Чтение онлайн

Наконец открыв дверь, я вошел и внимательно прислушался к звукам в комнате. Вокруг стояла гробовая тишина. Когда обогнул кровать и направился в ванную, я нашел Элени едва ли не при смерти. Красивые голубые глаза оказались закрыты, щеки впали, а руки безжизненно повисли на веревках, которые я использовал, чтобы уберечь ее от негативных последствий. Я медленно приближался к ней сзади, и только резиновая подошва обуви скрипела по черному кафельному полу. Бросив взгляд вниз, я увидел отражение незнакомого человека, того, которого не узнавал многие годы. Слегка толкнул носком ботинка девушку в поясницу. Она застонала, не имея сил пошевелиться. Ее пальцы дернулись, а изо рта в унитаз медленно закапала слюна.

— Вставай, Элени!

Пнув снова, я рассмеялся над ее попыткой защититься от меня рукой. Она, теряя равновесие над унитазом, окуналась головой в воду со рвотной массой. На секунду очнувшись, девушка уберегла себя от потенциальной позорнейшей смерти — утопления в туалете.

— Какого черта?!

Она откинулась назад, и вода закапала с ее волос на лицо, вниз по губам и по подбородку.

Я ухмыльнулся, наблюдая за плачевным состоянием сидящего на полу напротив меня человека.

— Выглядишь жалко. Ты в курсе? — проговорил я и кончиком языка облизнул колечко в нижней губе.

Она подняла на меня затуманенный взгляд и, казалось, ее шея не может удержать голову. Собравшись, наконец, с силами, девушка прищурилась и гневно поджала губы.

— Я бы выглядела гораздо привлекательнее, если бы не была привязана к этому гребаному унитазу. Слышишь, придурок? — Она засмеялась. — Черт побери, я бы намного лучше выглядела, если бы ты кинул в мою сторону бутылку ликера.

И снова ее голова оказалась внутри унитаза, так как тело изогнулось в попытке извергнуть наружу содержимое желудка. Пока ее рвало, девушка плакала, не смея поднять на меня взгляд. Я ощущал исходящие от нее волны ненависти, догадываясь, что во всей этой ситуации она винит только меня.

— Элени, я не пытаюсь причинить тебе вред. Как бы там ни было, я стараюсь тебе помочь.

Она снова расхохоталась и звуки, лопаясь подобно пузырям, застревали у нее в горле.

— А кто, черт возьми, тебя просил о помощи, а?

Она смотрела на меня снизу вверх, метая молнии голубыми глазами. Во взгляде мелькала неистовая ярость. Только вот плевать я хотел на ее злость, меня вид Элени даже немного забавлял.

— И что бы подумала твоя мать, если бы увидела тебя такой? Может сфотографировать и отправить ей фото? Бьюсь об заклад, это вызовет ее гордость, — произнес я, чтобы подразнить девушку, прекрасно зная, что ее матери давно нет в живых.

Ненависть, исказившая тонкие черты лица, вылилась в настолько ядовитый взгляд, что не осталось сомнений: не будь она привязанной, тот час бы швырнула в меня самый тяжелый предмет, который нашла бы в небольшой комнате.

— Да пошел ты, сукин сын! Какого хрена ты вообще можешь знать о моей матери, обо мне и о моей жизни? Дай убраться отсюда или убей меня, черт возьми. Мне все равно, что ты со мной сотворишь! Но ради бога закрой свой долбаный рот! Я не хочу слышать твое мнение, или что ты собираешься делать, или почему держишь меня здесь! Мне глубоко насрать на тебя, на безумные причины моего похищения и на то, что ты держишь меня тут гребаной пленницей! Просто сделай одолжение и заткни свой поганый рот!

Дернув изо всех сил веревки, она закричала не своим голосом, когда те впились в кожу. Тут же девушка снова нагнулась и ее стошнило. Она дико дрожала, с кожи и волос струился пот. В перерывах между спазмами она рыдала, и слезы, омывая лицо, текли вниз по подбородку и капали прямо в рвотную массу. Я рассмеялся.

Контролируя голос с целью не выдать того, что ее выходка повергла меня в шок, я заметил:

— Сейчас я собираюсь тебя освободить. Как обычно ты выглядишь как дерьмо и, возможно, воняешь так же. Элени, тебе должно быть стыдно. Перепачкала себя как ребенок. Ты явно не задумывалась о том, что любая женщина, знающая себе цену, имеющая чувство собственного достоинства не позволила бы себе попасть в такую ситуацию, в которой ты сейчас находишься.

Она взглянула на меня и открыла рот в попытке что-то сказать. Однако я поднял палец вверх, давая знак помолчать. Она ошарашенно застыла и, прикусив язык, внимательно посмотрела на меня, готовая слушать.

— Указания очень просты, Элени. Мне не нужны твои комментарии или мнение по этому поводу. Ты угробила свою жизнь. Ты ничтожна. И я тот человек, который не только покажет тебе, как ты мало ценила что имела, но и вылечит тебя от болезни.

Я подошел и склонился над ней, заметив, как девушка со страхом пятится прочь. Поднял руку, и она снова отпрянула. Осторожно приблизившись, я провел пальцами по ее лицу и дотронулся до пухлых губ. Она продолжала плакать, и слезинки сверкали в ее глазах, словно расколотые сапфиры.

Убрав руку, я быстро достал из кармана нож. Стоило взмахнуть им, и Элени съежилась еще сильнее.

— Нет... пожалуйста, не...

— Шшшшш...— Хитрая усмешка скользнула по моему лицу, и я снова коснулся пальцем ее дрожащих губ. — Я не буду тебя убивать... по крайней мере не сейчас.

Я быстро отвернулся от девушки и перерезал веревку. Затем ни слова не говоря, покинул ванную, чтобы подготовить для нее одежду. Наконец сделав выбор, я тихо вышел из спальни, оставляя дверь открытой.

Всего этого оказалось более чем достаточно. Дальнейшие ее действия должны были показать, в каком ключе пройдет остаток вечера.

Глава 15

Элени

Какие бы шаги я не предприняла в ближайшем будущем, они серьезно скажутся на моем положении. Я размышляла о том, смогу ли поступить согласно его пожеланиям или останусь пленницей до тех пор, пока он не последует моему совету и не убьет меня.

Решившись научиться ценить свою жизнь, долго раздумывала, что же предпочесть: играть роль Хорошей Девочки или подтолкнуть похитителя к быстрому избавлению от меня. И пусть я выбирала между жизнью и смертью, но один странный голос все же шептал, что стоит последовать совету мужчины. И вовсе не ради собственной безопасности и не из-за того, что это гениальная идея. Просто я сама этого желала. Но хотела ли я на самом деле подчиниться его требованиям, какими бы они не были? Я понимала, что он находится в другой части дома, но не слышала его шагов. С тех пор как он покинул комнату, я внимательно прислушивалась к скрипу полов, потому что делать, черт подери, было больше нечего. В голове я уже составила схему расположения помещений в доме. Здесь явно имелись гостиная, другие спальни, комнаты для других пленников, кухня и даже ванная где-то на хозяйской половине.

Покуда я занималась самокопанием, тело функционировало на автомате. Меня постоянно преследовали навязчивые мысли, а гребаные голоса не желали замолкать. «Заткнитесь!» — кричала я про себя, пока на спину лилась горячая вода. И пусть я испытывала боль, но она была приятной. Я заслужила это. С тех пор как меня лишили возможности травиться с помощью виски, заменой этому наказанию стали болезненные ощущения от горячей воды. Я желала насильно изменить молочный цвет своей кожи, заставляя ее краснеть. Надеялась, что это действие поможет мне держать себя в руках. Я беспрекословно выполнила все просьбы своего похитителя. Помылась и привела себя в порядок, словно готовилась выйти в свет, но, конечно же, покинуть стены этой тюрьмы мне не позволили. Разумеется я не призналась, насколько приятно чувствовать себя чистой после того как лицо несколько раз окуналось в рвотные массы. Я понимала, что представляю собой ничтожный кусок дерьма и что сама создала этот бардак, называемый жизнью. И, естественно, не винила своего похитителя в том, какой он меня видит, потому что и сама себя видела такой же. Я всегда была отвратительной с точки зрения человеческих взаимоотношений. К тому же не отдавала себе отчета, что нежелание меняться в лучшую сторону оправдывала своим дерьмовым детством. Человек может многое в своей жизни отвергать, пока не начинает становиться тем, кем и решил быть. Каждая ложь, которой кормили меня родители, превратилась для меня в суровую реальность. И в результате я стала такой, какая есть.