Чтение онлайн

На секунду все застыло. Наконец дроу произнес кривовато улыбаясь:

– Ну и как это понимать?

Петруха, поднял руку вверх и медленно произнес:

– Пока я стою с поднятой рукой, а вы остаетесь на месте - все живы. Как только одно из этих условий нарушается, то вы умрете.

Я подошел к магу и легкими пощечинами привел его в чувство.

– Как вы смеете, - вяловато пытался отбрыкиваться он, постепенно приходя в чувство. Наконец глаза его широко раскрылись, было видно, что он все вспомнил.

– Хватит, - процедил он сквозь зубы, - я в норме.

Он попытался встать, но пошатнулся. Весь его облик свидетельствовал о внезапно наступившей слабости.

– Что вы со мной сделали?
– ворчливым тоном спросил он.

– А вы будете себя хорошо вести?
– тоном заботливого доктора спросил я.

Тот мотнул головой, то ли обещая, то ли возражая. Решив особо не привередничать, я решил, что это знак согласия. Подойдя ближе, я снял с мага налившегося магией клеща, размером с кулак. Маг со странным интересом посмотрел на него:

– Любопытно...

Наклонившись к нему поближе, он внимательно начал его рассматривать:

– А какие у него функции, кроме как обездвиживать пошедших в разнос магов?

– Ну, ет очень просто, потом мы енту енергию в мирных целях используем. А вообще это все пустяшные игрушки, - я хитровато посмотрел на мага, - пожалте-с в деревню-с.
– Мы вам там и другие диковинки покажем...

– С вами все нормально?
– вмешался Седой в разговор, но маг не успел ответить.

Эльфийка вылезла из-за спины и пошла на середину. Посмотрев на следы, оставляемые, вернее не оставляемые эльфийкой, мелькнула дурацкая мысль о том, что была ли уж такая большая необходимость в её спасении? Впрочем ладно, все проверили друг друга и то хорошо.

Эльфийка обошла вокруг Петрухи. Аж отсюда было видно, что у парня дух перехватило от такой красоты. Напряжение немного спало. По крайней мере седой громко хмыкнул, а Арни покраснел и готов был броситься с кулаками на Петруху. Из кустов раздался смешок, я громко сказал:

– Ничего смешного не вижу! Два полигона!

Одинокое ворчание из кустов:

– За что, два полигона то? Вчера только отработку закончили!

Гном не сдерживаясь заржал:

– Никак племяш твой? Сергунька?

– Он самый. Олух царя небесного, - недовольно проворчал я, в душе естественно радуясь, что неминуемая стычка вроде бы закончилась.

Еще более жалобным тоном, стоящий Петруха, спросил:

– Дядько?!

– Чегось тебе?

– Можно мне уже руку опустить вниз, а то силов больше никаких держать её нету?

Слыша этот жалобный тон, ржали уже все, с обоих сторон кустов. Эльфийка ушла обратно на сани, а я наоборот подошел ближе. Глядя в глаза Петрухе, продолжавшего под веселое ржание, спрашивать что-то очень жалобным тоном. А вот взгляд был мой, спокойный такой. И очень серьезный. Я подошел поближе и прикрыл глаза, на секунду помедлив, Петруха дважды, мне даже показалось, что со щелчком, моргнул. После этого я с сердитым ворчанием сказал:

Ладно уж, отпускай. Чего людей то смешить?

Петруха, с явным облегчением отпустил руку и смешно покрутил головой. Развернувшись, он пошел по направлению к первым саням, но споткнувшись, свалился в снег. Смех с обоих сторон стал гомерическим. Покрасневший Петруха (что при его особенностях смотрелось довольно таки и эффектно), невнятно бурча, прошел к первым саням. Все рассосались, вслед за ним, ко мне в сани впрыгнул дроу. Дальше поход продолжался быстрее, лошадки весело бежали по знакомой дороге. Маг ошивался в передних санях, чего то пытаясь добиться от Петрухи, тот недовольно бурчал, стесняясь послать настырного мага, прилипшего хуже банного листа. На других санях, сидели гном с Седым, что то вспоминая и негромко похохатывая. За ними ехали Арни и эльфийка, там тоже слышался разговор, но уже без смешков. Мы ехали последними.

– Эх молодость, молодость, - сказал я умиротворенным голосом, любуясь то ли эльфийкой, то ли Арни, то ли Петрухой.

Дроу согласно кивнул, а потом заметил, как бы между прочим:

– Красивый спектакль.

– Как-кой спектакль?
– надеюсь легкое заикание в моем голосе не было сильно заметным

– Который вы разыграли со своим племянником. Сколько этапов было в общении? Я насчитал пять. Кодовые фразы. Положение на поляне. Общение. Завершающие ваши и дублирующие, вашего племянника.

– Я не знаю, даже что вам сказать на ваши слова!
– воскликнул я не скрывая явной растерянности.

– "Если ты не знаешь, что сказать, а противник сумел вывести тебя из эмоционального равновесия, то не скрывай этого. Наоборот, усиль свои эмоции и выплесни их на противника...", я думаю, что вы тоже знаете эту цитату.

Ну конечно я знал эту цитату. От дроу не ускользнуло легкое покачивание головой, но он ничего не сказал, только усмехнулся. Я же, натужно кашляя, сказал:

– Да ладно, что вы там себе напридумали. Вы увидели чего то там, где ничего не было.

А про себя с досадой подумал: "Вот зараза! Ничего от него не скроешь!"

***

Мы тихо, мирно доехали до деревни. Настроение у всех улучшилось, конец дороги близок, уже веяло домашним теплом. Вот последний поворот, и показалась деревня. Судя по полуоткрытым ртам попутчиков, он ожидали увидеть не совсем то. Вернее, совсем не то. Обычно при слове деревня у существ из цивилизованных мест возникает в мозгах изображение идиллической картинки. Знаете такой пасторальный ярмарочный лубок. Зеленая травка, ну или применительно к нынешнему времени года: далекий лес, над которым встает яркий месяц; на переднем плане небольшие домишки, засыпанные снегом по самые нехочу, с дымками, над белыми крышами; обязателен, покосившийся плетень, на котором одеты разные кастрюли, крынки, чугунки; мерцающие огоньки в окнах. От такой картинки прям таки несет добротой и умилением. Когда я еще служил Его Величеству, мы с нашими ребятами раз попали в такую деревеньку. Поэтому и описываю я по памяти. Мы когда из леса вышли аж на слезу многих суровых бойцов прошибло. А потом драпали, после полуночи. Нас из двух десятков четверо человек осталось (из нашего трое, а из ихнего - один). Так что с тех пор у меня твердое убеждение, что если поселение ничем не защищено, то непременно в нем какая то гадость прячется. Так что вот.

А теперь представьте себе косогор, обнесенный высоким частоколом с бойницами наверху и часовыми, постоянно ходящими по помостам. Судя по заткнувшимся попутчикам и их опешившему виду - впечатление, что надо.

– Слушай, я понимаю их стремление сохранять все в тайне. Сколько у вас население?
– повернулся он ко мне.

– Порядка около полутора тысяч человек.

– Полторы тысячи человек, - потрясенно сказал Арни, - это либо очень большое село, либо маленький городок.