Чтение онлайн

Калли посмотрел на часы. Восемнадцать тридцать. Через полчаса они могли бы быть в Шарлоттсвиле. Пока он расплачивался с барменом, Хаузер допила остаток пива и соскользнула с табурета. Пока она шла к выходу, бармен не отрывал взгляда от ее длинных, стройных ног в плотно облегающих джинсах.

Оказавшись снаружи, на автостоянке, в мерцании неоновой вывески, Хаузер остановилась и пристально посмотрела на Калли. В том, что он сказал, есть определенный смысл. Она была счастлива наткнуться на исключительно интересный материал. И уже смутно предвкушала премии и награды, которые ее ожидают в случае успеха. К тому же, уйдя из полиции, она скучала по активному действию.

— О'кей. Я с вами. Пока вы будете успешно продвигаться вперед. Но уверяю вас, когда все будет закончено, невзирая ни на какое давление, я опубликую свой материал. Если не в «Вашингтон пост», то где-нибудь еще.

Они обменялись рукопожатием.

— Решено и подписано, — сказал он.

Калли уселся на пассажирское сиденье «порша», достал с заднего сиденья свою кожаную сумку, расстегнул «молнию» и вытащил полуавтоматический револьвер «вальтер» 38-го калибра. Хаузер наблюдала, как он проверяет, правильно ли стоит барабан и не спущен ли случайно предохранитель.

— Мне сказали, что вы не просто хорошенькая женщина, — сказал Калли, вручая ей оружие.

— Стало быть, ваши приятели из Лэнгли выполнили свое домашнее задание, — ответила Хаузер, возвращая ему револьвер. — Мне эта штука вряд ли понадобится.

— Если мы встретимся с Маликом, то, поверьте мне, оружие вам не помешает.

Хаузер взяла свою сумку с заднего сиденья и положила на колени. На первый взгляд обыкновенная, туго набитая сумка. Но в самом ее центре было потайное отделение, откуда Хаузер извлекла полуавтоматический пистолет.

— "Глок" сорокового калибра, — сказала она. — Даже смешно сравнивать с той игрушкой, что вы хотели мне подсунуть.

Впервые с тех пор, как он встретился с Хаузер, Калли рассмеялся. Какой у него обаятельный смех, подумала она. И какой озорной блеск в глазах.

— Оказывается, журналисты ходят вооруженными.

— Вы бы видели, в каких местах я бываю по ночам.

— И у вас есть лицензия?

— Я соблюдаю закон, Калли.

— Почему вы не сказали мне, что служили в полиции?

— Вы не спрашивали.

— Дурацкий ответ.

— Такой же дурацкий, как и вопрос. — Хаузер завела двигатель, из-под задних колес машины посыпался гравий, и она выехала со стоянки.

— Ну что ж, помчались дальше, — сказал Калли.

Под пологом деревьев на шоссе 20, что, извиваясь, бежало на север в Шарлоттсвиль, было темным-темно. Луна скрылась за грядой низких облаков, стелющийся по земле туман резко ухудшал видимость. Полустершаяся осевая линия была еле заметна в узком, веерообразном свете фар, поэтому Хаузер пришлось снизить скорость до предела. Она была огорчена, что не может противостоять обстоятельствам. Калли, однако, был рад, что бешеная гонка закончилась.

Шоссе было пустынно; с тех пор как они свернули с дороги 15, они не видели ни одной машины, но когда прошли длинный двойной поворот, Хаузер с удивлением заметила сзади какие-то яркие фары. Она повернула зеркало заднего обозрения так, чтобы свет не слепил ее, и сосредоточила внимание на дороге впереди.

Выйдя на прямой отрезок дороги, она заметила, что идущая сзади машина стремительно их настигает. Через сто ярдов начинался очередной поворот, и, опасаясь столкнуться с неосторожным водителем, Хаузер сбавила скорость, чтобы пропустить его вперед. Но машина подтянулась сзади и подъехала еще ближе. Ее фары были выше, чем у обычной машины, и Хаузер предположила, что это пикап или какой-то внедорожник. Окна «порша» были открыты, и она высунула руку, подавая сигнал, чтобы водитель проезжал вперед. Но он продолжал сидеть у нее на хвосте.

— Чертова деревенщина! — пробурчала она.

Калли оглянулся на сверкающие позади фары.

— Пропустите его. Похоже, за рулем какой-то пьяный.

— Он не хочет нас обгонять.

— Тогда уйдите вперед.

Хаузер включила третью скорость и нажала на педаль газа.

Хорошо отрегулированная машина стремительно рванулась вперед. Но скоро отставший было автомобиль снова догнал ее и пошел бампер в бампер.

— Дубина, — вновь выругалась Хаузер.

Малик довольно хохотнул. Большой восьмицилиндровый двигатель «джипа-чероки» не позволял делать такие стремительные рывки, как «порш», но обладал достаточной мощностью, чтобы держаться с ним наравне. Малик возвращался из Хэмпден-Сидни той же дорогой, что и они. Проезжая мимо придорожной таверны, он заметил стоящий возле нее «порш».

Внутренний голос предупредил его: не играй с ним, он опасен. Именно этот внутренний голос определял его поступки в течение последних четырех лет, убедительной логикой подавляя кровожадные инстинкты. Но месяц назад Малик перестал к нему прислушиваться. И в этот вечер, все еще радостно возбужденный убийством Спирко, он испытывал непреодолимое желание поиграть. В полумиле от таверны он свернул на боковую гравиевую дорогу, дождался, пока «порш» проедет мимо, и устремился в погоню. Не валяй дурака, пробовал увещевать его внутренний голос. «Пошел ты! Пошел в задницу! Заткнись!» — завопил Малик. И голос замолк.

Хаузер вела машину на предельной скорости, из-за тумана и извилистой, с узкими обочинами дороги развить большую было невозможно. Спидометр показывал семьдесят миль, но Малик не отставал. Он был в опасной близости, всего в нескольких дюймах от ее заднего бампера. Достаточно было ей затормозить перед каким-нибудь препятствием, как он врезался бы в багажник.

Она решила испробовать старый трюк, которому научил ее еще отец, когда кто-нибудь висел у них на хвосте.

— Держитесь, — предупредила она Калли.

Тот, не дожидаясь второго предупреждения, крепко схватился одной рукой за подлокотник, другой — за приборную доску, готовясь Бог знает к чему.

Хаузер приняла чуть вправо и пошла правыми колесами по усыпанной гравием обочине. Правая задняя шина послала целую кучу мелких камешков в лобовое стекло «джипа».

Малик немедленно притормозил.

— Проклятая сучонка! — крикнул он и, как только «порш» вырулил обратно на шоссе, подтянулся к нему.

На плавном повороте дороги Хаузер ушла вперед, но «джип» снова настиг их.

— Сверните с дороги и остановитесь, — сказал Калли. — Из-за этого идиота мы можем разбиться.

Хаузер стала вглядываться в туман, ища какую-нибудь площадку возле дороги. Увидев просвет в деревьях, на полпути перед крутым двойным поворотом, она слегка нажала на тормозную педаль, предупреждая алым светом задних сигнальных огней, что намерена затормозить.

Пренебрегая возможностью появления встречных машин, Малик вышел на левую сторону дороги и поравнялся с «поршем» как раз перед изгибом.