Холодное лето 53-го (с иллюстрациями)
Шрифт:
Дочь чистила грибы. Зять разводил костер. Внучка ловила в траве кузнечиков.
А старик Басаргин чистил у реки рыбу. Наловил он мелких окуней и плотвичек. Чистил, промывал и клал в котелок. Подошла внучка, ей было пять лет.
— А это кто? — Она показала ему ладонь.
— Какая-нибудь насекомая, — он глянул мельком, но тут же снова повернулся, взял ее ладонь, вгляделся в прозрачного мотылька.
И встал.
Солнце садилось за лес на том берегу, река была уже в тени, и в этом темном воздухе над водой бесшумно танцевали тысячи прозрачно-белых мотыльков.
— Дед, почему так?
Басаргин глядел на быстрые круги от рыбы, покрывавшие всю воду.
— Это поденки, — сказал он. — Их личинки три года живут на дне, а потом превращаются в этих мотыльков и все разом взлетают. — Он помолчал. — На немного минут.
Она была поражена.
— А потом?
— Падают обратно в воду.
— И потому — круги?
— Нет. Это их едят рыбы.
Она задумалась. Потом, потрясенная, прошептала:
— И все?!
— Нет. Они снова проживут на дне, наберут сил, а потом взлетят. А потом снова, и снова… И род их не прервется.
Старик, задумавшись, смотрел далеко — за реку, за лес. Белесая половинка луны в слабо-синем небе казалась случайным мазком.
Но чьей кисти?
Небо темнело, звезд еще не было, но время их подходило.