Чтение онлайн

Архмастер Гелен зашелся кашлем.

— Хорошо. Хорошо, учитель, — поспешно сказал молодой маг. — Я, Ринвальд, клянусь, что уничтожу Искру Жизни. Вы только не волнуйтесь так. Вам отдохнуть надо. Давайте я отвар сделаю?

— Не надо, мой мальчик, — устало покачал головой архмастер, — лучше слушай меня внимательно.

Гелен рассказывал долго, периодически переходя на шепот, когда голос от напряжения отказывался слушаться, иногда срываясь в кашель. Он говорил о том, что читал, слышал и, самое важное, видел во время визита в лабораторию и поединка с Искрой. Ринвальд слушал очень внимательно, все еще отказываясь верить, что они говорят не о легендах, а о реально существующем артефакте. И этот артефакт, пожертвовав человеческими жизнями, создал человек, которого Ринвальд считал своим другом.

То, что в его отсутствие в лаборатории кто-то был, Бриан понял сразу. Уходя нарушитель даже не пытался скрыть следы. И было странно. Обойти охранную систему придворного мага могли немногие и уж они то наверняка озаботились бы уборкой.

— И кто же у нас такой дерзкий, — зло спросил магистр, разворачивая свое плетение. — Гелен, старая ты сова! Вычислил, значит.

Не мешкая Бриан направился к столу, на котором уходя оставил Искру. Артефакт был на месте. Жизнь, заключенная в хрустальный шар, пела, манила обещанием силы. Бриан поморщился. Восторг первых дней сошел не нет. Сейчас при мысли о содеянном во рту появлялась знакомая горечь, а кисти привычно сжимались в кулаки.

Нет, ему было не жаль обитателей Дунотара, их судьба была предрешена в тот миг, когда старый тан бросил вызов королю. Его пугала знакомая пустота вновь просыпающаяся в душе. А ведь он так надеялся, что после создания Искры она наконец-то исчезнет.

— Глупый мальчишка! Бестолковый ни на что не годный сопляк! — отозвалась пустота знакомым голосом.

Бриан зарычал от бессильной ярости. Последние дни он едва удерживался на краю. Даже его величество, заметив несвойственную придворному магу нервозность, настоятельно посоветовал Бриану развеяться.

— Отдохните, дорогой магистр, — поправляя перчатку бросил тогда Белгор, — похоже, магические изыскания порядком утомили вас. В Саварре сейчас чудесная погода, уверен, тамошний морской воздух вернет вам привычное спокойствие духа.

Едва сдерживая накатившее раздражение, Бриан поблагодарил короля за заботу и отбыл в тот же день. Такими рекомендациями не пренебрегают. Он пил несколько дней, благодаря каждый следующий бокал за благословенное забытье. Ни снов, ни воспоминаний, ни боли. К несчастью, долго в этом состоянии оставаться не удавалось.

Сколько он себя помнил, пустота поглощала все. Перемалывала похвалы учителей, завистливое восхищение коллег, восторги дам и королевскую милость, оставляя только горечь. Заглушить ее голос удавалось ненадолго вину и иногда искреннему восторгу Ринвальда.

Мысль о друге отозвалась досадой. Старик наверняка расскажет ему об Искре. И они, конечно же, постараются восстановить справедливость. Герои, Балор забери их обоих. Но артефакт нужно спрятать, причем спрятать так, чтобы он был на виду и в то же время недоступен. Бриан почувствовал, как ноющая боль сменяется злым азартом предстоящей схватки. В конце-концов, что может утолить самолюбие мага вернее, чем победа над сильным его противником. Он неоднократно вызывал Ринвальда на поединок, но тот упорно отказывался.

— Да ты меня одной левой сделаешь, Бриан!

И широкая искренняя улыбка. Он всегда хвалил его работы, восторгался умением Бриана держать себя и по-детски завидовал его успеху у дам. Издевался! Ринвальд всегда над ним издевался. Прикрывал дружбой свое превосходство и презрение. Но только не на этот раз.

— На этот раз, дружище, ты непременно примешь бой, — зло выкрикнул Бриан в тишину лаборатории, — я просто не оставлю тебе выбора. И буду наслаждаться каждой минутой.

Победа над Ринвальдом наверняка заставит пустоту замолчать. Но нужно спешить, противник силен, и тем слаще будет победа. Память услужливо подбросила магистру имя.

— О, это будет прекрасная схватка, мой дорогой друг, — сейчас Бриан чувствовал себя почти счастливым.

Ринвальд спал урывками. Он почти не отходил от постели учителя, а ахрмастеру Гелену становилось все хуже. Силы покидали его, словно какое-то невидимое чудовище вытягивало жизнь старого мага. Лучшие целители разводили руками и говорили что-то о возрасте, магическом истощении и необходимости просто подождать, пока организм сам восстановится. Или пока Темная Жница возьмет свое.

Последние дни Гелен почти все время пребывал в забытьи, его жизнь поддерживали маги и целители, дежурившие по очереди. Даже его величество высказал озабоченность здоровьем архмастера. Бриан же не навестил больного ни разу. Сразу после возвращения из Саварры он куда-то пропал, сославшись на важный эксперимент. А потом так же внезапно появился, стремительно войдя в комнату и бросив опешившему Ринвальду.

— Как он?

— Т-ты?! — Ринвальд сжал кулаки и с ненавистью посмотрел на бывшего лучшего друга.

— Я, дружище, и я буду признателен, если перестанешь таращиться на меня и все же ответишь на вопрос. Что с учителем?

— Да как ты смеешь называть его учителем после всего, что ты сделал? — в голосе звенела ярость и какая-то детская обида, — это ведь после визита к тебе он заболел. Это твое творение его убивает!

— Вот оно что, — Бриан, задумавшись, прижал палец к губам, — тем лучше.

— Да что ты несешь, Балор тебя забери, — Ринвальд был готов сорваться на крик.

— Спокойно, дружище, — усмехнулся, — кажется, я знаю, что может помочь нашему дорогому учителю. Но, как ты сам понимаешь, хотел бы обсудить это в более приватной обстановке. Я бы не хотел, чтобы ты оставлял его сейчас, но…, - Бриан развел руками.

— Я попрошу сменить меня и приду к тебе в лабораторию.

— Буду ждать, — спокойно ответил Бриан. — Я осмотрю его.

Гелен был похож на восковую куклу. Только легкое движение одеяла и подрагивание опущенных век давали понять, что архмастер еще жив. Бриан прикоснулся к холодному запястью, сердце билось слишком медленно. Видимых повреждений не было, но вне всяких сомнений старый маг умирал. Бриан отдал ему толику своей магической энергии и наблюдал, как она мгновенно растворяется, превращаясь в ничто. Он стиснул зубы и нахмурился. Внутри созревало что-то странное, что-то, чему он не мог дать название. Стремясь избавиться от этого назойливого ощущения, Бриан наклонился и тихо прошептал.

— Я не хотел, чтобы так получилось, учитель.

И встретился глазами с полным сочувствия и понимания взглядом. Гелен попытался что-то сказать, но сил хватило только на сдавленный хрип. Подлетевший к кровати Ринвальд резко оттолкнул Бриана и погрузил больного в сон.

— Уходи, — не поворачиваясь сказал он. — Я приду к тебе, как только передам его целителям.

— Позволь мне…

— Нет! Уходи!

Когда Бриан вышел из комнаты, Ринвальд прошептал.

— Я найду способ спасти вас. Или заставлю Бриана это сделать. Только, пожалуйста, дайте мне время.

Как бы странно это ни звучало, придворный маг не находил себе места от беспокойства. Он был готов признать, что за эти дни проделал неплохую работу: нашел идеальное хранилище для Искры и даже поместил в него своенравный артефакт. Процедуру пришлось разрабатывать с нуля и, в какой-то момент Бриану казалось, что сосуд не выдержит, но ему повезло. И теперь, когда, казалось, приближался миг триумфа, что-то заставляло мага нетерпеливо кружить по лаборатории. Тогда в комнате учителя он не лгал. Он действительно не думал, что старый дурак попытается уничтожить артефакт. Да кому в голову могло прийти такое? Гелен всегда был ненормальным. Бриан часто замечал, как учитель смотрит на него с выражением, которого никак невозможно было прочитать. Он не понимал ни участия старого мага, ни его попыток поговорить по душам. Не понимал, почему всегда при упоминании об отце Бриана, Гелен едва заметно морщился, словно потревожив больной зуб.