Чтение онлайн

— Как скажете, дорогие мои, понравился вам штурм? — с ходу начал Джанфранко Фальконе.

Ответом ему были многоголосые одобрительные возгласы.

— Может быть, надо было еще из пушек пострелять? Алессандро, кто там две пушки приволок? Одну поставить на башню, другую снаружи, бахнули бы какой-нибудь репой.

Здесь мнения разделились. Кто-то, не переставая жевать, согласился, многие гневно высказались против.

— Лучше свеклой, — ответил Альфиери, — сразу бы было и убитых видно.

— По детям из пушек! Да где это видано! — возразила какая-то полная дама из-за французского стола.

— Да у этих детей уже свои дети есть, — ответил ей герцог Урбино.

— Дети! — фыркнул хозяин, — тут по кому-то из них тараном попало, и то не убило.

— Это по мне, — сказал Макс, — я маршалом был.

— Ну-ка, встаньте, мессир! — оживился граф, — какой Вы большой! У Вас весь род такой или просто в детстве хорошо кушали? Есть тут для сравнения кто-нибудь еще из де Круа?

С другой стороны стола поднялся один гость среднерыцарского телосложения, совершенно не похожий на Макса.

— Шарль-Луи де Круа к Вашим услугам.

Джанфранко не успел прокомментировать очевидные отличия, как Шарль-Луи его опередил.

— Сей самозванец не является моим родственником. Он всего лишь женат на не выдержавшей траур вдове моего дяди.

Макс пригляделся и шепнул Шарлотте:

— Это тот самый рыцарь, который заслужил пощечину.

Шарлотта сразу же использовала эту информацию.

— Это не Вы ли сказали вчера, что назвать прекраснейшей нашу хозяйку можно только из вежливости?

Почтенное собрание отвлеклось от тарелок и кубков и осмотрело Шарля-Луи. Слышали про этот инцидент почти все, но никто не знал имени второго участника.

— Фи, как некуртуазно! — вырвалось у какой-то дамы.

Шарль-Луи смутился и сделал куртуазный поступок.

— Я считаю, что прекраснейшая дама на белом свете — мадемуазель Розалинда де Бонневиль!

— А Вы, надо понимать, так не считаете? — ехидно спросил Джанфранко у Макса, — что же Вы не бросили ему перчатку?

— Сначала он не представился, а потом я не успел, — простодушно ответил Макс.

— Он выбросил того рыцаря в окно, — шепнула мужу Аурелла Фальконе.

— Ха! Забавно! В окно! — рассмеялся Джанфранко, — Вы слышали, он не успел вызвать рыцаря на поединок, потому что сам же выбросил его в окно!

Примерно половина гостей посчитали шутку действительно смешной, остальные ограничились протокольными улыбками.

— И все из-за моей старушки! — не унимался Джанфранко.

Аурелла прикусила губу. Тяжело быть благородной дамой. Жена какого-нибудь торговца или ремесленника за 'старушку' могла бы прилюдно разбить об мужа две-три тарелки с едой и никто бы ей слова не сказал.

— Да, не видели вы ее в лучшие годы… Было время… Я встретил ее в церкви и влюбился. Такая чистая, юная, стройненькая. Не прошло и неделю, как я ее… хм… в общем, она стала моей.

Аурелла молча поднялась и вышла из зала. Муж проводил ее взглядом и продолжил рассказ.

— Ее отец был очень недоволен. Хотел мне эти оторвать, которые внизу болтаются… ноги. И руки! — граф демонстративно бросил взгляд на епископа.

Епископ поморщился, но промолчал. Граф продолжил, как ни в чем не бывало.

— Но он, как говорится, не успел, ха-ха. Пока он собирал своих родственников, я выкрал Ауреллу из запертой комнаты и увез к Алессандро.

Альфиери поднял голову от тарелки, давая понять, что речь идет о нем.

— Мы с Алессандро друзья с ранних лет. Мы все делали вместе: и пили, и сражались, и болели, и выздоравливали. В осаде делили на двоих последнюю собаку. Вы не пробовали собаку? И не пробуйте. Нам даже дамы нравились одни и те же. Между нами всего-то и разницы, что у меня есть свой город, а у него пока нет.

Альфиери скривился, но промолчал.

— Да, о чем это я? — продолжил Джанфранко, — Его тогда рядом не было. Представляете, приезжаю к ним в гости со своей красавицей, а моего Алессандро куда-то черти унесли. Он вернулся на следующий день, а в первый же вечер нас уже обвенчал вот этот скромный деревенский священник, — граф указал полуобглоданной костью на епископа.

Епископ снова поморщился. Ему не нравилась эта история.

— Она не сразу согласилась, но ее не очень-то и спрашивали. А когда приехал ее отец и с ним банда в полсотни человек, они попали как раз на свадьбу. Он для приличия повозмущался, но деваться уже было некуда. Зато на приданом хорошо сэкономил.

Граф сделал большой глоток вина, обвел взглядом гостей и остановился на зяте.

— Вот был бы малыш Никки посмелее, похитил бы мою Виолетточку и обвенчался с ней где-нибудь в деревне. И молодым была бы романтика, и мне была бы большая экономия.

Зять графа на первый взгляд выглядел студентом-юристом. Большинство гостей турнира считали, что он носит маскарадный костюм студента, подобно тому, как один испанец оделся на открытии сарацином, какой-то немец мясником, а один из хозяев турнира епископом. Меньшая часть гостей знала, что Никколо действительно был студентом, а епископ действительно был епископом.

Никколо был в семье белой вороной. Он никогда не проявлял желания командовать армиями и вообще участвовать в войнах. Даже турнир он посетил без особого желания, только потому, что положение обязывало.

Никколо промолчал. Но за него заступились.

— Не надо тут про Никколо! — крикнул с места какой-то молодой рыцарь.

Все повернулись к нему, и он рассказал интересную историю.

— В прошлом году отец собрался свести счеты с одним старым врагом нашей семьи. Он взял с собой двух друзей и меня. Я пригласил Никколо. Мы впятером напали на них во время их семейного праздника. Вырезали полтора десятка человек, не считая слуг. Отец был очень доволен. Когда вернулись, мы все не могли уснуть, пока не напились в доску. Кроме Никколо. Он как лег, так и заснул. Весь следующий день мы с отцом простояли в церкви. А Никколо пошел в университет. Представляете? Так вот просто выспался, проснулся и пошел учиться, как ни в чем не бывало!

Никколо смутился и опустил глаза. Сеньор Джанфранко удовлетворенно улыбнулся. Приятно узнать, что зять не слабак.

— За тебя, родственник! — поднял тост Джанфранко.

Никколо встал и куртуазно раскланялся.

— Смотри-ка, — продолжил граф, — с виду и мухи не обидит, а оказывается, он парень не промах. Ты, Никки, не скромничай, у нас это не принято.

Джанфранко сделал большой глоток и закашлялся. К нему тут же подбежали непонятно откуда взявшиеся трое врачей. Музыка умолкла. Один из докторов поднес графу маленький стаканчик с лекарством. Джанфранко скривился, но выпил, не вступая в спор. Премьер-бютилье заменил кубок, из которого пил граф, и предложил на выбор три марки вина. Посовещавшись, доктора выбрали марку для графа, премьер-бютилье наполнил новый кубок. Все это время гости сидели молча, настороженно глядя на хозяина.