Чтение онлайн

Долго ждать ей не пришлось. В дверном проеме показалась сначала голова, прикрытая капюшоном. У вновь прибывшего были каштановые растрепанные волосы и карие глаза. Затем гость весь втиснулся в комнатку. Он был не один — с ним вошел Леклерк. Мужчины говорили между собой о графе Франсуа.

Как только они заметили присутствие Петрониллы, их разговор прервался на полуслове. Что-то в их тоне и в манере поведения заставило женщину насторожиться. Не то, чтобы они пытались скрыть какую-то зловещую тайну, но по выражению их лиц она поняла, что разговор чисто мужской и ее присутствие для них нежелательно.

Она быстро шагнула вперед и, натянуто улыбаясь, протянула сэру Вальтеру руку в знак приветствия.

— До меня дошли слухи, что к нам пожаловал красивый молодой рыцарь. Должно быть, это вы и есть, — преувеличенно любезным голосом сказала она. — Добро пожаловать. Меня зовут Петронилла Фавелл.

Щеки сэра Вальтера покраснели. Уронив на пол все свои сумки, он неловко нагнулся, чтобы поцеловать ее протянутую руку.

— Я — сэр Вальтер Веннер, к вашим услугам, госпожа.

Учтиво кивнув, Петронилла переступила через порог комнаты.

— Я только зашла проверить, все ли слуги сделали для того, чтобы вы приятно провели ночь. Ну, простыни, и все такое.

Стоя у дверей, сэр Вальтер колебался, не зная, что ему надлежит в таком случае делать. На его лице застыло такое растерянное выражение, что леди Петронилла чуть не рассмеялась. Доблестный герой крестовых походов чувствовал себя неуверенно в разговоре с дамой. Он терялся в присутствии даже такой не очень значительной особы, как она.

— Вы очень любезны, госпожа, — наконец собрался с силами сэр Вальтер, — но граф Этьен уже присылал сюда какого-то мужчину, вероятно, дворецкого, распорядиться об этой комнате.

Вальтер подчеркнул слово «мужчину», как бы намекая Петронилле на бестактность вторжения в комнату гостя без позволения.

Петронилла, томно вздохнув, приблизилась к нему. Она подняла руку и слегка дотронулась до груди рыцаря. Сэр Вальтер, не отрывавший от нее испуганных глаз — словно кролик, загипнотизированный взглядом удава, — отступил на шаг назад. Наслаждаясь ситуацией, Петронилла, не обращая внимания на его состояние, продолжала развлечение. Ей нравилось поддразнивать мужчин, особенно если те терялись, не зная, как ответить. Она любила выводить их из душевного равновесия. Так же поначалу реагировал и Луи, пока не привык к ее выходкам.

— Вы абсолютно уверены, что я не могу сделать ничего полезного для дорогого гостя? — спросила она самым соблазнительным тоном.

Сэр Вальтер попятился к двери, по дороге наступив Гвионну на ногу.

— Н-нет, госпожа… У меня есть все, что надо, благодарю вас.

Петронилла улыбнулась улыбкой сирены.

— Я так рада, — проворковала она. — Но все же дайте, дайте мне знать, если вам чего-нибудь захочется, обещаете?

— Обещаю, но…

Она развернулась и с высоко поднятой головой выплыла из комнаты.

Вальтер Веннер протер глаза и сгреб разбросанные по полу сумки в охапку.

— Ради Христа, Гвионн, втащи это барахло внутрь, и притвори дверь. Кто эта женщина?

— Леди Петронилла, жена Луи Фавелла, — ответил Леклерк.

— Мерзкая баба. Она всегда такая?

Гвионн ухмыльнулся.

— Не всегда, но часто. Должно быть, вы ей очень понравились.

— Господи помилуй! Только этого мне не хватало. — Он присел на постель, качая головой. — Ну и гадкая же баба.

— Как я понимаю, у вас есть что рассказать мне о нашем общем враге? — спросил Гвионн.

Рыцарь посмотрел ему прямо в лицо. В его карих глазах виделся вопрос, смешанный с удивлением, но замешательства не было.

— Откуда ты знаешь?

Гвионн засмеялся.

— Я не думаю, что сэр рыцарь согласился бы на столь долгое и трудное путешествие только ради того, чтобы доставить письмо дочери де Ронсье. Уверен, у нас есть о чем поговорить.

Именно в этот миг Петронилла, постояв внизу на лестнице и подождав, пока не задвинут щеколду, бесшумно проскользнула вверх по ступенькам на площадку перед дверью и навострила слух. Она заняла такую позицию, чтобы первой увидеть любого, кто мог появиться сверху или снизу, и приставила ухо к замочной скважине.

С противоположной стороны двери сэр Вальтер, присев на кровать, указал Гвионну на свободный краешек.

— Садись, парень, — посоветовал он. — Это долгая история, в двух словах не расскажешь.

Леклерк повиновался.

Почесав за ухом, рыцарь начал рассказ:

— Начну с того, что ни для кого не является тайной. Я рассказал об этом графу Этьену, и тебе, несомненно, придется еще раз выслушать все от начала до конца, когда мы спустимся отсюда в зал. Это касается бретонского герцога Джеффри и того несчастливого турнира, что имел место в Париже в середине августа.

Не в силах провести связь между своими делами и трагической судьбой герцога, Гвионн нахмурился.

— Но, Вальтер…

Тот поднял вверх указательный палец.

— Лучше послушай, что говорят старшие, а затем будешь судить об услышанном.

— Прошу прощения.

— Это был роскошный турнир. Все было организовано так пышно, как никогда. Там собралась половина христианского рыцарства. Поехал и де Ронсье, и я с ним. Поначалу все шло гладко, правда, было несколько падений с лошади, и все такое. В основном, мелкие травмы — поломанные ноги, ключицы и тому подобное.

Гвионн кивнул, представив себе знакомую картину. Его дядя, Вальдин Сен-Клер, был завсегдатаем турниров, и в разговорах с мальчиком часто со смаком описывал несущихся по дорожкам боевых скакунов, огромные копыта, взрывающие песок и опилки. Он ясно представлял себе ободряющие крики толпы за канатами, обмен противников оскорбительными репликами, свист и насмешки над выбитым из седла неудачником, треск ломающихся тупых копий. Он словно видел перед глазами трепещущие вымпела, лошадей в украшенных гербами попонах…

Рыцарь продолжил:

— Все было прекрасно, пока не начался общий бой, la m^elee. И я участвовал в нем, наравне с герцогом Джеффри, де Ронсье и многими другими. Когда выходят стенка на стенку, от начала до конца царит неразбериха, каждый бьется за себя. Но в тот раз трубы проголосили раньше обычного, потому что герцог Джеффри упал с лошади и был затоптан насмерть.

— Пресвятая Богородица! Герцог погиб?

Вальтер скорбно кивнул головой.

— Видно, такова была воля Божья. Я был рядом с ним все время и видел, как это случилось. — Он перешел на шепот. — Его убил де Ронсье.