Чтение онлайн

Неизвестно, как долго мог еще Милли пребывать в состоянии грогги, спозаранку наливаясь до бровей дешевым пойлом, если бы не прогремевшее, ни с того ни с сего, убийство Майка Помпео, совершенное несколько дней назад. Несмотря на свою грубоватую крестьянскую внешность и не слишком развитые интеллектуальные способности, генерал обладал сверхразвитым чутьем на грядущие события. Он на поверку оказался самым хитрым из тех, кого приговорили к смерти Афанасьев с Трампом. И только он один, сидя в одиночестве за бутылкой виски смог связать воедино факты, казалось бы, не имеющие друг к другу никакого отношения. Как только он узнал о роковом выстреле в Stone-Davis Hall, разворотившем половину черепной коробки весельчака Помпео, то сразу — шестым чувством осознал, что смерть стоит и за его плечами. Доселе кошмаривший своих домочадцев, теперь уже в состоянии кошмара пребывал он сам. То, что смерть дышит ему в затылок не вызывало у него никаких сомнений. Правда, он совершил ту же самую ошибку, что и Джина Хаспел, посчитав смерть Помпео делом рук Трампа. Ему и в голову не мог прийти сценарий, по которому русские могли бы через океан дотянуться до его скромной персоны. Да и не считал он себя, по большому счету, причастным к провалу миссии на Севере. Не он, слава Богу, разрабатывал план операции и не он ее осуществлял. Все это делали флотские чины вкупе со спецслужбами. Он только немного поучаствовал в деле очковтирательства президенту по поводу мифического, в этом он ни капли не сомневался, оружия русских. Но разве это может служить поводом для столь жестокой расправы? Хотя, учитывая взрывной и мстительный характер Трампа, от него можно было ожидать всякого. Ясно было одно, в преддверии президентских выборов Дональд сделает все, чтобы отвести от себя всяческие подозрения в подготовке и провале операции. Будущий скандал никак не замять тупым замалчиванием гибели атомной подлодки и десантной группы «морских котиков». А там, глядишь, и всплывет на поверхность попытка несанкционированного применения ядерного оружия. Милли сходил с ума, не зная, что предпринять для своего спасения. Из ситуации было три выхода. Первый выход заключался в том, чтобы пойти прямо к Трампу, и открыто заявить ему в лицо, что если с ним случится непоправимое несчастье, то документы, изобличающие президента, как основного участника антиконституционного поведения тут же лягут на стол Генерального Прокурора. Это был, конечно, блеф, после которого можно запросто войти в Овальный кабинет и не выйти из него. Вернее выйти, но только через дымовую трубу и в виде черного и жирного сгустка копоти. Второй выход виделся в том, чтобы самому сдаться федеральным властям, выговорив для себя на время следствия отдельную камеру с круглосуточной охраной. Но это было еще опасней, потому, как, начнись следствие, и наружу обязательно выплывет и приказ о перемещении ядерного заряда со склада, подписанного им собственноручно, да и не факт, что их посещение накануне операции кабинета президента не фиксировалось средствами прослушивания. И тогда всем станет ясно, что за провалом стоит именно он — четырехзвездный генерал. А это значит, что выбор будет до банальности прост — пожизненное заключение в каком-нибудь Алькатрасе или электрический стул. Более или менее подходящим оставался третий выход. Трамп, тоже ирландец по крови, горяч, как необъезженный конь, но и склонен к быстрому остыванию, если не удается добиться желаемой цели с первого раза. Поэтому, нужно всего лишь переждать смутные времена, забившись куда-нибудь поглубже. А по прошествии времени, его гнев уляжется, и он потеряет былой интерес к своим подельникам. Трамп ведь не дурак и сам прекрасно понимает, что когда начнутся слушания в Сенатской комиссии по поводу инцидента с русскими, а они обязательно начнутся не сегодня, так завтра, ему будет не с руки «топить» заслуженного генерала, чтобы не всплыли собственные огрехи. Поэтому наверняка постарается все свалить на уже покойного Командующего Глобальным Ударным командованием и этого прохвоста Помпео. А пока надо принять все необходимые меры предосторожности.

Все пришлось делать самому. Первым делом, он решил ни при каких обстоятельствах не высовывать нос наружу. Потребности и запросы у старого джентльмена были скромными, поэтому надобности выходить за пределы периметра огороженного высоким забором (спасибо предусмотрительному деду) не возникало. Что же касалось провизии, то он договорился с ближайшим к дому кафе о доставке всего необходимого прямо к калитке. Причем предусмотрительно оговорил условие, по которому продукты питания доставлял бы один и тот же посыльный и в одно и то же время. Посыльного он встречал заранее, высматривая его появление в бинокль. Он бы этим может и ограничился, если бы два дня назад не прогремело еще одно знаковое убийство. На этот раз под «раздачу» попала Джина Хаспел, зверски убитая вместе внуком и охранниками неизвестными диверсантами прямо посреди океана. Тут уже не было практически никаких сомнений, что в следующий раз газеты поместят некролог о нем самом. Милли охватил не просто страх, а настоящая паника на грани нервного срыва. Опасаясь, что пуля неведомого снайпера может найти его и в доме, он заколотил изнутри все окна, как на первом, так и на втором этаже. Но на этом не успокоился. Подозревая, что злоумышленники смогут использовать единственную его связь с внешним миром через посыльного из кафе, он отказался от услуг по доставке еды. В воспаленном винными парами мозгу картины покушения на свою персону рисовались одна за другой. И с каждым разом мнимое покушение представлялось ему все более изощренным. Уже на грани полного безумия, он позавчерашней ночью, напялив на себя армейскую каску, бронежилет 5-го класса защиты и маскхалат, до утра трудился, сооружая из подручных материалов баррикаду, преграждающую проникновение через ворота усадьбы. Он всерьез опасался, что его жилище будут штурмовать, как минимум, с использованием БТР-ов. Сооружал и все время машинально бормотал одну и ту же фразу: «Так просто я не дамся!» И вновь не удовлетворился содеянным. В дом вели два входа: центральный — для домочадцев и запасной — для обслуживающего персонала. Оба входа он тщательно забаррикадировал старой, оставшейся еще от деда тяжелой мебелью. Вычитав из прессы, что директор «русского дома» был убит при помощи дрона, окончательно спятивший Милли, завалил старым хламом камин из-за опасений, что летающий убийца может проникнуть через дымоход, а также заколотил все вентиляционные отдушины в доме, тем самым, напрочь, отрезая себя от внешнего мира. На что он рассчитывал, и как он собирался держать возможную осаду без еды, неизвестно. Впрочем, погреб хранил в себе приличные запасы алкоголя, а большего ему в данной ситуации и не требовалось. Как и большинство американцев, Милли очень любил оружие. А став генералом, полюбил его еще больше. Находясь в высоких чинах, он мог себе позволить иметь приличный арсенал стрелкового вооружения, некоторые образцы из которого были даже запрещены к продаже частным лицам. Тут было почти все, что имелось на вооружении американской армии, начиная от простого помпового дробовика и заканчивая крупнокалиберными пулеметами и гранатометами новейших серий. Естественно, что и боеприпасов тоже было вдоволь. Сам же он ни на минуту не расставался со старой доброй винтовкой М-16 и громадным кольтом образца 1911 года, заткнутым за пояс. Вооруженный до зубов, потерявший ориентацию во времени и даже в пространстве, разговаривающий сам с собой, за неимением собеседников, он находился в своем собственном, наспех сооруженном мирке, где рассчитывал пребывать в автономном режиме продолжительное время. Хотя, может уже и не рассчитывал, а просто пребывая в горячечном бреду. Казалось бы, все предусмотрел генерал, слетевший от страха с «катушек» и постоянно подогреваемый алкогольными парами. Вот только не знал, да и не мог знать, что беда придет к нему совсем-совсем с другой стороны. Если бы те, кто сейчас готовил на него, в спешном порядке, покушение, знали, в каком состоянии находится их будущая жертва, то возможно, они и сами бы отказались от реализации своих планов. Зачем убивать и так, по сути, уже мертвого человека? Но они этого не знали, поэтому готовились к выполнению приказа, отданного лично главарем российской хунты.

II.II

17.09.2020 г., штат Массачусетс, г. Винчестер

И опять экскурс в историю для дальнейшего понимания развития сюжета. Неисчислимое количество тайн хранит в себе Мировой Океан. Многие, наверное, слышали жуткие истории о кораблях-призраках. Одна такая история случилась в последней трети XIX века. В полдень 4 декабря 1872 года с английского брига "Дея Грация", находившегося в 600 милях к западу от Гибралтара, заметили парусное судно "Мария Целеста". Корабль то приводился к ветру, то снова уваливался, совершая замысловатые зигзаги. Опытному глазу было видно, что судном никто не управляет. Вскоре на борт бригантины поднялись моряки с "Деи Грации". На палубе не было ни души. Ветер завывал в порванных снастях фок-мачты, изодранные паруса с треском ударялись о мачту и реи. Поднявшиеся на борт обнаружили, что на камбузной плите кипит кофе, в салоне на столе расставлены тарелки. Но единственным живым существом на борту оказалась дрожащая от страха собака, забившаяся в угол одной из кают. Ни одного человека на судне не было. На столе капитанской каюты покоились карты, лоции, книги. Краткая запись в вахтенном журнале гласила, что судно благополучно достигло почти той точки, где его заметили с "Деи Грации". Вскоре выяснилось, что отсутствуют хронометр, секстант и таблица склонения солнца, а судовой компас валяется разбитый в углу каюты. В ящике стола нашли значительную сумму денег и шкатулку с женскими украшениями. Осмотр матросского кубрика ввел моряков в еще большее недоумение. Койки были аккуратно убраны, все рундуки целы, а на столе лежали… недокуренные трубки. В трюме моряки увидели ровные ряды деревянных бочек. В бочках был спирт. Что же могло произойти с экипажем? Комиссия, назначенная для расследования, высказала много предположений, в том числе самых фантастических. Она долго и тщательно разбиралась с этой загадкой, но в итоге все-таки пришлось признать, что она не в состоянии предложить сколько-нибудь удовлетворительной разгадки этой истории. И снова нет ответа на вопрос: что случилось с людьми с "Марии Целесты"?

После легендарной «Марии Целесты» было еще несколько подобных случаев. И ученые всего мира до середины XX века терялись в догадках по поводу произошедшего. Пока кому-то в голову не пришла идея объяснить эту загадку некоторыми особенностями океанских глубин. Как известно, при зарождении в океане шторма высокой интенсивности на берегу резко ухудшается состояние больных, возрастает число самоубийств и дорожных происшествий. Виновника нашли быстро. Им оказался инфразвук. В докладах АН СССР еще в 1935 году академик В.В.Шулейкин связал возникновение инфразвуковых колебаний в океане со штормами, при которых наличие сильных ветров над поверхностью моря происходит срыв потока на гребнях морских волн. Таким образом, в воздухе возникают не только поперечные колебания, но и продольные. Сила возникающего инфразвука пропорциональна квадрату волн. С чьей-то подачи это явление тут же окрестили «голосом моря». При скорости ветра в 20 метров в секунду мощность "голоса моря" может достигать 3 ватт с каждого метра фронта волны. Сравнительно небольшой шторм генерирует инфразвук мощностью в десятки киловатт! Основное излучение инфразвука идет приблизительно в диапазоне 6 герц. Опыты показали весьма слабое рассеяние инфразвука с расстоянием. В принципе, как показала практика, он может распространяться без значительного ослабления на сотни и даже тысячи километров, как в воздухе, так и в воде, причем скорость водяной волны в несколько раз превышает скорость воздушной.

В последнее время в печати появились сообщения об опытах профессора Гавро, кстати, русского по национальности. Были представлены новые факты биологической активности инфразвука. Ученый предположил, что причиной этого явления служит совпадение частот инфразвука и альфа-ритма головного мозга. Инфразвуки определенных частот могут вызвать у человека ощущение усталости, тоски, морской болезни, привести к потере зрения и даже смерти. "Инфразвук с частотой 7 герц смертелен для человека… можно остановить сердце, соответствующим образом подобрав фазу инфразвука…" — утверждает профессор. Итак, в море генерируются мощные инфразвуковые колебания с частотой в среднем 6 герц, а уже частота в 7 герц смертельна для человека. Но вдруг существуют условия, при которых частота "голоса моря" будет чуть отличаться от обычной, со всеми вытекающими отсюда последствиями? Корабль, может быть, застигнут инфразвуковой волной в совершенно спокойном районе, причем, если частота приходящего излучения составляет 7 герц, смерть всего экипажа наступает внезапно, и самое тщательное рассмотрение не обнаружит причину смерти — ведь она наступает от остановки сердца. При других частотах, отличных от 7 герц, возможны эффекты, аналогичные приступам безумия.

Казалось бы, причем тут научные объяснения пропажи экипажей некоторых кораблей и судьба отставного генерала? Но все сказанное выше, всего лишь предыстория вопроса.

Советские ученые всегда были, что называется «на передовой», когда дело касалось нетрадиционных методов воздействия на человеческий организм, с целью управления им, либо уничтожения его. Такова суровая, правда жизни. Если ты не будешь заниматься разработкой данной методики, то рано или поздно, кто-то займется этим с тобой самим. Первые образцы инфразвукового оружия появились в СССР еще в 1987 году — в разгар «перестройки, разработанные в Институте теоретической и экспериментальной биофизики. Работы продолжались несмотря даже на кризис распада некогда могучего государства. И хотя Советского Союза не было уже почти 30 лет, работы в этом направлении не прекращались ни на один день. С тех пор это оружие только совершенствовалось в плане усиления воздействия и миниатюризации. И если первые его образцы можно было с трудом разместить внутри дальнобойной фуры, то последние изделия запросто умещались в нескольких чемоданах. Испытания, проведенные несколько лет назад, показали поистине выдающиеся результаты. Объект, приговоренный к пожизненному заключению за многократные убийства, был ликвидирован в закрытом помещении с расстояния почти в два километра. Причем, сделал он все это собственноручно, повесившись у себя в камере на полотенце, после воздействия на его головной мозг тремя короткими импульсами в 0,5 секунд. Вряд ли это был единственный подобный эксперимент, но так или иначе, а установка под кодовым названием «Шум прибоя» была принята на вооружение специальных подразделений в 2018 году.

Именно одну такую установку и решили задействовать для ликвидации одного из фигурантов дела о теракте на Красной площади. Первоначально задумывалось при помощи этой установки ликвидировать директора ЦРУ — Джину Хаспел. Планировалось запустить инфразвуковой излучатель невдалеке от ее дома, находящегося на полпути из Вашингтона в Лэнгли. Она специально, в свое время приобрела себе дом в этом районе, чтобы не тратить много времени на поездки из дома на работу. Но стремительно разворачивающиеся события вокруг неудачной высадки десанта на Крайний Север, внесли свои коррективы. Скоропалительная отставка Джины и ее не менее стремительный отъезд на Фишер-Айленд нарушили все прежние планы по ее устранению. Их пришлось с ходу переделывать. А уже готовую аппаратуру пришлось срочно перебазировать в другое место, чтобы уничтожить нового фигуранта. Если кто-то думает, что установку нелегальным образом завезли на территорию США, то он глубоко заблуждается. Установку собрали прямо здесь — на одном из предприятий по изготовлению бытовой техники. Естественно, предприятие, задействованное в этой схеме, принадлежало через подставных лиц Службе Внешней Разведки Российской Федерации. Барышев расстарался «разбудить», ради такого случая, одну из своих «спящих» ячеек. Однако операторы, которые должны были ей управлять, прибыли из Москвы. Верный своей манере действовать сверхосторожно, Дмитрий Аркадьевич не стал рисковать местными кадрами, то ли из-за опасений нарушить их конспиративное положение, то ли просто из-за недоверия. Все-таки, как ни крути, а годы, прожитые на чужбине под личиной добропорядочных граждан, а зачастую и влиятельных бизнесменов накладывают свой отпечаток на поведение и лояльность к далекой и уже порядком подзабытой Родине. Спасибо и на том, что хотя бы согласились изготовить нужную аппаратуру в установленный срок и со всеми заданными параметрами. Как ни была мала аппаратура инфразвукового воздействия, но не могло быть и речи, чтобы поместить ее в салоне обычного автомобиля. Для этой цели пришлось добывать целый автофургон. Мало того. Автофургон пришлось еще и переоборудовать изнутри, чтобы спрятать в его чреве крохотную коморку для двух операторов установки. В итоге манипуляций, на свет появилась обычная с виду фура, раскрашенная под цвета и логотип «Coca-Cola». И действительно, почти все ее пространство было уставлено ящиками с этим напитком, годным, как для утоления жажды, так и для отмывания грязной посуды. Любой проверяющий, захоти он осмотреть содержимое фуры, увидев, как там все заставлено, махнул бы рукой и не стал ворочать ящики, за которыми, в самом дальнем углу и расположилось секретное помещение. И вот они уже второй день находились в этом городишке. По поддельным накладным их фура выполняла договор по доставке в местные заведения общепита этого ужасного, но так любимого всеми американцами пойла. И это не должно было вызывать каких-либо подозрений. Потому что в город каждый день въезжали десятки подобных фур, принадлежащих мелким перевозчикам, а значит, и затеряться среди них, было парой пустяков. Ну, какому здравомыслящему человеку придет на ум в чем-то подозревать большегрузную фуру, водитель которой останавливался вчера на полчаса возле местного кафе, чтобы подкачать спустившую шину, а сегодня остановился опять, чтобы немного перекусить перед дальней дорогой? Конечно, никому не придет такая мысль. А полчаса вполне достаточно для того, чтобы настроить аппаратуру, просканировать с расстояния в триста футов внутреннее пространство деревянного строения, спрятанного за высоким забором, нащупать и войти в резонанс с частотой колебаний электромагнитных волн внутри черепной коробки спятившего от страха генерала и произвести импульс длительностью в полсекунды. Для разбирающегося в этих делах человека это не составит большого труда. Он даже не вспотеет, ну, разве, что от духоты в тесной коморке фуры. Остронаправленный инфразвуковой луч ничем не выдаст себя и от его воздействия никто не получит ни малейшей травмы, за исключением самой жертвы. Вот и сейчас фура стояла невдалеке от пересечения Уинфорд-Уэй и Олден-Лейн. Это была самая удобная точка, с которой хорошо просматривался весь особняк опального генерала.

Водитель фуры вылез из кабины и, потягиваясь конечностями, чтобы размять их после якобы долгого сиденья, медленной и ленивой походкой направился в сторону маленькой забегаловки, чтобы перекусить перед дальней дорогой, а заодно послушать местные сплетни. Это означало, что тем, кто находился внутри фуры, можно было продолжить начатую вчера работу.

— Ну, что, Айвен, начинаем локацию объекта? — спросил невысокий и остроносый как дятел парень лет двадцати пяти, одетый в майку и шорты.

— Да, Хьюи, давай прощупывай, где он там прячется, — ухмыльнулся в ответ толстячок, примерно того же возраста, поворачивая бейсболку козырьком назад. — А я пока займусь фокусировкой.

Несмотря на то, что в тесном закутке фуры никого кроме них двоих не было, в целях соблюдения конспирации, говорили они исключительно на языке, употребляемом местным населением. У каждого из них перед глазами был индивидуальный монитор и пульт управления. Айвен отвечал за локацию объекта, а вернее, за точное местонахождение «клиента» внутри особняка. Дело это было весьма непростое, так как требовалось для этого просканировать все закоулки в доме, чтобы отыскать среди большого количества излучающей аппаратуры (телевизор, радио, телефоны, микроволновую печь и т. д.) именно тот объект, который нужен им в данный момент. Но мало было найти объект, с заданными параметрами электромагнитного излучения, нужно было его еще и зафиксировать, так сказать, взять на прицел, и крепко удерживать его в перекрестье. Аппаратура позволяла это сделать минут за пять-семь. Благо, что дом был деревянным, а не панельным, где металлическая арматура внутреннего каркаса в достаточной мере рассеивала сканирующий луч. И хорошо, что в доме находился всего лишь один живой объект, которого не надо мучительно вычленять среди ему подобных. Это гораздо упрощало задачу, иначе бы они провозились бы тут недели две. В задачу Хьюи входило более тонкая настройка на электромагнитное излучение мозга уже непосредственно самого объекта воздействия. Обязательно нужно было войти в резонанс с колебательными звуковыми процессами внутри черепной коробки. А затем пройти поочередно все стадии воздействия на головной мозг. Вчера они уже начали проходить все эти стадии. Сегодня уже нужно было заканчивать с этим. Где-то около 150 Гц, как и положено у среднестатистического и вполне здорового человека. На уровне 100 Гц у человека появляется легкая тошнота, головокружение, покраснение кожи и покалывание в теле. После этого возникает тревога, ощущение сильной усталости, горловое давление и респираторная дисфункция. При 50–100 Гц даже с защищенными ушами возникают "невыносимые ощущения в области груди". Другие физиологические изменения, которые могут произойти, включают вибрацию и изменения дыхательного ритма. Затем наступает легкая тошнота и головокружение, после чего достигается предел переносимости. Симптомы включают сопутствующий дискомфорт, кашель, значительное снижение давления и удушье. На частоте 43–73 Гц наблюдается снижение остроты зрения, показатели IQ снижаются до 77 % от нормальных, нарушается пространственная ориентация, координация работы мышц, равновесие, речь становится невнятной, происходит потеря сознания. При 1–10 Гц мозг сначала блокируется, а затем уничтожается. По мере увеличения амплитуды еще вчера было отмечено несколько неприятных реакций, после чего начинается полное неврологическое вмешательство. Действие мозгового вещества физиологически блокируется, а его вегетативные функции прекращаются. Но опаснее всего для человеческого организма частота колебания в 7 Гц, поскольку этот ритм не только соответствует альфа-ритмам головного мозга, но и является резонансной частотой всех внутренних органов человека, поэтому при продолжительном воздействии 1,5–2 секунды, происходит их повреждение и даже наступает смерть. На сегодня, как раз и было запланировано перейти к колебаниям в 7 Гц.

Вот в таком порядке и диапазоне частот предстояло работать Хьюи. Центр, как обычно торопил с проведением финального этапа операции и в то же самое время настаивал на соблюдении осторожности, поэтому отказывал в возможности решить все одним махом — включить инфразвук на 7 Гц продолжительностью 2 секунды. Мозг «клиента» при таком воздействии конечно бы, расплавился, а все внутренние органы превратились бы в кашу. Центру хотелось, чтобы смерть Милли выглядела, как можно более естественной. Поэтому Айвен и Хьюи решили действовать в два этапа, растягивая удовольствие мести на двое суток. На первом — пристрелочном они выдали импульс около 100 Гц длительностью в 0.5 секунды, а сегодня решили довести дело до логического завершения, посылая импульс в диапазоне 8–7 Гц на протяжении полутора секунд. Этого бы хватило, как минимум на то, чтобы сделать из бравого генерала клинического идиота, что вполне укладывалось в рамки поставленной задачи, либо привести к летальному исходу в результате остановки всех физиологических процессов в его теле.

— Хьюи, у меня все готово, — буднично произнес Айвен после пятиминутной возни с настройкой локации.

— Хорошо, — еще внимательней уставился напарник на экран монитора, по которому бежали какие-то кривые, попутно накладываясь одна на другую. — Даю обратный отсчет перед импульсом. Пять, четыре, три, два, один, зеро.

Его безымянный палец мазнул по клавише «enter». Ничего не щелкнуло, ни звякнуло и не зажужжало. Со стороны наблюдателя, появись он в этой компании, вообще не произошло ничего такого, на что стоило бы обратить внимание. Но оба исполнителя казни, как-то разом выдохнули и многозначительно переглянулись. Они, где-то с полминуты не отрываясь, смотрели в глаза друг друга. Затем Хьюи все-таки отвел свой взгляд и глухо произнес: