Чтение онлайн

Девушка не успела осмыслить значение последней фразы до конца, как оказалась втиснута в небольшое пятиметровое помещение, выполняющее здесь благородную роль ванной комнаты. Повернуться на тесном пятачке незанятого видавшей виды душевой кабиной пространства не представлялось возможным, особенно если учесть, что мужчина тоже решил проследовать за ней в уборную.

— Снимай эти тряпки, — коротко велел он, лишь для виду отворачиваясь к двери. — Я вернусь через двадцать минут с чистым полотенцем и вещами, и очень не советую тебе меня разочаровывать, Елена. Надумаешь бежать, лучше сразу сверни себе шею, потому что я сделаю это в сотни раз больнее. Ладушки?

Гилберт невразумительно агакнула, неохотно вылезая из плена одежды. Почему-то ее вовсе не обнадежили слова вампира о том, что она не в его вкусе, а скорее даже наоборот, напугали еще больше. Однако ее страхи и волнения ничем себя не оправдали.

Получив назад недавно врученные им же самим шмотки, Дамон вышел за дверь и не возвращался до тех пор, пока не услышал робкий кашель девушки, возвещающий об окончании банных процедур. Чуть приоткрыв дверь, он просунул внутрь руку с зажатым в ней полотенцем, а затем громко расхохотался над несвойственным себе поведением. Все-таки девочка должна была по достоинству оценить уровень его воспитанности.

— Почему ты не согласилась поехать с Кэролайн, когда она к тебе пришла? — завел он очередную пластинку бесполезной беседы, терпеливо дожидаясь завершения сборов.

— Я уже знала, где могу Его найти, и в услугах Кэр не было никакой необходимости, — сдавленным голосом отозвалась девушка.

— У тебя что-то болит? — наигранно безразлично поинтересовался мужчина, явно удовлетворившись не слишком развернутым ответом.

— Нет, все в порядке, — покривила душой Елена, аккуратно распутывая свалявшийся на затылке клок волос и то и дело негромко постанывая от колючей боли. Видимо, когда там, в подвале, она упала на пол, оттолкнутая от раненой Франчески сильной рукой, как следует приложилась головой обо что-то твердое и сейчас вынуждена была столкнуться с последствиями удара. Мало того, что с трудом удалось отмыть запекшуюся кровь, так еще огромная шишка мешала причесаться, да и вообще доставляла массу неприятных ощущений навязчивой пульсацией.

— Убрать? — раздалось над самым ухом, заставив девушку вскрикнуть от неожиданности и покрепче прижать к себе обмотанное вокруг влажного тела полотенце.

— Спасибо, не надо, — кое-как выдавила она из себя, лихорадочно отодвигаясь на самое дальнее расстояние, на проверку оказавшееся длиной в полшага.

— Тогда одевайся поживее, — напутствовал мужчина, развешивая у нее на плече простенькую, но довольно добротную кремовую рубашку с широким рукавом и классические голубые джинсы. О белье он, разумеется, и не подумал озаботиться, поэтому ей пришлось натягивать на себя уже имеющийся комплект.

Наскоро промокнув волосы полотенцем, она небрежно зачесала их ладонями в хвост и натянула предложенное одеяние, задним числом отмечая слишком резкий запах духов, исходящий от ткани. Тяжелый, приторно-сладкий, он больше подходил смуглой восточной женщине, нежели природной блондинке с фарфоровой кожей, но выбирать не приходилось.

Последний раз окинув свое зеркальное отражение сочувственным взглядом, Гилберт выскользнула за дверь и замерла в нерешительности. Дамона поблизости не было, что позволило слегка оглядеться по сторонам, вот только без видимых результатов. Судя по всему, они находились в каком-то заброшенном доме, проектировал который больной на всю голову крот-отшельник. Узкие коридоры, скудное освещение, грязные стены с неким подобием дверей (хотя в первую очередь они ассоциировались со входом в нору) и полное отсутствие окон, мебели или чего-то отдаленно похожего. Кажется, в прошлой комнате кроме кровати и демократичной тумбочки тоже не имелось никаких удобств, а обстановка ванны напоминала общественную уборную.

— На пятизвездочный отель у меня времени не хватило, — вяло прокомментировал мужской голос ее тщательные попытки "присмотреться". — Да и желания, если честно. Я ведь планировал издеваться над тобой, а не разговоры разговаривать.

"Спасибо за прямоту" — чуть было не съязвила девушка, однако вовремя прикусила болтливый язычок. Не в ее положении пользоваться колкостями. Она до сих пор помнила ту боль, которая разливалась по телу от соприкосновений его зубов с шеей, поэтому повторения откровенно побаивалась.

— Пойдем, что ли? — невежливо пихнул вампир ее в спину, заставляя идти вперед.

Путь до парковки прошел в полном молчании, которое отчетливо действовало девушке на нервы. Она вздрагивала от каждого громкого звука и успокоилась только на заднем сиденье автомобиля, когда получила возможность видеть вампира перед собой, а не чувствовать его присутствие неподалеку всеми клеточками тела.

Разговор у них отчаянно не вязался, что только добавляло Елене новых переживаний. На заданные вопросы она отвечала невпопад, надолго задумываясь над истинными причинами любопытства, о себе рассказывала неохотно и очень сухо, хотя усердно старалась смягчить неприкрытую грубость вымученной улыбкой.

К тому моменту, как мужчина припарковал машину у тротуара, а затем, бодро насвистывая, вылез наружу, ее щеки сравнялись по цвету с вареной свеклой и над губами искрились капельки пота. Паника принимала вселенские масштабы.

Разумеется, дверь ей никто открывать не спешил, поэтому девушка рискнула проявить некую инициативу и выбралась из душного салона, непрерывно обмахивая лицо трясущимися ладонями, дабы скрыть следы удушающего волнения. К ее видимому удивлению перед глазами расстилалась не до боли знакомая главная улица Феллс-Черча, а шумная автомагистраль, со всех сторон усеянная дивными магазинчиками, открытыми кафе и всевозможными ресторациями.

— Елена! — раздраженно окликнул ее Дамон, замерший у входа в ближайшую кофейню.

Она послушно повернулась на звук собственного имени, тяжело вздохнула, мысленно сетуя на несправедливость мира, и поплелась к дверям, украшенным незамысловатой вывеской "У Тетушки Энн". Выходит, он привез ее в другой город. Хорошая перспектива, ничего не скажешь.

Столик, выбранный вампиром, оказался в самом укромном уголке зала, набитого посетителями до отказа. Клетчатая скатерть в красно-белую клетку, симпатичные солонки и соусники в виде керамических собачек и кошечек, тканевые салфетки с улыбающимися пчелками — хозяева кафе очевидно ориентировались в основном на мамаш с маленькими детьми, создавая этот аляповатый интерьер. Стулья, кстати, оказались очень неудобными: слишком жесткие, с выгнутой под неправильным углом спинкой, на таком дольше пяти минут не просидишь, не говоря уж о неторопливом наслаждении едой. Однако парень чувствовал себя более чем комфортно, ловко справляясь с заказом сразу за двоих.

— Пить что-нибудь будете? — заботливо спросила чуть полноватая женщина, предпочитая делать вид, будто Гилберт здесь не существовало в принципе.

— Ты еще несовершеннолетняя, так? — с ухмылкой обратился он к девушке. — Тогда два апельсиновых сока и одно пирожное на ваш вкус, но чтобы понравилось НАМ.

Официантка заученно улыбнулась и пошла выполнять заказ, оставив Елену на "съедение" любопытному взгляду темно-карих глаз.

— Значит, на четверть вампир, — задумчиво буркнул юноша, придвигаясь ближе. — Забавно-забавно. И ты, насколько я знаю, способна стать полноценным вампиром, а потом обратно человеком…Может, и мне попробовать?

Он внимательно вглядывался в ее тонкие черты лица и пытался уловить хоть одну реакцию на свои слова, однако не заметил ничего, кроме все возрастающего удивления.

— Как ты меня назвал? — на мгновение забыла она о любых проявлениях страха, смело встречаясь с ним глазами.

— А ты разве еще не поняла, кем родилась? — изобразил он легкое недоверие, накрывая ее ладонь своей. — Чувствуешь? Она теплая, как и твоя. Я не вампир в обычном понимании этого слова, а ты не совсем человек. У меня есть клыки и я пью кровь, но при этом не похож ни на кого из ныне живущих бессмертных. Аналогичная ситуация и с тобой. Если перестанешь коситься на меня, вздрагивать от каждого шороха и ждать БА-А-АЛЬШОЙ подлянки, то я с удовольствием поделюсь ходом своих мыслей, и даже приведу доказательства. Идет?