Чтение онлайн

Прошло голосование. Ли победно улыбнулась — ее вариант оказался принят большинством! Так, глядишь, и в совет коммуны со временем выберут… Впрочем, хочет ли она этого? Столько времени придется на это тратить, а ведь его совсем нет.

Комм на запястье завибрировал. Ли взглянула на прибор — вызов! Сообщение.

«Сегодня в 9.00 в третьем спортзале. Строго конфиденциально. Явка обязательна. Елена Плетнева».

Ли забыла о видаке и смотрела на комм с приоткрытым ртом, а сообщение мигнуло несколько раз и бесследно исчезло. Бывают, говорят, такие настройки — чтобы сообщение стиралось само. Но кто и когда их использует — ведь в этом нет никакого смысла!

Очень похоже на подкол. Вот сейчас она притащится в третий спортзал, темный, а там — никого нет, а потом из-за горы матов выскочат какие-нибудь ну очень умные шутники… мало она с Бинхом тхэквондо занималась, переломать бы им ноги.

Вот только подпись — директора школы-коммуны! — так шутить вряд ли кто осмелится. И не только подпись, но и адрес, с которого было отправлено сообщение, и код. Ли поразмыслила: можно ли вскрыть директорский код? Она не очень была сильна в софте, вот в железе коммов разбиралась отлично.

Может быть, и можно. Но какой самоубийца и зачем будет это делать?

Вопреки ее опасениям, третий спортзал не был пуст.

Тусклый свет, на стопке матов расселись несколько старших ребят — восьмые-десятые классы, две девочки, пять-шесть мальчишек. Негромко разговаривали о чем-то. Ли знала их, но не близко — собрались все из разных отрядов. Ли подсела к Юльке, своей ровеснице, с ней иногда сталкивались на общих занятиях.

— В чем дело, ты поняла?

— Не-а, никто не знает. От Елены Первой сообщение.

Директрису называли так за царственную осанку, но Ли прозвище напоминало скорее космические позывные: «я первый, как слышно?» Елену в школе уважали.

Ли задумалась — что объединяет получивших вызов?

Все юнкомы. Это само по себе уже интересно. Но почему из юнкомов выбрали именно этих? Учатся по-разному. Хотя реально отстающих, тех, кто проходил бы программу на два-три года ниже, здесь нет. Она, положим, выделилась астрономической работой. Боб — невысокий рыжий мальчишка на год моложе — занял какое-то высокое место в Евразийском конкурсе лингвистов. Знает восемь языков. Но остальные в науке ничем не выделялись. Колька Стрелков — известный активист, кандидат в Совет коммуны, часто говорит на видаках дельные вещи. Но другие держатся скорее в тени. А в чем замечательна Юлька? Да в военке, конечно. Она и, кажется, вот этот молчаливый угловатый парень из старших, Рустам. Они оба — командиры взводов, из отличников, кого Ломик все время в пример ставит. Юлька еще и на конкурсе снайперов первое место заняла в прошлом году.

Вэнь — чемпион школы по спортивному ориентированию.

Об остальных Ли ничего толком не знала. Но выборка уже большая — можно предположить, что собрали ребят, в чем-то талантливых, чем-то известных. Хотя если покопаться, то в школе половина окажется хоть в чем-то выдающимися. А остальная половина еще просто не успела себя никак проявить по причине возраста.

Цифры на большом комме вверху сменились на девятку и два нуля, и в зал вступили еще двое. Взрослые. Все как по команде развернулись к вошедшим и замолчали.

Ли кольнуло странное предчувствие. Один из взрослых, учитель Кирилл Ресков, специализировался по обществоведению, вел научную секцию марксизма, кроме того, как бывший военный, преподавал некоторые разделы по военке — разведку, тактику, ориентирование на местности, гражданскую оборону и еще кое-что. На военке Ли с ним и сталкивалась, Ресков производил хорошее впечатление — спокойный, немногословный. Но кроме этого — это было известно не всем — Ресков был в школе представителем кузинского КОБРа.

Впрочем, недавно это сокращение (вместе с реформой организации) изменили, оно стало произноситься как КБР. Но нередко употребляли и старую зловещую аббревиатуру.

Второй человек, вошедший вместе с Ресковым, был незнаком Ли. Мужчина в обычной гражданской одежде, выправка военная, но мало ли вокруг воевавших людей?

— Привет, ребята!

Разноголосо поздоровались. Кирилл подвинул к матам спортивного козла и вскочил на него. Мужчина в штатском сел рядом на табуретку.

— Разрешите представить вам гостя. Это Егор Александров, товарищ из города, работает он в Комитете Безопасности Революции.

Александров наклонил голову.

— Вы, наверное, удивляетесь, — продолжал Ресков, — что сообщение каждому из вас пришло от имени директора, кроме того, вас попросили никому не говорить об этом. Каждый из вас выполнил эту просьбу, я надеюсь?

Он помолчал. Ли кивнула, чтобы было видно — она-то, конечно, выполнила.

— Сейчас объясню, в чем дело. Как вы знаете, я в школе помимо педагогических функций, выполняю также обязанности куратора от КБР. Мы с товарищами из города посовещались и решили следующее… Собственно, на то была общая директива от руководства КБР сверху. Товарищи на местах должны сами заботиться о воспитании смены. Кто-то из наших гибнет, старики уходят на пенсию. В профшколы КБР принимают далеко не всех, да мало кто и идет туда. Поэтому в Кузине было принято решение готовить смену заранее, еще в школьные годы. Ну и конечно же, наиболее логично искать подходящие кадры именно в школе-коммуне — здесь больше всего юнкомов, да и вся жизнь в коммуне уже, в сущности, подготовила вас к дисциплине и ответственности.

Кадровая политика у нас в КБР не проста — помимо формально оцениваемых качеств, биографии, оценок и прочего, необходимо также личное приглашение. Людей со стороны мы не берем, лишь тех, к кому сами приглядимся и отберем для себя. Я вместе с директором отобрал вас восьмерых для секции подготовки КБР, которую мы решили организовать в нашей школе. Разумеется, у вас уже есть какие-то планы на жизнь, и никто не будет принуждать вас затем идти в спецслужбу. Я понимаю и то, что у вас достаточно плотное расписание. Поэтому по распоряжению директора членов секции освободят от части военной подготовки и спорта. За счет этого трижды в неделю мы будем заниматься в секции. Таким образом, времени вы не теряете, наоборот, наши занятия будут более индивидуальными и эффективными, чем у других.

И повторяю, это не накладывает на вас никаких обязательств в смысле дальнейшей службы в КБР — жизненный путь за вас никто выбирать не будет. Даже не факт, что вас потом в КБР пригласят или примут в школу! Мы будем изучать в секции приемы и методы разведывательной работы и контрразведки, заниматься специальной физической и огневой подготовкой, учиться пользоваться техникой… ну и еще разные вещи. Например, элементы театра. Элементы самоконтроля и психотехники. То есть я обещаю, что занятия будут увлекательными. Возможно, будем выезжать в разные места и в другие страны, где более неспокойная обстановка. Вот такое предложение от нас. Вы вольны принять его или отказаться. Да, и вот еще что. Хотя ничего особенного в такой секции нет, в учебных целях мы уже сейчас начинаем сохранять полную секретность. Все, что я сказал вам сегодня, не должно стать известно ни одному человеку. И хотя вам представляется сейчас, что такая секция — безобидное учебное предприятие, и в этом вы правы, последствия разглашения будут для вас очень серьезными. Вы же понимаете, какие последствия в плане дальнейшего пребывания в школе-коммуне, в плане доверия со стороны КБР вызовет нарушение коммунаром государственной тайны? Вижу, понимаете. Для ваших товарищей вы будете передавать следующее: создана секция военных переводчиков, заниматься с вами будут товарищи из Кузинской ВЧ. Почему мы выбрали именно такое прикрытие? Почти все из вас — либо двуязычные по воспитанию, либо владеют несколькими языками, исключение — Морозова, но у нее необычный корейский язык, к тому же и она изучает не один, а два языка ФТА, взяв дополнительно английский. Это скорее случайность, но она нам в данном случае помогает. Вопросы?

— А если кто-нибудь захочет тоже заниматься в секции? — поинтересовался Вэнь.

Кирилл пожал плечами.

— Сделайте так, чтобы никто не захотел. Не делайте таинственного вида, не делитесь интересным. Делиться вообще нежелательно. Подавайте дело так, что вы на это согласились, лишь бы избавиться от лишней военной подготовки. Отвечайте, что кажется, набор закончен, но вы уточните. Что необходимы особые языковые качества и прохождение спецтеста. Мы еще поговорим о приемах снижения интереса и отвлечения внимания! Еще вопросы?