Хохмы скуки души – 2
Шрифт:
Вот как можно положиться на объективность совести, если она сама себе и следователь, и судья, и прокурор, и защитник, даже помилование сама себе настрочит, а я лишь отбываю срок ее пожизненных исключительных полномочий.
Совесть богобоязненна. Бывало, чертыхнешься под горячую руку, так эта пунктуальная ханжа изноется, пеняя душе за недогляд моего невежества.
Дай совести голос, так соседи сбегутся с дрекольями поучить меня за непочтительность к сердобольной моей сожительнице.
При автомобильной аварии совесть ведет себя как предатель, так и рвется свидетельствовать против тебя, даже если ты не виноват, – как бы не подумал дознаватель что мы кореша.
У совести я виноват по определению, совести важнее ее покровительство Всевышнего.
Перед совестью у меня нет засвидетельствованного, бесспорного оправдания, приходится отказываться брать взятки наличными, а только переводами на карту, чтобы тебя приятельски похлопали по плечу.
Совесть обожает порядок, в аскетической ее каморке чисто, пусто и так холодно, что гости и ко мне ходить перестали.
Совесть судья ангажированный обществом.
Реальность нашего бытия полу-атеистов – сделка живописных мифов языческих Богов с угрюмым аскетизмом религии Христианских проповедников, и приходится на всякий случай угождать и тем и другим.
Жизнерадостный атеизм и мрачная ортодоксия Веры неплохо уживаются за одним столом… по престольным праздникам, и предпочитают не здороваться по будням.
Если присмотреться, даже тень атеиста в солнечную погоду ничем не отличается от тени верующего, обе напоминают крестное знамение. Какая жестокая нелепость распинать нашу плоть между Человеком и Богом.
Прогресс размножает бюрократию за счет сокращения рабочих мест.
Биография человека – компиляция романа о жертвенных мытарствах судьбы.
Конец ознакомительного фрагмента.