие листья, кое-где сметённые в аккуратные валики вдоль дорожек.

– Во-он институт, – показал Симон рукой.

С холма, мертвой волной поднятого над довольно ровной местностью, километрах в двух виднелось большое озеро – крыша института. Само здание отсюда казалось приземистым, словно раскатанным в тонкий лист.

– Транспортного пульта у нас, увы, нет, – сказал Симон, – так что придётся пешком.

– Я с удовольствием, – обрадовался Иван. – Разомнёмся, пробежимся.

Однако минуту спустя картина то ли парка, то ли привольно разбросанного урбанизированного села умиротворила Ивана, умерила его пыл; ему захотелось пройтись по дорожкам, не спеша, вдыхая воздух и внимая тишине.

Симон выждал, пока Иван закончит осматривать округу и изображать из себя туриста.

– Пойдём-ка, Ваня, и побыстрее, – он притронулся ладонью к широкой спине Ивана и слегка подтолкнул его в нужную сторону – на дорожку, ведущую к цели их появления в будущем.

Маркос, после рукопожатий, объяснил закрытие для Симона, как тот и предполагал, проведением эксперимента. Ивана передали на попечение Алексу, который приветливо, не то, что в прошлый раз, встретил его. Он даже стал расспрашивать об ощущениях перехода из настоящего в будущее, об увиденном в прошлом, о предполагаемых планах посетить то или иное время и место… Но недолго. Не прошло и пяти минут, как он быстро перешёл к деловому разговору.

– Нами разработана программа исследования будущего времени. Важность этого исследования слишком очевидна, чтобы объяснять. – Ивану, конечно, не было столь очевидно, как, по-видимому, думалось Алексу. А тот продолжал: – И при составлении программы мы подумали о тебе. Ведь все наши люди и приборы, Ваня, не могут переступить настоящего, чтобы пойти в будущее. А если это удавалось, то мы теперь не можем сказать о них что-либо определённое.

– Ушли и не вернулись, – быстро выдал сакраментальную фразу Иван.

– Очень точное определение, – заметил Алекс и с уважением посмотрел на ходока. Иван хмыкнул, обескураженный похвалой со стороны человека будущего, для которого его фраза оказалась откровением. – Правда, – с досадой заметил Алекс, – нельзя исключить и другие причины исчезновения людей и приборов. Но многое говорит о том, что они пересекли мгновение настоящего, а за ним – и много вероятностное будущее, в котором, возможно, ни людей этих, ни приборов нет… Вернее, – Алекс помолчал и, словно в задумчивости, закончил мысль, – ещё нет.

– Ну почему же? Почему вы так думаете? Их же существование не зависит от будущего. Причина и следствие не могут поменяться местами. Надеюсь, вы этого принципа не отменили?

– Мы-то не отменили, – улыбнулся одной щекой Алекс, похоже на улыбку Симона, – как ты говоришь, но… там, за чертой настоящего, всякое может быть.

– Если это так, тогда весь мир кверху тормашками загремит.

– У тебя очень образный язык… – заметил Алекс. – Всё возможно, Ваня… Не будем заниматься философскими проблемами. Нам хотелось бы привлечь тебя к нашим исследованиям.

– В качестве? Я далеко не учёный, даже в своём времени, а у вас – и подавно.

– Учёные у нас есть. А ходоков во времена нет, и лишь ты один можешь шагнуть в будущее. Но просьба наша к тебе проще… – Алекс подумал и поправился, – или сложнее. Это с какой стороны смотреть. Тебе надо побывать на самой границе передового будущего, познакомиться с работой аппаратчиков и техникой, которой мы пользуемся. Сделать несколько подвижек в будущее время. Посмотреть… Но главное – в другом. Если прибор или человек уйдут в будущее, надо узнать, что с ними там происходит, а людям, если будет возможность, помочь вернуться назад.

– И долго?..

Иван замялся, не зная как деликатнее высказать дальше свои сомнения. По описанию Алекса работа предстоит нудная. Кроме подвижек, по его выражению, к будущему, больше ничего практически не предполагается. И Ивану жалко стало своего времени, которое он потеряет, выполняя просьбу Алекса. А ему хотелось бы вновь заняться поисками Напель. Во всяком случае, ему сейчас показалось, что хотелось бы.

– И долго продлится данное исследование? – наконец нашёл он дипломатический ход.

Алекс не понял волнений и мотивов вопроса Ивана, потому легко ответил:

– Первый этап года – два-три, а дальше будет видно.

Иван от неожиданности присвистнул.

– И эти три года я буду торчать у вас здесь?

– А-а… Ты вот о чём. Конечно, нет. У нас уже имеется кое-какая статистика, приемлемые гипотезы, так что, правда, не всегда точно, но мы уже научились прогнозировать некоторые процессы, в том числе, и предполагаемые выбросы людей и техники в будущее. К сожалению, мы ещё так мало знаем, а наши предсказания распространяются только на небольшой перечень эволюций на границе передового будущего. Так что мы будем тебя использовать… извини, просить, конечно, тебя помочь нам только в почти наверняка предсказуемых случаях. Иначе ты потеряешься среди тысяч датчиков, сотен роботов и десятков аппа-ратчиков, которые сейчас уже заняты исследованием эффекта будущего времени.