Холодный Чикаго
Шрифт:
– Двинься, - раздался голос Мараева.
– Неа, - протянул Дерек, потягиваясь и пытаясь снять с себя рубашку.
– Ну, значит, я буду спать на тебе.
Каран почти упал на Куинси, и пьяно хихикнул.
– Знаешь, тебе лучше и правда подвинуться, и прекратить раздеваться.
– Ну, я же не девушка, - возмутился Дерек, - почему не могу раздеться?
Мараев навис над Куинси и с пугающе трезвыми глазами произнес:
– Потому что я - би, и на данный момент более чем хочу трахаться. Двинься, иначе утром твоя задница будет сильно болеть.
– А мне все равно, - с пьяной храбростью отозвался Дерек.
Мараев хмыкнул и наклонился, целуя парня. Фиолетовые глаза, казалось, зажглись ярким огнем и сверкали в темной комнате.
– Ну, раз тебе все равно, то я помогу тебе раздеться.
Куинси, мало соображая, подчинился Карану, и вскоре вся одежда валялась на полу, а он сам не в силах противостоять желанию и алкоголю выгибался навстречу, чувствуя уверенные ласки именинника.
Каран хрипло застонал, припадая к его губам и целуя, не пытаясь сопротивляться жгучему желанию. Тело горело в слепой страсти и жаждало прикосновений.
Куинси смутно помнил, как оказался подготовлен, но проникновение, резкое и довольно болезненное, запомнилось внезапно слетевшим хмелем. Дернувшись, Дерек только сильнее насадился на член Карана и, с трудом переведя дыхание, замер, чувствуя, как в груди прижавшегося к нему Мараева бешено бьется сердце.
Несколько легких движений причиняли только неудобство и дискомфорт, пока Каран внезапно не изменил угол проникновения.
Захлестнувшее с головой удовольствие заставляли кричать и стонать от обуревающих его чувств. Тело плавилось от ласк и удовольствия, заставляя выполнять все желания Мараева.
Алкоголь снял все запреты, вызволяя необузданную похоть.
Дерек побледнел, затем покраснел и, наконец, снова побледнел. Похмелье, наложенное на сильный дискомфорт в спине и заднице, было не самым приятным, но вот воспоминания, которые пробуждались в памяти помимо воли, наполненные страстью и безумием, не позволяли окончательно пропасть в физических восприятиях.
– Прочухался?
– раздался вкрадчивый голос Карана. – Надеюсь, ты не думаешь, что избежишь последствий.
– Это моя фраза, - возмутился Дерек, - кто тут кого трахнул?
– Ты сам меня спровоцировал, - пожал плечами Мараев, садясь на постели и с наслаждением потягиваясь, - ладно, приходи в себя, буду готовить тебе завтрак. Только до кухни сам дойдешь, у меня нет подносов.
– То бишь, бедному, практически изнасилованному полицейскому даже завтрак в постель не принесут, - наигранно обиделся Дерек, - злой ты Каран, неправильный.
Мараев расхохотался и, обернувшись, чмокнул Куинси в губы.
– Так и быть, завтрак притараню, но в душ сам сходишь, я не буду таскать тебе сюда ведрами воду.
Куинси взглянул на уходящего Карана и хмыкнул. Что ж, пусть первый раз сверху побыл наглый писатель, в следующий, Мараев точно будет снизу.
========== Глава шестнадцатая ==========
Простите, не помню, как там у меня были раскидан главы, так что возвращаю наобум и надеюсь на свой склероз))
Блер с трудом разлепил глаза. В горле пересохло, голова болела, а желудок настойчиво требовал опорожнения через верхнее отверстие. Проще говоря, тянуло блевать со страшной силой.
Полежав пару секунд, лейтенант совершил стремительный пробег до туалета, где в объятие белого друга полетел вчерашний праздник.
Сразу стало легче, и Блер, выпрямившись, забрался в душ.
Вот не любит он пить, и, можно сказать, почти не умеет, но Мараев подливал, не останавливаясь, что-то бормоча на русском и периодически выдавая непонятные фразы с сильнейшем акцентом.
Желя от него не отставала, судя по экспрессивному монологу, она вообще перешла на мат, который понимал только её брат.
Уже бреясь, лейтенант заметил, что у него дрожат руки, скривившись, Блер закончил утренние процедуры и поспешил в спальню за одеждой. Господи, зачем же он вчера так напился?!
Каден поднял руку и разлепил один глаз и тут же прикрыл лицо ладонью, невнятно выругавшись. У писаки оказалось убойное бухло, которое свалило даже Керка. Кажется, он назвал эту гадость… самогон… или что-то похожее. Слегка мутная обжигающая жидкость мгновенно пробрала до самых костей. Желя ещё, кажется, ниче так держалась, но Каден твердо помнил, как тащил девку на руках до спальни, а потом ебал ещё пару часов, пока та не охрипла от стонов и криков.
Каден рискнул открыть глаза и быстро заморгал. Так, кажется, все в порядке, пора идти до толчка, пока мочевой пузырь не лопнул.
Кряхтя, как столетний дед, Керк сполз с кровати и быстрым шагом направился к ванной комнате. Отлив, он вздохнул с облегчением и включил ледяную воду.
Пофыркивая, Каден принял душ и выполз, обернув полотенце вокруг бедер.
Желя ещё спала и, кажется, просыпаться совершенно не собиралась. Махнув рукой, Керк стал собираться на работу. Маньяков никакой день рождение не остановит.
Бледно-зеленая Ксия медитировала над трупом и пыталась собрать мысли в кучу. Праздник, конечно, удался, вот только теперь работа вызывала сильнейшее желание склониться над унитазом и как следует прочистить желудок. Вскрытие делать было банально противно, да и патологоанатом боялась украсить внутренности жертвы вчерашними салатиками, горячим и огромным количеством выпитого.
Наконец, махнув рукой, Ксия стянула перчатки и расстелила себе одеяло на одной из каталок. Забравшись, она прикрылась простыней и теплым пледом и отбыла в царство Морфея.
Дерек спустился в морг за отчетом, который Ксия так и не принесла. Задница болела довольно сильно, но если приноровиться, то ходить можно без проблем и даже не уточкой.
Открыв дверь, Куинси проскользнул в холодное помещение, закованное в кафель.
Ксии за рабочим местом не было. Неужели не пришла?
Дерек внимательно оглядел стол в поисках отчета и, наконец, найдя оный, подхватил папку. В этот момент раздался тихий вздох.
Куинси поднял голову и почувствовал, как у него шевелятся волосы на затылке. Ближайший труп шевельнулся и перевернулся на каталке. Быть такого не может, что сюда привезли живого человека, значит… зомби???
Дерек потряс головой, что за бред, надо смотреть меньше ужастиков и пост апокалиптические фильмы. Может, тогда мозг варить будет.
Осторожно подойдя к каталке, Куинси резким движением откинул простыню и облегченно вздохнул. Ксия. Спит на месте трупа, ну ладно, пускай отдыхает, раз не смогла отоспаться дома.