Чтение онлайн

— Э… гм… Поясни?

— Помнишь первые разы в пионерлагере? Кого ты там встречал? Девушек, помешанных на романтике, нимфоманок, можно сказать. Любая жаждала завести лёгкую интрижку или глобальный роман. Только ходили и говорили они, как механические куклы. Да и с парнями не лучше обстояло…

— Было такое, — согласился Алексей, — вначале казалось странно, конечно, но потом… они стали просыпаться. И другие начали приходить.

— Ты хочешь сказать, — обиженно заметила красавица, — что мой Саша был кибернетической куклой?

— Тот Саша, который тебе нравился, можно сказать, являлся вот этим парнем, — рука рыжей плутовки указывала на Алексея, — только без мозгов почти и прошитый романтическими паттернами. Впрочем, с кем тебе сравнивать-то?

— Полный бред! — махнула рукой Вика, — у самой-то много парней было?

— А чего там случилось-то с этими пионерами? — Алексей страдальчески потирал затылок шлема, — от чего потом проснулись? Гипноз какой-то? Так и я таким был когда-то, что ли?

— О, ты даже не представляешь… — проводница устало вздохнула.

Впереди показалась большая зелёная гермодверь с ржавыми пятнами. Конечно, со слабым подобием ПНВ всё вокруг было размытым и бледно-зелёным, но дверь зеленела по-особенному. Среди непонятной трафаретной аббревиатуры ярко выделялась цифра «3». Лиза приглашающим жестом указала на дверь.

Алексей, почесав затылок, привел в действие механизм задраивания. Вопреки ожиданиям, массивный кусок бронированного железа открылся довольно легко. Несмотря на противный скрежет.

Путники втиснулись в чистенький коридор убежища. Алексей, пропустив дам вперёд, прикрыл дверь за собой. Туго лязгнуло блокировочное устройство. Пройдя за остальными, он обнаружил довольно приятную обстановку.

Простая, но аккуратная мебель, устаревшее, но неубиваемое оборудование и уютно убранные комнаты для комфортного проживания. Этот бункер был явно просторней и сложнее того, что пионеры посещали когда-то под старым лагерем. Троек на дверях там точно не было. Похоже, это другое убежище с типичным дизайном для той эпохи. И если в первом можно было пережидать единичные бомбовые удары, то в этом планировалась коротать время долгими ядерно-зимними вечерами.

— Спички в шкафу, если жаждешь зажечь свою многострадальную лампу, — по-хозяйски распорядилась Лиза, затем обратилась к Вике, — а ты, достань из тумбочки фонарик-жук и свети ему, а то пональёт тут везде керосина своего.

— Да где? — закопошилась в шкафчике девушка и пощелкала выключателем на найденном фонаре.

— Ищи тот, с рычажком, динамо-машинка в котором, — пояснила девочка-лиса, — в этих батарейки давно сдохли.

Наконец, раздалось порывистое жужжание. И мерцающий желтый лучик осветил Алексея, достающего скромные пожитки из сумки. Заправив керосинку, пионер зажёг фитиль и надел чудом уцелевшую колбу. Теплый огонёк озарил помещение неровным светом.

— Так, теперь иди, запускай генератор, — продолжала командовать рыжая плутовка, — и не забудь хорошо канистры с топливом переболтать перед заливкой в бак. А ты, Вика, топай в душевую и наводи там порядок.

— Это ещё зачем? — возмутилась девушка.

— А за тем, что на вас столько всякой дряни налипло, что теперь её очень долго отмывать придётся. Тебе-то повезло, костюмчик защитил. А вот ему, увы, не позавидуешь.

Добравшись в генераторную, Алексей упёрся в огромный дизельный агрегат. Несколько канистр солярки пришлось дико трясти и выливать в один из кубов для топлива. А вот разобраться с управлением оказалось непросто. На него смотрела черная панель с пятью индикаторами, двумя кнопками и одним тумблером.

Конечно, проще всего было нажать кнопку «пуск», но логика подсказывала, что нужно перед этим что-то сделать. Оглянувшись в поисках инструкции или плаката с подсказками, он обнаружил ехидно ухмылявшуюся девочку-лису. Она успела где-то скинуть своё кожаное одеяние и предстала взору в полосатом бикини. Из тельняшки его сделала, что ли?

На мгновение парень забыл, зачем вообще сюда явился. Рыжая бестия грациозно выгнулась и сладко потянулась. Она что, его соблазняет? А ведь очень даже хороша, чертовка!

Этика Алексея сильно противоречила спонтанным желаниям. Отчасти поэтому ни в одном из миров его не связывали интимные отношения. В родном мире и без того всё было сложно, но даже в лагере, где сама обстановка располагала к наслаждению любовью, он умудрялся находить отговорки.

Ну не спать же ему с детьми, в самом деле? И не важно, насколько молодое тело досталось самому. А те, кто выглядел постарше в первые его попадания в лагерь, не производили впечатления адекватных людей. Пользоваться их склонностью к эротическим приключениям Алексей считал недостойным занятием для нормального человека.

Когда же почти все кукло-люди стали просыпаться, то многие обнаружили склонность порхать с цветка на цветочек. Для него отношения со столь непостоянными партнёрами закончились бы лишь обидами и разочарованием. Прелести свободной любви были ему явно чужды.

Конечно, кое-кто вызывал симпатию и уважение, но и этого оказалось недостаточно. Например, Маша из исследовательской группы лагеря. Отпетый ботаник и в лагере и дома. Очень милая, всегда тепло принимала Алексея в общении, смеялась над его тупыми шутками и заканчивала за него фразы. Даже будучи далеким от высот науки, парень находил в ней преданного и понимающего друга. Но и тут, став поперёк, дело застопорила пресловутая этика.

Петя, такой же ботаник, как Маша, очень искренний и застенчивый парень, как-то признался Алексею по секрету, что без ума от Марии. Его феноменальные способности к изучению и переработке данных поражали, а скромность и застенчивость грозили навсегда оставить без возможности построить серьёзные отношения с какой-либо девушкой.

Может, Алексей поступил не очень правильно, взяв на себя роль душепопечителя. Но по-другому просто не мог. Стал подсказывать, что нужно делать, чтобы добиться расположения Маши. По его мнению, девушка могла найти в Пете более достойного партнёра, понимающего её с полуслова, и преданного до конца. А ещё их объединяла общая страсть к научному познанию и сходное виденье мира. В конце концов, пусть сама Маша и решает, кому из них отдать предпочтение.