Чтение онлайн

Тот, кто назвался Леонидом Сергеевичем терпеливо объяснил: — Во-первых мы не лидеры «всех землян», а только лишь одной страны называемой Российской Федерацией или Россией. А во-вторых потери народа эльфов от специализированного вируса, по нашей оценке, составляют от трёх, до девяти миллионов. Как видишь, это вовсе не «неисчислимое» число. Около трёх миллионов это численность наёмный армией: остаток той, которую Наместник привёл в начале зимы и ещё одной, нанятой им незадолго до активации вируса.

Разумеется, заражённых на порядок больше, сейчас мы перечисляем только необратимые потери. Эльфийская раса оказалась более стойкой к поражению биооружием, чем демоны. Впрочем, усилия учёных были сосредоточены на создании вируса, поражающего демонов. Антиэльфийский вирус является лишь сделанной на скорую руку подделкой: повторением и закреплением пройденного длительного пути.

Какие у нас данные по выживанию эльфов? — чуть повернув голову поинтересовался Верховный.

Движением пальцев аналитик вывел статистику и прочитал вслух: — Заражению подвергаются восемнадцать из двадцати. Смертность среди заражённых в первые тридцать шесть часов около сорока процентов. В последующие сто часов ещё около семидесяти процентов от оставшихся. Выжившие приобретают иммунитет к данному штамму, но остаются носителями и могут заражать окружающих. Есть вероятность развития всевозможных патологий физического и магического характера.

От пандемии теневую империю сдерживают довольно жестокие меры, принятые главами кланов по изоляции и уничтожению заразившихся. Также вирус могут уничтожить, без вреда для носителя, усилия архимагов школы жизни, другие архимаги способны убить заразу в своём теле, но помочь другим им гораздо сложнее. Насколько нам известно, теневая империя не обладает достаточным количеством архимагов специализирующих в школе жизни, чтобы полностью остановить эпидемию. Их усилий хватает только на то, чтобы как-то сдерживать её распространение по трём мирам, принадлежащим империи.

— Спасибо, Илья, — поблагодарил Верховный. Обратившись к сжимающему кулаки эльфу, он сказал: — Как видишь, потери твоего народа не столь велики, по крайней мере на текущий момент. Речь о геноциде даже не идёт.

— Миллионы эльфов, — прошептал, скорее даже прошипел Шанданес. — Вы полагаете это малым?

— Смотря с чем сравнивать, — холодно ответил Башуров. — Потери людей от вторжения демонов исчисляются миллиардами. Сколько убили конкретно твои сородичи я сказать не могу, но вряд ли счёт идёт меньше чем на сотни тысяч и это только за последний год. Даже меньше чем за один год! В число входят не только солдаты, но и рабы на занятых демонами территориях. Ваши маги не считают зазорным убить человека, чтобы не тратить время на изучение земных языков или просто чтобы подзарядить разрядившийся камень силы. Будешь утверждать, что я ошибаюсь?

Эльф с силой выдохнул, но ничего не сказал.

— Наверняка ты подумал о том, что жизнь высшего существа, такого как бессмертный эльф, стоит сотни жизней низших существ, таких как людей? — догадался Башуров. — Так вот, поверь, что с нашей стороны всё наоборот. Смерть одного человека не оправдают даже смерти тысяч эльфов. Потому, что это вы к нам явились убивать. Вы пришли на нашу землю врагами-завоевателями.

— Послать молодых воинов в ваш мир вынудил глав кланов приказ Наместника, — вынуждено объяснил Шанданес. — Теневая империя вассал легиона. У нас не было выбора.

— Говоришь: вынудил? — недобро усмехнулся Башуров. — Я бы скорее уточнил, что купил. Заплатил главам ваших кланов за смерть людей нашей же сталью, сплавами, техническими игрушками…

Шанданес молчал.

— У меня есть предложение, — сказал Верховный. — Я хочу, чтобы ты был послом. Снова. Думаю, на этот раз главы ваших кланов рассмотрят моё предложению более внимательнее, чем раньше.

Шанданес сказал:

— Я не предаю своих.

— Никого не требуется предавать, — в руках у Верховного появилась стеклянная ампула, которую он зажал между двумя пальцами. — Видишь? Это лекарство, антидот. Тот самый, благодаря которому ты сейчас жив и приобрёл иммунитет. От лица Российской Федерации я предлагаю теневой империи добрососедские отношения и союз против демонического легиона. Именно сейчас, пока демоны делят опустевшие миры, Империя эльфов, с помощью России, имеет шанс сбросить надетое на неё в прошлом ярмо. Я предлагаю тебе отвезти в Империю лекарство от эльфочумы и спасти даже не миллионы, а десятки миллионов сородичей.

— От чумы, которую создали и выпустили вы!

— Разве это что-то меняет в сложившемся положении?

Шанданес молчал, пытаясь справиться с горящей внутри него ненавистью к людям. Она пылала словно пожар в сухом лесу, но обуздать её было необходимо во благо Империи Тени.

— Я не тороплю, — сказал Башуров, — но подумай о том, что с каждым днём промедления в Империи умирают тысячи эльфов и ещё десятки тысяч заражаются вирусом. Усилий архимагов и выстроенных аристократами кордонов недостаточно, чтобы прекратить эпидемию. У них едва-едва получается замедлить её распространение.

— Ненавижу людей, — буквально заскрежетал зубами Шанданес. Он всё ещё сражался со сжигающей его яростью.

— А я ненавижу эльфов, — признался Башуров. — Вы пришли в наш мир как завоеватели, вмести с демоническими тварями и разрушили всё, чем мы жили до этого. Целое поколение выросло на войне, никогда не знало мира, только верит в него, как в добрую сказку. Они ведь, по сути, ещё мальчишки, это выросшее на войне поколение. Но чувства не должны превалировать над разумом, а сотрудничество пойдёт на пользу обоим нашим расам. Особенно теперь, когда эльфы увидели силу людей.

— Увидели вашу подлость! — выкрикнул Шанданес.

Уставший от ходившей по кругу беседы, стальной генерал прямо спросил:

— Ты будешь российским послом в Империи Тени, эльф Шанданес?

— Ненавижу всех людей, а тебя в особенности, — выплюнул эльф.

Перебирая хрупкую ампулу с антидотом по-стариковски сухими пальцами, Верховный повторил вопрос:

— Будешь послом?

— Да!

— Как хорошо, что представители разных рас, таких как люди и эльфы, в конечном итоге могут сотрудничать между собой и способны договариваться, — усмехнулся Верховный вставая. Впрочем, его глаза не смеялись.

Поверхность стены потемнела. Шанданес бросил в неё стулом, но только сломал тому ножку. Стена не пострадала. На ней не появилось даже царапины.

Когда открылась дверь помещения для временно задержанных, той же камеры, но относительно комфортабельной и предназначенной для содержания офицеров или ценных гражданских специалистов, Николай Золотилов как раз наливал себе в стакан сока из графина. Сок натуральный, из кислых зимних яблок, выращенных в громадных фермах-телицах где-то под Якутском или Салехардом. Как правило такого не попробуешь каждый день. Но раз принесли целый графин, он отказываться не станет.

Тем более соком, Николай, разбавлял питьевой спирт, чистейший как слеза, полученный химическим способом и очищенный настолько тщательно, что процент содержания вредных примесей составлял мизерные доли процента. Чище чем в аптеке. Если, конечно, не считать за вредную для организма примесь сам це-два-аш-пять-оаш.

Николай здесь единственный «временно задержанный» и большое помещение с общей кухней и несколькими «отдельными комнатами» в его полном распоряжении. Кормят отлично, правда заставляли писать подробные отчёты, плюс проходить различные медицинские процедуры, но это уже в прошлом. Остались только разговоры с его личным куратором от контрразведки. Вот и он, лёгок как на помине.