Холод, пламя и любовь
Шрифт:
— Вот видите? — повернулся он ко мне. — У этой лампы регулируется яркость! Ну ведь не прелесть же, Мисс Браун? Вы такое еще где-нибудь видели, а? Видели? — оживленно улыбался Мистер Шерил.
— Это просто магия какая-то! — ответила я, фальшиво удивившись.
— Магия… — усмехнулся он. — Ох, Мисс Браун, я уверен никакая магия не сравнится с возможностями науки.
— Я даже не знаю… Мне с магией никогда не приходилось иметь дело…
— Будем надеется и не придется!
— Будем надеется…
Мистер Шерил ушел, а позже пришла Бета и двое служанок. Они принесли и наполнили горячей водой небольшую деревянную ванну, больше походившую на бочку. Но я там с комфортом поместилась. И у меня даже получилось расслабиться.
Я знала, что Бета где-то недалеко, и это создавало ощущение безопасности. Вряд ли Эдвард придет и будет убивать меня у всех на глазах. Может и глупо было так думать, но присутствие других людей меня действительно успокаивало. Потом пришел Грин и мне стало еще спокойней.
Все изменилось, когда я легла спать. Страх снова овладел мной. Казалось, что если я усну, то больше не проснусь. Я надела на шею амулет, в надежде, что он спасет меня, если вдруг Эдвард появится посреди ночи. Черный гладкий камень коснулся груди и обжег холодом. Но не прошло и минуты, как он стал теплый и почти невесомый. Через какое-то время я совсем забыла о нем.
Мой смелый друг кичился, что будет дежурить всю ночь у двери и спасет меня от Эдварда, если тот посмеет войти. Но ведь Грин размером с ладонь. Что такой маленький человечек мог сделать против сильного мужчины, к тому же владеющего черной магией?
Хотя, Грин не переставал меня удивлять. Я ума не могла приложить, каким образом он принес в мою комнату кинжал вдвое больше его самого, да так, чтобы никто этого не заметил? Как всегда, он объяснил свои достижения обычным везением.
Глава 20
На чистом голубом небосводе светило полуденное солнце. В саду было безлюдно. Наверное все обитатели замка продолжали веселиться в тронном зале или отдыхали у себя в комнатах, страдая от похмелья.
Я стояла у входа в восточную башню и ждала Грету. Душный сухой воздух и жаркие солнечные лучи заставили спрятаться в тень. Хотелось зайти внутрь, но остановившись у приоткрытой двери, я не почувствовала той прохлады привычной замку с его толстыми источающими сырость стенами. Лишь пугающая неизвестность таилась в темных уголках башни.
Что-то необычное и странное творилось в эти минуты. Высокая трава у серых стен и листва на деревьях — застыли, как и всё живое вокруг. Только три струйки воды беззвучно струились в фонтане недалеко от меня.
Ни пенья птиц, ни звона кузниц, ни ржания лошадей, ни единого шороха, там где вчера я слышала целую симфонию звуков. Тут же вспомнилась горная река за стенами замка, при шуме которой, говорить приходилось только в полный голос. А сейчас, казалось, что даже тихий шепот мог нарушить эту гробовую тишину.
«Господи неужели я оглохла?» — тихо сказала я, и услышав свой голос, дикая дрожь пронеслась по всему телу. Меня одолело дурное предчувствие. Поистине, что-то зловещее таилось в этой тишине.
— Ш-ш-ш… Виктория… — змеиным шипением прозвучало из неоткуда. — Виктория…
— Что? Кто здесь? — я судорожно искала глазами то, что до жути боялась увидеть. — Грета это ты?
— Виктория… — эхом донеслось из темноты за дверью башни.
Я в страхе сделала шаг назад. Шшш… шшш… продолжалось шипение и казалось, что сейчас из двери выползут змеи, а возможно, что-то гораздо страшнее и опаснее. Серый силуэт человека промелькнул во мраке дверного проема. Бам, бам, бам, бам! Оглушающий звон раздался сверху башни, заставив меня взвизгнуть и отойти еще дальше от двери.
Звон продолжался. Сердце билось так сильно, что кровь с болью разливалась по венам, готовым лопнуть от оглушительного звука колоколов в больших механических часах. Золотистая стрелка на буром циферблате вздрогнула, переместившись на одно деление. Был ровно полдень. Бой остановился, и вновь воцарилась тишина.
— Грета? — я не узнала свой дрожащий от ужаса голос. — Грета это ты?
— Виктория… — послышался шепот позади меня.
Я обернулась и увидела в тени старого раскидистого дуба, на противоположной стороне сквера с цветущими кустарниками и фонтаном, фигуру человека. Широкие рукава серой монашеской рясы, были сомкнуты на груди, капюшон полностью скрывал лицо незнакомца.
— Кто вы? Что вам нужно?
Незнакомец, ничего не ответив, скрылся за широким стволом дерева.
— Виктория… — хриплый мужской голос раздался за моей спиной, так близко, что я всем телом ощутила леденящее душу присутствие того, кто меня преследовал.
Я в ужасе развернулась. Незнакомец стоял прямо передо мной. Тьма и холод скрывались под его капюшоном. Я завизжала, отпрыгнув на несколько шагов назад. Моя левая нога застряла в какой-то вязкой жиже. Оглядевшись, я поняла, что по щиколотку стояла в фонтане, заполненным черной густой жидкостью. Переливаясь через края, черное месиво растекалась повсюду. Все цветы завяли и почернели. Словно после бури на выжженной земле, меня окружило облаком пепла. Солнечный свет скрылся в плотной серой мгле.
— Кто вы? Что вам нужно? — кричала я, отчаянно пытаясь высвободить ногу.
Мужчина, медленно, как привидение, скользил по земле, все ближе и ближе.
— Мне нужна ты… — он подошел вплотную, и я в страхе зажмурилась.
— Пожалуйста не трогайте меня!
— Виктория… не бойся… — звучал хриплый голос.
Я открыла глаза и незнакомец медленно поднял капюшон.
— Эдвард? — в ужасе прошептала я. Меня всю трясло от страха. Потемневшие веки на мертвецки бледном лице Эдварда были опущены.
— Мне нужна ты! — с усмешкой произнес он и открыл глаза, сплошь залитые черной как ночь пеленой, чудовищные и безжизненные. Тьма сгустилась, и я закричала.
***
— Виктория! Что случилось? — послышался голос Грина.
Светило утреннее солнце. Вся мокрая от пота, я села прижав колени к груди. Холод пробирал до костей.
— Да ты вся дрожишь! Укройся одеялом! — взволнованно сказал Грин.
Я укуталась, как могла, но теплее не стало. Грин стоял подле моих ног и с тревогой смотрел.