Чтение онлайн

Тут я уже не выдержал, поднялся с места, и направился к этому светилу науки. Он тут же ощетинился, взревел, и отпрыгнул назад:

– Не подходите! А то я за себя не ручаюсь!

За его спиной появился Валера, наш бесстрашный защитник, и сотрудник службы безопасности. Он попытался аккуратно положить руку ученому на плечо, но тот с диким визгом подпрыгнул на месте, развернулся, и склянка с порошком выскользнула из его руки. Она пролетела около метра, и с хлопком разлетелась об стол.

– Что было в пробирке? – Моментально и обреченно спросил я.

– А надо было меня слушать! Новый штамм птичьего гриппа, который при контакте с гидроксидом алюминия превращается в надежную вакцину от почти всех существующих болезней!

– То есть ты, упыреныш, принес к нам в здание смертельный вирус? – Начал шипеть я, и двигаться в его сторону.

– Ну как…см-смертельный…так, помучает диарея, кашель,..температура….смертность всего тридцать семь процентов..

– Да я тебя, сука… – Теперь уже меня ловил Валера, чтобы я случайно, на почве внезапно возникшей неприязни не убил этого гиганта мысли.

Следующие четыре часа мы выслушивали ругань этого недоделанного профессора, потом проходили санитарную обработку, сидели на карантине. Надо ли говорить, что мой отгул накрылся, и на самолет никто не попал. А окончательно настроение у меня испортилось, когда фигура в белом халате сообщила нам, стаскивая респиратор, что в пробирке оказался стиральный порошок.

– Вы что, всерьез думали, что человек может такую опасную заразу чуть ли не в кармане держать? Я вас умоляю.. – Подвела итоги фигура.

– Так это что же, он нас обманывал? А зачем? – Недоумевала шокированная Маша.

– Просто цену набивал себе, Маш. – Обреченно вздохнул я, уже безо всякого смысла смотря на часы. – Придурок решил устроить эффектное шоу, как Колин Пауэлл.

– Как кто? Колин Пауэлл? Это тот, который из Backstreet boys?

– Неважно.

Я уже подходил к дому, и желания с кем-либо разговаривать и что-либо делать у меня не было. И тут я увидел на скамейке курящий силуэт, похожий на чёрта с ананасом вместо головы.

– Здорова, Максимушка, ну чтож ты так…

– Уже в курсе..

– Ну да, твоя старушка уже рассказала.. – Еле сдерживая смех, произнес ананасоголовый.

– Слушай, давай без подколов, у меня был крайне херовый день, таких давно не было..

– А че, вас часто на карантин закрывают? Ну тогда я через вас рекламироваться не буду, неее, спасибо. – Заливался смехом Манго.

К чувству ненависти и усталости добавилось чувство стыда, всё-таки неудобно, что из-за меня сорвалась поездка. Я уже собрался об этом сказать, однако заметил, что Манго это совершенно не парило.

– Вот не поверишь, но я был к такому готов. Поэтому вот. – Он показал две свёрнутые бумажки.

– Что вот?

– Билеты до Симферополя. СВ, поедем как короли. Нахер эти самолеты, бро, я их как-то не очень. Не, не в том дело, что я боюсь, или типа того. Просто не чувствуешь в них духа приключений, просто сел, ощутил мурашки в животе от взлета, пожрал дрянного хрючева, пару раз потрескал орешки, запил дорогущим вискарем, один раз хорошенько посрал в тесном сортире, полюбовался на проводниц, переборол желание придушить подушкой какого-нибудь сраного орущего спиногрыза, похлопал пилотам, и вот ты на месте. Неее, это не по мне. Поезд в этом плане куда лучше. Есть в них какая-то..романтика. Люблю залипать на проплывающие мимо населенные пункты, о которых никогда не слышал.

– Справедливо.

– А я о чем, бро.

– Ладно, и на какое число?

– На завтра, на 6. – Манго сверился с билетами.

– 6 чего?

– Пальцев, ебать, утра конечно.

– Ты в курсе, что сейчас половина одиннадцатого? – Решил озвучить очевидную мысль я.

– Вагон времени, чтобы покутить. – Развел руками Манго.

– Вот и кути, а я спать пошел.

– Эээй, старичок….давай пошалим, пока твоя старушка не видит. – С этими словами, и натурально голливудской улыбкой, он достал из кармана пакетик, и начал махать им перед моим носом. – Давай, как следует вспомним молодость.

– Ты это придержи, пошли лучше в бар, пропустим по стаканчику.

– Я помню наши старые шифры, братиш, нахерачиться до свинячего визга я всегда за.

Не помню как, но до дома мы оба добрались ближе к трем часам ночи. За что я люблю свою жену, так это за понимание. Она не стала встречать нас со сковородкой в руках, а просто уложила, ибо спать нам оставалось около часа. Она проучила меня по-другому. Как именно, я узнал уже в поезде, когда остался со своим мохнатым наказанием один на один.

До поезда надо было еще умудриться добраться. А с дикого похмелья, в потёмках, в 4 утра, постоянно спотыкаясь о тело, валяющееся на полу, даже добраться до ванной для меня было целым вызовом. Жена уложила нашего непутёвого туриста на полу гостиной, а меня рядышком, на диване. Поэтому первое, что я сделал, после того как поднялся, это зацепил стоящий на гладильной доске утюг, который с грохотом упал на пол. Я приготовился к худшему и сжался, но мало того, что никто не проснулся, никто даже не шелохнулся. Из моего носа прозвучал осторожный, медленный, оглушающий выдох. А второе, что я сделал, после того, как чуть не высрал сердце, это споткнулся и рухнул прямо на Манго, отчего он громко выругался, слава всем богам, на каком-то незнакомом мне языке. Моя дочь и так знает достаточно много матерных слов для своего возраста. Я был абсолютно уверен в том, что это что-то матерное, хоть даже и не понял, что это за язык, но интонация была более чем матерная. Возможно, это был немецкий. В голове промелькнула вспышка – как раз в баре, где мы сидели вчера, подавали баварские сосиски, и Манго с прекрасным южнорусским акцентом горланил песни народного ансамбля Rammstein. А потом по глазам ударила другая вспышка, на этот раз света. Жена вошла в комнату, и без предупреждения включила свет.

– АЙ! – Вскрикнул я. – Женщина, сколько раз говорил, перед тем как так делать, надо кричать “глаза”?

Она спокойно подошла ко мне, посмотрела в глаза, и, не сдерживая улыбки, отчеканила:

– Поелику вы зело на поезд опаздываете.

Я посмотрел на часы. 4:15. Выругавшись про себя, я спешно нашел штаны, закинул их на плечо, поцеловал жену, как бы она не старалась избежать встречи с моим утренним амбре, и уже прицелился для рывка в сторону ванной.