Чтение онлайн

Шли дни, и поводов для шуток становилось все меньше. «Мы дрейфовали восемь дней, – вспоминал Мано. – Ни еды, ни воды». Ребята пытались ловить рыбу. В пустые кокосовые скорлупки собирали дождевую воду – ее делили поровну, каждый делал по глотку утром и вечером. В один из дней Сионе попытался вскипятить морскую воду на газовой горелке, но она опрокинулась, оставив на ноге мальчика большой ожог.

На восьмой день произошло чудо – на горизонте появилась земля. Вернее, островок – и не тропический райский уголок с пальмами и бесконечными пляжами, а выступающая над водой на триста метров огромная скала.

Сегодня Ата считается непригодным для жизни островом – несколько лет назад это подтвердил бывалый испанский путешественник. Сначала он решил, что Ата – отличное место, чтобы возить туда богатых туристов, которые любят нырять в поисках затонувших кораблей. Но сам он смог продержаться на острове всего девять дней. Когда его спросили, будет ли его компания осваивать Ату, он был категоричен: «Никогда. Этот остров чересчур суров» [85] .

Впрочем, у ребят сложилось другое мнение. «Когда мы высадились, – пишет в своих мемуарах капитан Уорнер, – то обнаружили небольшую коммуну, которую обустроили мальчики. Они разбили огород, выдолбили в бревнах углубления для сбора дождевой воды, оборудовали спортзал с импровизированными гирями, бадминтонную площадку, загон для кур и очаг, в котором всегда горел огонь, – и все это при помощи старого ножа, неимоверного труда и невероятного упорства» [86] .

Стивен, который впоследствии стал инженером, умудрился (после сотен попыток) добыть искру трением двух палочек. В вымышленном «Повелителе мух» подростки ссорились из-за огня, в реальности – больше года не давали ему погаснуть ни на секунду.

Мальчики разделились на группы по двое и разработали строгий график дежурства в саду, на кухне и в карауле. Порой они все же ссорились – но все размолвки решали обязательным тайм-аутом. Спорщики расходились по разным концам острова остудить пыл. «Спустя часа четыре, – вспоминал Мано, – мы приводили их обратно и просили извиниться друг перед другом. Так нам удалось остаться друзьями» [87] .

Каждый день начинался и заканчивался песнями и молитвами. Из деревяшки, половинки кокоса и шести кусков стальной проволоки, спасенных с потерпевшей крушение лодки, Коло смастерил гитару, игрой на которой развлекал друзей. Этот инструмент Питер взял себе на память и хранил все эти годы.

Музыка помогала им не унывать – а поводов для грусти было достаточно. Лето выдалось засушливым, и ребята изнывали от жажды. Они построили плот, но он развалился под первой же волной [88] . Потом на остров обрушился шторм, и на их хижину упало дерево.

А в один ужасный день Стивен поскользнулся, упал со скалы и сломал ногу. Мальчики спустились за ним и, подняв его наверх, зафиксировали ногу палками и листьями. «Не волнуйся, – шутил тогда Сионе, – мы будем за тебя работать, а ты – валяться и отдыхать, как будто ты король Тауфа’ахау Тупоу!» [89]

Мальчиков спасли в воскресенье 11 сентября 1966 года.

С точки зрения физического здоровья они были в прекрасной форме. Местный врач, доктор Посеси Фонуа, был крайне удивлен, обнаружив, как хорошо сросся перелом у Стивена и какую мускулатуру нарастили ребята за год.

Но на этом приключения друзей не кончились – когда они вернулись в Нукуалофу, там их поджидала полиция. Наверное, чтобы поприветствовать вернувшихся из небытия подростков, предположите вы. Но нет. Полицейские поднялись на судно Питера, арестовали мальчиков и отправили их в тюрьму – а все из-за мистера Таниэлы Ухилы, у которого они пятнадцать месяцев назад «позаимствовали» лодку. Рыбак все еще пребывал в ярости и выдвинул против них обвинение в краже.

К счастью, у Питера созрел план. Он рассудил, что эта история – идеальный сюжет для Голливуда. Шестеро детей на необитаемом острове – да люди годами будут об этом говорить! Будучи бухгалтером, Питер имел дело с оформлением авторских прав в компании своего отца и знал нужных людей из мира телевидения [90] .

Капитан принялся за дело. Сначала он позвонил одному из руководителей сиднейского телеканала Channel 7: «Вам будут принадлежать права на фильм в Австралии, а мне – во всем остальном мире. Нам нужно лишь вытащить детей из тюрьмы и отвезти обратно на остров для съемок». Затем Питер посетил мистера Ухилу, выплатил ему сто пятьдесят фунтов за старую лодку и добился освобождения ребят на условии, что они будут участвовать в съемках фильма.

Через несколько дней на стареньком DC-3, прилетавшем на Тонга раз в неделю, прибыла съемочная группа телеканала. «Вышли из самолета, – вспоминал, ухмыляясь, Питер, – три таких щеголя, в костюмчиках и остроносых ботинках…»

Когда они добрались до Аты, лица телевизионщиков были зеленого цвета. Мало того, они еще и плавать не умели. «Не переживайте, – успокаивал их Питер, – если что, ребята о вас позаботятся».

Капитан высадил журналистов прямо в воду. «Ну, милости прошу на остров».

Даже пятьдесят лет спустя это воспоминание вызывает у Питера слезы – на этот раз от смеха. «Значит, высадил я их за борт, и они тут же начали барахтаться в прибое, тонуть. Мальчишки за ними ныряли и вытаскивали их на берег, прямо на острые скалы».

Затем группе предстояло взобраться на вершину острова, что заняло весь остаток дня. В конце концов телевизионщики рухнули без сил. Неудивительно, что документальный фильм про Ату так никогда и не увидел свет – мало того, что операторская работа оставляла желать лучшего, так еще и большая часть 16-миллиметровой пленки попросту потерялась. От всего фильма остался лишь получасовой фрагмент. «Да и то десять минут там – сплошная реклама», – вздохнул Питер.

Разумеется, узнав о существовании фильма, я тут же захотел его увидеть. Но у Питера его не было, поэтому, вернувшись в Нидерланды, я обратился в агентство, специализирующееся на поиске и восстановлении старых видеозаписей. Но даже специалистам не удалось отыскать следов фильма.

Затем Питер снова связался со мной и передал контакты независимого режиссера Стива Боумена, который в 2006 году встречался с героями островной эпопеи. Стив горевал, что эта история так и не получила должного внимания. Его собственный документальный фильм в итоге не вышел на экраны из-за банкротства кинопрокатчика, но у него сохранились исходные видеоматериалы. Он любезно поделился ими со мной, а также познакомил меня с Сионе, самым старшим из тонганских робинзонов. Кроме того, Стив сообщил, что у него есть единственная оставшаяся копия оригинального 16-миллиметрового документального фильма.

– Можно мне его увидеть? – спросил я.

– Конечно! – ответил Стив.

Вот так я, спустя многие месяцы после того, как наткнулся в никому не известном блоге на рассказ о шестерых подростках на острове, оказался перед экраном ноутбука с записью фильма 1966 года. «Меня зовут Сионе Фатауа, – так начинается фильм. – В июне 1965 года я оказался на необитаемом острове с пятью своими одноклассниками».

Когда мальчики вернулись на Тонга, ликовал весь их родной остров Хаафева с населением в девятьсот человек. «Как только заканчивалась одна вечеринка в честь их возвращения, начинались приготовления к другой», – сообщал закадровый голос в фильме.