Чтение онлайн

Я не должен был.

Моя работа заключалась в том, чтобы доставить его в отделение, устроить его как конфиденциального осведомителя, пообещать обеспечить защиту, которая, как я знал, не будет дана его девушке, и позволить начальству делать более серьезные звонки.

Я был просто ворчуном.

Но я посмотрел в глаза Рэту Марсдену и увидел душу, которую я мог бы уважать намного больше, черт возьми, чем я уважал раздатчиков бумаг, на которых я работал, отца, который научил меня, что полиция была элементарно, вечно права, и я сделал еще одно из ряд вон решение в моей жизни, которое не было хорошим с моральной точки зрения, которое подтолкнуло меня к другому виду братства, чем то, что было с людьми в синем.

Я взял протянутую руку Рэта в свою и хлопнул его по спине.

Я оставила травку у входной двери дома Кинга и Кресс, прежде чем потащилась обратно в Энтранс, превысив скорость на пятьдесят километров, так что я опередила братьев на пути обратно в клуб. Я сказала Фарре и Жнецу, что собираюсь вздремнуть у Рэта в комнате, пока буду ждать, когда он вернется с задания, но я вылезла через окно, прыгнула на крышу гаража, а после на мягкую траву за ним. Моя машина все еще была припаркована на видном месте во дворе, так что хорошо, что я научилась угонять машины, когда мне было двенадцать, а Кингу было лень учить меня. Новые автомобили были проблемой из-за систем сигнализации и автоматических кнопок запуска, но я нашла красивую старую модель Астон Мартин DB5, просто стоящую на подъездной дорожке в нескольких кварталах, что сделало свое дело.

Я припарковала его на том же месте, где нашла, а затем не смогла устоять перед тем, чтобы не использовать розовую помаду, которую я нашла на пассажирском сиденье, чтобы приложить поцелуй к боковому окну и написать небольшое «ХОХО, спасибо за поездку» под ним.

Я только что влезла обратно через окно и переоделась в одну из футболок Рэта, потому что моя была вся в грязи, и это в любом случае лучше подтвердит мою историю, когда я услышала грохот мотоциклов, катящихся по подъездной дорожке.

Тем не менее, я осталась наверху.

Только когда снаружи раздалось второе, более тихое рычание, я поняла, что Дэннер и Рэт вернулись, и осознала опасность проникновения Дэннера внутрь.

Фарра все еще был там, и она знала его. Конечно, она была под кайфом, но Дэннер был не из тех мужчин, которых женщина могла забыть.

Я спрыгнула с кровати и помчалась вниз по лестнице. К счастью, Рэт и Дэннер как раз поднимались по ступенькам, когда я вылетела через дверь и напоролась на Рэта.

Инстинктивно он поймал меня, и мои ноги обвились вокруг его талии, хотя он был слишком велик, чтобы я могла полностью обхватить их, а у меня были длинные ноги.

Я опустила лицо к его плечу, чтобы любой из зрителей подумал, что я нежно обнимаю своего мужчину. Предупреждать его в присутствии Рэта было глупо, но я решила, что знаю достаточно о его секретах, чтобы шантажировать его.

— Фарра внутри, — прошептала я Дэннеру, который тут же устремил на меня яростный взгляд.

Я догадалась, что меня не простили за участие в засаде.

— Ты не можешь войти. Фарра внутри, — повторила я.

Ярость потускнела, а затем снова вспыхнула, напомнив мне, что он ненавидит мою мать даже больше, чем я.

— Мне нужно, чтобы ты отвел мою женщину домой, — громко сказал Рэт Дэннеру, — Завтра у нее занятия, и я скоро буду на допросе. Ты понял?

— Да, брат, — легко согласился Дэннер, а затем посмотрел через мое плечо, — Тебя это устраивает, През?

— Конечно, мама девчонки хотела бы провести с ней больше времени. Почему бы тебе не оставить ее здесь, пока мы не закончим наши дела? Это не займет много времени.

Он будто задал вопрос, но мы знали, что у нас не было выбора.

Мое сердце колотилось в груди, перегруженное волнением, которое я испытала за этот день.

— Она устала, През, — снова попытался Дэннер.

Это был неверный шаг.

Гнев Жнеца пронзил воздух. — Плевать мне хотелось, не так ли, мальчик? А теперь тащите сюда свои задницы, а Харли-Роуз пойдет к своей матери.

Мы послушно поплелись внутрь, Рэт отпустил меня, чтобы они могли последовать за Жнецом в «часовню» — комнату в каждом байкерском клубе, предназначенную только для доверенных членов клуба, где они проводили свои собрания.

Я поднялась по лестнице, чтобы найти Фарру.

Она была в спальне Жнеца, главной спальне в задней части дома, которая была покрыта плакатами с байкерскими девушками и усеяна грязной одеждой.

Моя мать сидела посреди кровати в черных сетчатых колготках и нижнем белье.

— Господи, ты серьезно просто так здесь сидишь? — спросила я, прикрывая глаза от увиденного.

Она засмеялась. — Совет, Харли, вот как нужно удерживать мужчину.

— Мне не нужна твоя помощь с этим. Можешь, пожалуйста, прикрыться?

Она вздохнула, но я услышала шорох, когда она встала с кровати. — Да, я слышала, что ты четыре года удерживала мужчину. Впечатляет, но я подумала, а если бы ты не позволила ему избить себя? Ты так и не научилась ничему, чему я пыталась тебя научить.

Когда я была маленькой, а моя мать была агрессивной или пьяной и жестокой, я придумала игру, чтобы отвлечься. Я попыталась придумать положительное воспоминание и сопоставить его с песней.

Я подумала о том утре, когда проснулась в постели Дэннера, о его пальцах, привязывающих меня к шкафу, о его губах на моей киске, о его члене внутри меня после стольких лет желания.

Я остановилась на песне одного из любимых исполнителей Крессиды, Can’t Help Falling in Love Элвиса.

Песня начала тихо играть в моей голове, пока Фарра, наконец, накинула на себя черный шелковый халат и продолжила свою тираду.

— Тебе не следовало покидать меня, красавица, я бы научила тебя быть женщиной. Вместо этого ты стала таким грубым, байкерским отродьем, — она махнула рукой, браслеты зазвенели, и я подумала о том, как мне хотелось сорвать эти дешевые браслеты и задушить ее ими.

— О, я усвоила уроки, которые ты преподала мне, Фарра, — сказала я сквозь стиснутые зубы, — Я усвоила один о том, как не принимать наркотики, которому ты научила меня, когда к тому времени, как мне исполнилось десять, у тебя уже было три передозировки. Я усвоила один о том, чтобы быть осторожной и не прогнать хорошего человека, лучшего человека, изменяя во всех смыслах этого слова. И самое главное, я усвоила, что только потому, что ты думаешь, что ты хороший человек, это не значит, что ты таковым являешься, потому что ты никогда не делала ничего хорошего или честного, и тот факт, что ты даже не пытаешься понять этого, делает все намного хуже