Чтение онлайн

— Почему? — прошептала она.

— Что почему? — не понимая вопроса, он нахмурил брови.

— Почему ты так безразличен ко мне?

— Я? Ты сейчас смотришь на меня и серьезно задаёшь этот вопрос?

— Не сейчас, а все время до, — она снова прижалась к нему, насладившись вкусом его губ, — Почему ты так груб со мной, резок?

— Мне так проще, когда я злюсь на тебя, не происходит вот этого, — он тоже в ответ поцеловал девушку, она чувствовала, как он был напряжен, до дрожи, как и она. — И я могу держаться от тебя подальше.

— Но зачем? Разве так ужасно то, что между нами происходит? — она откинулась немного назад, и посмотрела пристально на него. — Для чего тебе держаться от меня подальше?

— Я не могу ответить тебе на этот вопрос, — Данила не смотрел в ее глаза, он изучал ее. Откинувшись назад, она дала возможность себя рассмотреть. Он запустил руку ей под футболку, и девушка ощутила его большие ладони, немного грубоватые, на свои боках, а большие пальцы на животе, — Так нужно.

— Это из-за Влада или его брата? — она почувствовала, как его руки замерли и сжали до боли, что девушка поморщилась. — Ты же получается знаешь его брата, если он так тесно дружит с Пашей?

Данила резко дернулся, оттолкнувшись от стола. Саша постаралась быстро его поймать за футболку, проклиная себя за свой язык. Но он схватил ее за запястья рук и притянул к себе, сдернув со стола. Он снова был зол, и как видимо в своей зоне комфорта. Но хоккеист неожиданно подхватил ее рукой, и снова поцеловал, так жадно, что она обмякла. Ноги совсем не держали, и тогда он резко отпустил её. Александра снова чуть не упала, как тогда на льду, но удержалась за стол. Данила смотрел ей прямо в глаза, она видела, что он искал ответ, но на что?

— Хочешь познакомиться с братом Влада? — тихо спросил он. — Боюсь тебя ждёт большое разочарование. Поэтому, пока не поздно, остановись на блондинчике.

Её неожиданно посетила мысль, не ревность ли это? Естественно, он от Паши знал, что она искала встречи с братом Влада, и его зацепило, что не с ним? Теперь, уже зная самодовольство Данилы, это вполне могло быть правдой. Но вот к Владу ее он не ревнует, ведёт себя так, словно подталкивает на отношения… А про брата? Его задела одна лишь озвученная фраза о нем, может они соперничали в школе? И этот поцелуй, казалось, он пытался доказать ей, что она в его власти, или доказать себе это… но она же это и не скрывает, что ему ещё надо?

Тут Саша заметила, что он попятился назад, и увидев страх расставания на ее лице, ухмыльнулся. Затем молодой человек развернулся и вышел из её комнаты. Александра слышала, как захлопнулась входная дверь. Ноги не держали. Она села на пол, все так же в одной футболке. На ногах проступили пятна от его пальцев. Девушка шмыгнула носом, она очень хотела вернуть его обратно, это было так приятно, всё как она мечтала в эти дни, возможно даже ещё приятнее.

В дверях показались подруги, у Марго бокал виски с колой, который она протянула Саше. Девочки сели рядом.

— Сашка, я тебя понимаю, в жизни он ещё горячее! — улыбаясь сказала Марго, протянув бокал, — Хорошо целуется?

— Очень! — честно ответила девушка. — Я не понимаю, что между нами, но это что-то безумное! Я вообще не думала, что способна на такие чувства.

— Что бы вам понять, что между вами, надо снять напряжение, — Марго посмотрела прямо ей в глаза, — Сама понимаешь какое, вам точно надо переспать! Там либо сойтись, либо разбежаться, все станет куда проще.

— Так ты всё-таки решила остановиться на Даниле? Влад свободен? — как ни в чем небывало, спросила Лиза.

— Лиза! — прикрикнули на неё и Марго и даже Ника, а Саша рассмеялась, её всегда смешила дерзость и непосредственность белокурой подруги.

— А чего ты такая довольная сидишь? — спросила Ника, озадачено посмотрев на Александру. — В отличии от тебя, он вылетел такой злой!

— Просто я теперь точно знаю, что он ко мне неравнодушен, — Саша расползлась в широкой дурацкой улыбке.

Толстовку он так и не забрал, она осталась лежать на полу кухни, там, куда так эпично кинула её Александра. Она снова надела её, допила с подругами на кухне бокал виски, чтобы точно уснуть после таких волнительных событий. Девочки, словно ничего не произошло, продолжили свои дела. Ника доделывала маникюр, Марго продолжила раскладывать что-то там на картах Лизе, зная Лизу, точно гадали на любовь. А Александра молча потягивала напиток и довольно улыбалась, поглаживала на ногах те места, где точно проявятся синяки от его рук.

Следующий день, пронёсся налегке. Саша буквально порхала. Одна только мысль, что Данила к ней неравнодушен, одно только воспоминание, как его возбуждала ее близость, дарили крылья за спиной.

Вечером позвонил Влад. Он был в таком воодушевлении после концертов. Он все время так утверждал, что хочет, что бы она разделила с ним это, и в следующий раз, хоть ненадолго, уехала в тур с его группой. Через каждое слово, у него сквозили планы на них двоих, и Саша грустнела, с каждой минутой, плечи поникли, и уже все не так ее радовало.

Влад. Влад был прекрасен. Влад мечта. Влад. Александра попробовала представить жизнь без него, и почувствовала, что подступил ком к горлу. Она не могла с ним расстаться, не могла и всё. Эгоизма в ней было чуть свыше нормы, она прекрасно это знала. Саша почувствовала себя в тупике, как в эмоциональном, так и в плане дальнейших действий.

Влад сразу обозначил свою позицию и планы на неё, но Данила… со всеми этими играми… Она слукавит, если скажет, что эти игры не были увлекательны и для неё самой. Хоккеист ей ничего не обещает, но от этих ярких коротких встреч, она точно знала, что не сможет отказаться.

К концу рабочего дня, Александра была совсем растеряна. В субботу возвращался Влад, у них завершающий концерт в Москве, перед небольшим отпуском. Саша с подругами были приглашены, и она была уверена, что Влад будет ждать от неё решения.

Александре нужно было срочно с кем-то поговорить, потому что со всем этим безумием в своей голове, она самостоятельно разобраться не могла. Девушка надеялась, что озвучив все в слух, станет легче. Наверное, в такие моменты звонят мамам? Но Саша слишком давно была оторвана от дома. Ее мама была замечательной женщиной, и может хотела бы продлить их связь, но дочь оторвалась резко и теперь испытывала неловкость от откровений.