Чтение онлайн

Всякий банк, где мы держим деньги, естественно их крутит и вкладывает в различные проекты, но это не освобождает его от обязанности вернуть наш вклад по первому требованию.

Например, представьте себе, что на вашем счету в банке лежит 100 тысяч долларов. И вы взяли кредит в банке еще на 100 тысяч долларов под залог, скажем, дачи. Отдавать кредит вы не собираетесь, платить по нему проценты — тоже. И где-то через год, в зависимости от вашего с банком договора, дача переходит в собственность банка, а у вас остаются сто тысяч плюс право снять со счета еще сто тысяч, даже если банк давал вам кредит вашими же 100 тысячами. Все деньги одинаковы.

А теперь о приватизации ЮКОСа. Аукцион состоялся 8 декабря 1995-го. Но еще в ноябре в банковской среде начался скандал, столь громкий, что «Коммерсант» назвал его «войной банков».

Одновременно с аукционом должен был состояться инвестиционный конкурс, на который выставили 33 % акций, и 45 % — на залоговый аукцион. Оба проекта как представитель Госкомимущества курировал, как вы думаете кто? Правильно. Банк «МЕНАТЕП». Именно он и был основным претендентом на ЮКОС.

Активы ЮКОСа на 1 июля 95 года составляли 250 миллиардов рублей. А долг — 8 триллионов рублей (чуть меньше 2 миллиардов долларов) [34 — По другим оценкам долг ЮКОСа составлял около 3,5 миллиарда долларов.], в том числе 1, 2 триллиона — госбюджету.

«Долг был огромный, — вспоминает Леонид Невзлин. — Я человек не цифровой и не помню количественных, но помню качественные показатели. Я помню, что в 1997–1998 годах основная проблема была не в том, что есть этот долг, а в том, что его нечем отдавать. Цена нефти была в районе 7–8 долларов за баррель, и с этой нефти нельзя было рассчитаться ни с бюджетом, ни с государством, ни с работниками, и постоянно приходилось моделировать приоритеты: где-то отсрочить, где-то платить. Это был ужасно тяжелый период реструктуризации, пролонгации.

ЮКОС, конечно, как промышленная компания абсолютно перекраивал ситуацию для нас. А потом Ходорковский впрягся в занятия ЮКОСом и вместе с залоговыми аукционами все это прошло.

Не гладко, со скандалами, с врагами и так далее. И он, как человек экономический и юридический просчитал, что эти долги отдаваемы. Естественно, если нефть не будет сильно падать, или не останется на долгое время на семи долларах за баррель.

Против нас тогда работала не только цена на нефть, но и антиинфляционная политика, тогда рубль еще держали. Из-за искусственно сильного рубля были издержки развития производства, экспорт был неэкономичен, не выгоден, а продажа нефтепродуктов внутри страны — тем более».

Но все равно компания была очень перспективной и обладала наиболее крупными в России запасами углеводородного сырья — свыше 2 миллиардов тонн. И потому на нее нашлись и другие претенденты.

Точнее было две группы претендентов. МЕНАТЕП тоже был не одинок и выступал в союзе с еще несколькими банками помельче. А против них играли «Инкомбанк», Альфабанк и банк «Российский кредит».

Последние обратили внимание на типичный конфликт интересов на залоговом аукционе по ЮКОСу, то есть тот факт, что МЕНАТЕП и организует аукцион, и является его участником, забыв, что на остальных аукционах участники и организаторы другие, но ситуация ровно такая же.

МЕНАТЕП обвинил конкурентов в том, что они собираются перепродать акции иностранцам. Тройственный союз банков не остался в долгу и в специальном заявлении обвинил МЕНАТЕП в неисполнении инвестиционных обязательств по приватизационным сделкам и в том, что он набрал обязательств на 1,1 миллиард долларов, что в десять раз превышает его уставной капитал. В ответ Ходорковский подал иск в арбитраж о защите деловой репутации и компенсации морального вреда.

«Три банка, подписавшие заявление, утверждают, что денег для выполнения взятых обязательств у МЕНАТЕПа нет, — писал журнал «Деньги». — А есть ли они у самих членов «тройки»?

Судя по имеющимся у нас балансам, нет». [35 — Журнал «Деньги» № 47(57) от 29.11.1995]

Еще одним обвинением МЕНАТЕПу было использование для приватизации средств Минфина.

На это отвечал уже Минфин: «Банку «МЕНАТЕП» средства федерального бюджета ни в текущем, ни в прошлом году не выделялись. Напротив, банк «МЕНАТЕП» предоставляет краткосрочные кредиты правительству РФ». [36 — Газета «Коммерсантъ», № 222 (940), 30.11.1995:

И Михаил Ходорковский: «Я был в шоке, когда ознакомился с письмом Альфа-банка, Инкомбанка и «Российского Кредита».

До сих пор мы были уверены, что идем с коллегами-банкирами по одной дороге в одном направлении. Но вышеупомянутое письмо противоречит не только общепринятым нормам общения между бизнесменами, но и основам человеческой морали». [37 — Журнал «Деньги» № 47(57) от 29.11.1995]

И дал эксклюзивное интервью «Коммерсанту» [38 — Газета «Коммерсантъ», № 223 (941), 01.12.1995:, где упрекнул тройственный союз банков в нарушении предварительных договоренностей. Поделили же все: МЕНАТЕПу — ЮКОС, и за это МЕНАТЕП продает «Инкомбанку» пакет акций АО «Бабаевское». А тут такой скандал. И АО «Бабаевское» выступает на аукционе представителем конкурирующей тройки банков.

Словно в ответ на интервью, 29 ноября «Инкомбанк», «Альфа-банк» и «Российский кредит» пригрозили распродать все имеющиеся у них ГКО, чем обрушить рынок.

Центробанк ответил, что банки преувеличивают степень своего влияния на финансовые рынки, и пригрозил прекратить выдавать им рекомендательные письма для открытия филиалов за границей.

А ЮКОС и МЕНАТЕП уже устраивали совместные пресс-конференции. Первый вицепрезидент компании Виктор Иваненко заявил, что банк и ЮКОС давно присматриваются друг к другу и уже участвовали в совместных проектах, хотя, говорят, в кулуарах высказался куда более откровенно: «Если изнасилование неизбежно, лучше расслабиться и попробовать получить удовольствие». [39 — Газета «Коммерсант» № 208 (926) от 10.11.1995:

Еще один животрепещущий вопрос: на какой счет будет переводиться задаток для участия в инвестиционном конкурсе. Да, на счет Минфина. Но в каком банке будет открыт этот счет? Что, если в банке-кредиторе, как в случае с «ОНЭКСИМбанком» Потанина?

Но то ли Ходорковский не был столь близок к власти, как Потанин, то ли скандал сыграл свою роль, но на этот раз это было неправдой. Деньги перечислялись на счет, открытый в ОПЕРУ Центробанка.

Зато МЕНАТЕП сумел договориться с государством о том, чтобы они после аукциона были перечислены ЮКОСу, то есть МЕНАТЕПу.

В «Узнике тишины» Панюшкина изложена красивая легенда:

«Это был закрытый аукцион, то есть свое коммерческое предложение банки должны были запечатать в конверт, а на аукционе конверты вскрывали, и компанию получал тот, чье предложение окажется больше. Говорят, будто из Инкомбанка звонили девушке-клерку, готовившей предложение Банка МЕНАТЕП, и сулили 100 тысяч долларов, если девушка раскроет предлагаемую МЕНАТЕПОМ сумму.

Говорят, девушка эта пожаловалась совладельцу МЕНАТЕПа Владимиру Дубову, и Дубов посулил 50 тысяч долларов, чтобы, сообщая конкуренту сумму, девушка-клерк сократила один ноль.