Чтение онлайн

Примерно на середине расстояния между порталами чувствительные радары «панциря», на грани чувствительности, обнаружили шесть быстро летящих целей. Судя по габаритам это были драконы. Ну или какие-нибудь другие твари из части бестиария ранее не встречавшиеся людям сходные по размерам с драконами. Так как в мёртвом мире никто не жил, это могли быть только демоны, их вассалы или представители какой-то ещё расы, рискнувшие проложить путь через один из выжженных миров, входящий в доминион багрового пламени. Ни с кем из перечисленных встречаться не планировалось. Если же встреча всё же произойдёт, то живых отпускать никак нельзя, иначе информация могла дойти до высших демонов.

Приведя небольшое, но достаточно серьёзное войсковое соединение в боевую готовность, люди затаились и принялись выжидать. На серых, будто выцветших, камнях и слежавшемся в плотную корку таком же сером песке, они готовились дать бой. К счастью сражаться не пришлось. Отметки воздушных целей на радарах «панциря» исчезли так же быстро, как появились. Постояв немного в готовности принять бой, экспедиция собралась и продолжила путь. Разве только спали в следующую ночь ещё меньше чем обычно. Люди ходили с красными, от недосыпа, глазами и желали, как можно скорее, покинуть мёртвый мир. Здесь действительно нельзя было жить. Да и путешествовать по выжженному миру оказалось тем ещё испытанием для нервной системы. Эльфы переносили путешествие гораздо легче. Шанданес сказал, что проявившиеся у людей почти сразу, после перехода в мир Карташ симптомы, эльфы начинают ощущать если задерживаются здесь на три — четыре семидневки или дольше. Учёных слова эльфа не порадовали. Конечным итогом должен был стать отказ одного органа за другим и смерть с последующим превращением тела и вещей в вездесущую здесь серую пыль. А у людей процесс, похоже, протекал значительно быстрее, чем у эльфов. Следовало как можно скорее выбираться из мёртвого мира. Но они и так двигались на всевозможной скорости кратчайшим путём.

Никаких экспериментов и прочей работы, кроме присмотра за сложными и капризными установками, открывающими проходы в другие миры, от учёных не требовалось, и Лидия напросилась ехать вместе с Гораздом и Николаем в кабине их мизгиря. Свободного места в кабине хватило бы на ещё двух человек, кроме двух пилотов. Разрабатывая конструкцию машин проекта «мизгирь», инженеры предусмотрели возможность того, что на них придётся вывозить раненых или вести с собой значительный запас продовольствия уходя в дальние рейды. Обычно «свободное место» пилоты захламляли всякой полезной ерундой, неизбежно накапливающейся у любого солдата при более-менее значительном сроке службы. Золотилов любитель делать запасы на чёрный день и прибирать к рукам разные «не нужны» вещи, но полностью захламить машину ещё не успел и место для одной попутчицы нашлось.

Чтобы не быть бесполезной, Лида делала бутерброды и рассказывала много интересного, что учёные вытянули из Шанданеса и не только из него одного о покорившем сотни различных миров демоническом легионе и других цивилизациях, сумевших отстоять своё место и выжить в великой сфере.

— Покорённые демоническим легионом миры делятся на ульи, фермы, кузницы и личные резиденции князей, они же повелители доминионов, — рассказывала Лидия. — Есть ещё миры вассалов легиона входящих в их свору: как теневая империя эльфов, острова драконов и так далее. В мирах-ульях выращиваются сотни миллионов низших демонов и десятки тысяч гигантов, основная живая сила легиона. Миры-фермы и вовсе отвратительная вещь. В них демоны разводят их коренных обитателей, кого они не сочли достойным сделать вассалами и кого не посчитали нужным вырезать под корень. Там, в гигантских гекатомбах, переваривающих сотни тысяч жертв за раз, они заполняют энергией камни силы, консервируя жизненную силу убиваемых на алтарях рабов. Там проходят очередное возвышение высшие демоны, которым для усиления требуются тысячи смертей разумных существ. Кроме того, миры-фермы ещё и главный поставщик продовольствия для войск легиона.

— Получается тем зелёнокожим коротышкам из мира Дорн ещё повезло, что их уничтожили, а не низвели до положения мясных рабов? — спросил Николай.

Лидия коротко кивнула.

— А какие у демонов планы на Землю?

— Сначала они хотели сделать Землю миром-фермой. Людей не очень ценят в великой сфере миров. Не только демоны, а вообще все расы с сильным магическим потенциалом. Наш друг Шанданес, у себя в империи, был рабовладельцем. Собственно, он им до с их пор и остаётся. Родной ему дом Аэрнэ, по его словам, владеет порядка двухсот тысяч человек.

Вести мизгирь по серой поверхности мёртвого мира не требовало запредельных усилий и Горазд мог тоже участвовать в разговоре: — Настоящих человек?

— Будем там, посмотрим, — пожала плечами Лидия. — По словам Шанданеса люди живут во многих мирах великой сферы. Правда людьми он называет всех, кто не имеет даже малейших способностей к оперированию магической силой. Поэтому родственники они нам или нет, пока не известно.

— Земля, — напомнил Золотилов.

— Теперь Землю демоны хотят превратить в мир-кузницу, производственный мир, — сказала Лида. — Сейчас доспехи и снаряжение для легиона создают гномы, но земляне явно могут гораздо больше, и демоны это прекрасно понимают. Наместник поэтому и пошёл на создание марионеточных псевдогосударств под управлением инфералов. Ему нужно, чтобы инфералы смогли восстановить разрушенный войной технологический уровень. Объём товаров, поставляемый псевдогосударстваи инфералов в доминион растёт год от года. В первую очередь оружие: ручные гранаты, пулемёты для вооружения низших демонов, большие пушки, которые они ставят на плечи титанов-крушителей или на гусеничные платформы. Но и другие товары тоже: стёкла, посуда, химические реагенты, сплавы, разные изделия и так далее.

Создавать марионеточные государства и активно восстанавливать производственные цепочки, Наместник начал пять лет назад и уже сейчас они доставляют множество проблем. Если так пойдёт дальше, то скоро мы будем воевать не столько с демонами, сколько со своими соотечественниками-инфералами и их приспешниками. А высшие демоны будут стоять в сторонке, доброжелательно гладить инфералов и наускивать на коалицию человеческих государств.

— Да ладно, — не поверил Золотилов, — не смогут они так просто восстановить нужные производства. Всё, что захватывали, демоны разносили чуть ли не до основания. Только последнее время немного спокойнее стали. Там не восстанавливать нужно, а как бы не с самого нуля создавать.

— Очень надеюсь, что ты прав, — сказала Лидия.

Подводный крейсер «Вильгельм Первый» осторожно шёл через тёмные глубины гренландского моря от берегов островной республики к берегам далёкой России. Построенный когда-то в Германии, когда стало понятно, что страна неизбежно падёт под натиском демонических орд, капитан и команда увели его в свободную республику Гренландия. Туда, где обрели новый дом множество беженцев из захваченных демонами одна за другой стран бывшего Евросоюза. Названный в честь первого правителя объединённой Германии, корабль был стар, но ещё крепок.

На глубине темно и холодно в спокойных водах северного моря. Темно и холодно, но зато относительно безопасно. Радары ощупывают окружающее пространство невидимыми лучами, а акустики вслушиваются в отфильтрованные компьютером морские шумы. Они ищут не звук работающих турбин другой подводной лодки, а медленное дыхание самого большого и опасного из морских чудовищ — левиафана. Сменами по четыре часа, акустики слушают шум моря, боясь нащупать посторонний звук, означающий близость морского гиганта.

Капитан «Вильгельма», Петр Нойманн походил на свой корабль. Также стар и крепок. Потеряв родную Германию, он так и не смог назвать островную республику новым домом. Она была местом для жизни, но не домом.

«Вильгельм» являлся одним из девяти подводных крейсеров, составляющих подводный флот республики Гренландия. Все корабли старой постройки, осколки потерянного старого мира. Островная республика пыталась ремонтировать и проводить техническое обслуживание пришедших к ней кораблей, но производить новые она не могла. Очень сказывалась общая производственная отсталость Гренландии на момент вторжения. Весь флот тяжёлых кораблей островной республики, как подводных, так и надводных, состоял из таких вот беглецов из захваченных демонами стран. В первую очередь из Евросоюза, но были и англичане и даже китайцы.

Производить новые тяжёлые корабли Гренландия не могла. Поэтому каждый бой с морскими чудовищами походил на экономическую игру по сведению дебета с кредитом. Каждая победа, в которой они безвозвратно теряли хотя бы один корабль, являлась предвестницей грядущего поражения. Полного и окончательного. Это понимали моряки, понимало правительство островной республики, понимали люди. А так как население Гренландии более чем на девять десятых состояло из европейских беженцев один раз уже переживших гибель своей родины под пятой легиона, то сложившуюся ситуацию они понимали очень и очень хорошо. Вот только что-либо сделать практически невозможно.