Чтение онлайн

– И в чем разница?

Я пожал плечами.

– Никто толком не знает. Эбинизер думает, это потому, что люди по самой сути своей конфликтные существа. Магия реагирует на твои мысли и эмоции – а у людей эмоции и мысли находятся в постоянном конфликте. Так вот, он считает, что вокруг людей с магическими талантами создается некая турбулентность, вызывающая механические поломки.

– Почему?

Я снова пожал плечами.

– Так уж оно есть. Конкретные эффекты, которые дает турбулентность, со временем постепенно меняются. Триста лет назад от нее молоко скисало, животные беситься начинали, а чародеи зарабатывали инфекцию кожи. И, соответственно, рубцы, родинки и оспины.

– Весело, – сказал Томас.

– Ага, обхохочешься, – сказал я. – А иногда – между давними временами и нынешними – это же явление вызывало странные вспышки галлюцинаций у людей, которые оказывались поблизости от нас. Тебе знакома эрготическая теория истории [42] ? Люди с талантами, особенно те, что о своих талантах не знали, к этому явно приложились. А теперь подобные способности выкидывают фокусы с машинами и механизмами.

Томас внимательно посмотрел на меня. И потом осторожно выключил стерео на панели.

– Забавно, – прокомментировал я. И момент спустя, добавил: – Я не хочу этого делать. В смысле, я стараюсь этого не делать, но…

– Я не расстроюсь, если ты сломаешь мое барахло, – сказал Томас. – Просто заставлю Лару купить мне новое.

Лара, сводная сестра Томаса, была реальной силой, стоящей за троном Белой Коллегии вампиров. Поразительно эффектная, умная девица, и сексуальности в ней больше, чем в шведской команде красоток в бикини, взбирающейся на гору денег. В качестве потенциального врага, это была пугающая дамочка. Как временный союзник – просто ходячий ужас.

Я не собирался рассказывать об этом Томасу, но, когда готовил собственное убийство, Лара значилась вторым номером в моем списке тех, кто мог отправить меня на тот свет. Сами подумайте, если уж ты собрался отчалить с концами, то быть припечатанным гребаной королевой суккубов – не самый худший вариант.

– Как поживает Лара? – спросил я.

– Лара – это Лара, – сказал Томас. – Всегда в делах, планах, плетении интриг и теневых схем.

– Типа Общества Светлого Будущего? – спросил я. ОСБ было альянсом очень странных союзников в сверхъестественном мире Чикаго, со штаб-квартирой в маленьком, но настоящем замке, который охраняли наемники из Валгаллы.

Томас, улыбнувшись, обнажил зубы:

– Вообще-то да, изначально это была идея Лары. Марконе импортировал весь гребаный замок и выстроил его снова над твоей старой квартирой. Лара говорит, замок неуязвим.

– Звезда Смерти тоже была неуязвима [43] , – заметил я. – Так Лара теперь в постельке с Марконе?

– Пыталась, – сказал Томас, – но Марконе настаивает на чисто деловых отношениях. Уже двое мужчин отвергли ее всего за одно столетие. Она расстроена.

Ну еще бы! Первым был я. А Джон Марконе – король чикагской преступности. Он мог спокойно купить и продать конгрессмена Соединенных Штатов, а весь истеблишмент Чикаго был у него на прослушке. Он также стал первым смертным, подписавшим Соглашение Ансийли, и в соответствии с Соглашением стал бароном Чикаго.

– Я вообще-то надеялся, что она его убьет, – признался я.

– А я надеялся на обратное, – вздохнул Томас. – Но сейчас, когда Фомор пытается силой вторгнуться на чужие территории, они нужны друг другу – на время.

– А что, Фомор настолько круты? – спросил я. Это была банда негодяев, чьи имена известны в основном по старым книгам мифов, типы, пережившие мрачные легенды всего мира, худшие из худших – по крайней мере самые живучие из худших.

– Они абсолютно безжалостны, – сказал Томас. – И они повсюду. Но при головорезах Марконе, ресурсах Лары и людях Мёрфи им здесь не закрепиться. В других городах дела идут хуже. Лос-Анджелес, Сиэтл, Сан-Франциско, Майами и Бостон – там поганее всего. Они хватают каждого, у кого имеется хоть щепотка магических талантов, и уволакивают с собой. Тысячи людей.

– Адские колокола, – пробормотал я. – А что же Белый Совет?

– Они заняты, – сказал Томас. – Ходят слухи, что они действуют сейчас на побережье Европы, особенно на Средиземноморье, сражаясь с Фоемором там. Люди Лары обмениваются информацией с Советом, а те с ними, но союзом это не назвать.

– Они что же, вообще не работают в США? – спросил я.

Томас пожал плечами:

– Твои друзья-Стражи пытаются, – сказал он. – Рамиреса в прошлом году ранили очень серьезно. Не думаю, что он уже вернулся в строй. Но Стражи в Балтиморе и Сан-Диего пока держатся, а этот паренек в Техасе устроил им сущий ад.

– Молодец Дикий Билл, – сказал я. – А как вышло, что другие города не сдались?

– Лара, – тихо произнес Томас. Его голос слегка изменился, и я распознал точные, отчетливые тона, столь характерные для голоса его сестры. – Мы веками лезли из кожи вон, чтобы улучшить это стадо. И я не собираюсь подчиниться орде подхалимов из несостоявшихся браконьеров.

– Она красотка, – сказал я.

– Она много сделала, – кивнул он. – Но не смогла бы добиться всего этого без Паранета.

– Ого! Серьезно?

– Знание – сила, – сказал Томас. – В Паранете десятки тысяч людей. Глаза и уши в каждом городе, и ежедневно накапливается все больше опыта. Если что-то случается, и кто-то из Фомора вдруг делает ход, все сообщество прибывает на место в считанные минуты.

Я моргнул:

– И они действительно могут это делать?

– Интернет, – сказал Томас. – Неттеры – таланты малого уровня. Они могут использовать компьютеры и мобильники, не прибегая к чарам. И когда что-то начинает происходить, в ход идет «Твиттер», и Лара запускает реальную команду.

– И ей к тому же удается узнать побольше о талантливых чародеях в других городах. Тех, которые пока не способны сами себя защитить. На случай, если она проголодается.

– Да, – сказал Томас. – Но не сказать, чтобы у неттеров был какой-то выбор в этом плане. – Он помолчал и добавил: – Лара становится пугающей.

– Лара всегда была пугающей.

Томас покачал головой.

– Не так, как прежде. Она начинает связываться с правительством.

– Она всегда это делала, – сказал я.