Чтение онлайн

— Да кто ты такая, чтоб требовать от меня этого?!

— Я, как и вы, леди, дитя Великой. Все мы равны перед ликом Матери, и каждый из нас вправе искать ее защиты и правосудия.

Лена услышала за спиной одобрительный гул.

— Так вы готовы леди? Или все же возьмете свои слова обратно?

— Ты, девка, будешь указывать леди?! Да ты знаешь что тебе за это будет?! Да мой отец тебя…

Что с Леной должен был сделать этот, суда по отпрыску, весьма недосточтимый лорд, она так и не узнала, потому что очень знакомый голос спросил:

— Что здесь происходит, леди Элинор?

— Здравствуй, жопа, Новый Год! — вспомнила Лена цитату из одной хорошей книжки. Но про себя, конечно, исключительно про себя.

— Лорд МакНуад! — девица торжествующе глянула на соперницу и вцепилась в руку внезапно возникшего на авансцене Бриана. — Эта девка меня оскорбила! Я прошу наказать ее! И вот эту. Она — воровка!

— Значит леди все же готова пройти в храм и повторить обвинение перед ликом Великой, поклявшись ее именем и опустив руки в священную чашу?

Лена могла быть очень методичной, очень настойчивой и повторять одно и тоже десять раз. Закон был на ее стороне. А вот вмешательство Бриана совсем не радовало. К тому же он сделал вид, что не знает Лену.

— А вы готовы так подтвердить невиновность подруги?

— Разумеется, лорд, я первой принесла клятву и готова подтвердить ее.

Бриан оценил обстановку. Толпа явно была не на стороне этой дурехи Элинор. Хватит ли у Лены духу довести начатую игру до конца и действительно опустить руки в храмовую чашу, где горел священный огонь? Она держалась ровно, высоко подняв голову, только суженые глаза и глубокое, медленное дыхание выдавали сдерживаемую ярость. У этой точно хватит. Знает ведь, даже если Великая не даст защиты от огня, Искра быстро излечит ожоги, что будет расценено, как признак божественного подтверждения правоты Лены.

— В чем вы обвиняете девушку, леди Элинор?

— Вы меня допрашиваете?!

— Отвечайте, леди Элинор. Я хотел бы разобраться с этим вопросом как можно скорее.

Лена опешила. Бриан ей подыгрывает? С одной стороны выбор у него невелик, а с другой эта внезапная помощь была слишком уже внезапной. А вот бедняжка Элинор от сурового тона и взгляда магистра совсем сникла.

— Лорд МакНуад, — женщина постарше наконец-то подала голос.

— Вынужден просить вас не вмешиваться, леди Дрисколл. Или вам стоило сделать это раньше. Я жду ответ, леди Элинор.

— Хорошо! Эта, — указала пальчиком на Сольвейг, — была моей служанкой. Однажды она ушла и не вернулась, а я заметила пропажу драгоценностей.

— Кто-то видел, как она украла драгоценности?

— Нет! Но я знаю, это она! Больше некому.

— А вы утверждаете, ваша подруга невиновна? — Бриан обратился к Лене.

— Да, лорд, клянусь в этом и готова повторить клятву.

— А почему она сама себя не защищает?

— Сольвейг еще не оправилась после болезни, лорд, и очень слаба. Я — ее защитник.

— И что вы просите?

— Чтобы леди подтвердила свои слова клятвой перед ликом Матери или взяла их обратно.

— Утверждаете, что леди лжет?

— Ни в коем случае, лорд. Леди ошибается. Великая с пониманием относится к ошибкам своих детей.

Бриан посмотрел на уверенно державшуюся Лену. На испуганную Сольвейг, прижимавшуюся к подруге. На Элинор, все еще надеявшуюся, что лорд встанет на ее сторону, и на леди Дрисколл, уже готовившуюся к непростому разговору с супругом. Обвел глазами толпу, напряженно ожидающую его решения. Отыграться на отпрыске Дрисколла, стать благородным героем в глазах Лены и лишний раз доказать горожанам, что лорды королевства превыше всего чтят закон. Прямо три в одном.

— Возьмите свои слова обратно, леди Элинор.

— Что?!

— Возьмите свои слова обратно, леди. Или вы все же готовы пойти в храм?

Элинор почти плакала от обиды, кусала губы, переводила взгляд то на Бриана, то на мать и наконец пробормотала.

— Я беру свои слова обратно, — и развернулась было идти, но была остановлена спокойным.

— Простите, леди, но вынуждена просить сказать это так же громко, как обвинения.

— Да как ты!

— Леди Элинор.

Тон Бриана был холоден. Магистр уже начал уставать от этого представления.

— Я беру свои слова обратно! Довольна?! — злые слезы текли по прекрасному личику.

— Благодарю, леди, — холодный наклон головы. — Лорд, моей подруге нужен отдых. Прошу разрешить нам удалиться.

— Идите.

— Благодарю за мудрость и доброту, лорд.

Лена поклонилась, взяла под руку Сольвейг, и направилась в сторону дома.

— Стой!

— Да, леди?

— Как тебя зовут?

— Элена, леди.

— Кто отвечает за тебя перед законом?

— Я, леди. Но если хотите подать жалобу, обратитесь к магистру Ринвальду. Он — мой брат. А сейчас прошу меня извинить.

Их провожало молчание, несколько десятков удивленных взглядов и один взгляд задумчивый.

— Лена?

— Да?

— Лена, я…

— Сольвейг, я знаю, что ты этого не делала. Дай мне, пожалуйста, несколько минут, прийти в себя. А то сначала разозлилась на эту визгливую куклу, потом испугалась, когда появился лорд.

Девушки сидели на кухне. У Сольвейг в руках была чашка с отваром, у Лены — с вином. Домой они практически бежали. И сейчас Лена наслаждалась всеми прелестями своего традиционного постстрессового отката: переживала отложенные ярость, злость и страх.

— Ты испугалась?

— Очень.

— Но ты была такой спокойной.

— Понимаешь, я когда чувствую опасность, особенно если рядом кого-то нужно защитить, всегда такая становлюсь. Будто выключаю все эмоции, которые помешают решить проблему. Вот только потом эмоции возвращаются, и нужно каждую пережить. Не волнуйся. Не в первый раз такое. Скоро успокоюсь. Как ты себя чувствуешь?

— Уже лучше. Не могу поверить, что госпожа отказалась от обвинений. При всех. Она же такая гордая.

— Она просто избалованная дура. И больше тебе не госпожа. Ты у нас скоро мастером будешь. Вот, представь, приедет к тебе Элинор за платьем, а ты ей откажешь.

— Разве я могу?

— Сольвейг, ты будешь хозяйкой и сможешь отказать любому, кто тебе не понравится. Правда, всем отказывать нельзя, а то мы денег не заработаем, — улыбнулась Лена, — но леди Элинор готова внести в список первым номером.

— Она вовсе не злая.

— Возможно. Просто не умеет себя вести. Это простительно ребенку и совсем непозволительно для леди.