Чтение онлайн

— На улицу идите. Погода класс, — отправила она озорников.

Но им и так было весело. Настя задержала взгляд на Лакшми, которая пыталась отпрыгнуть, чтобы ее не осалил Илюха, а Андрей в это время делал все, чтобы не дать ей ускользнуть. Что-то было в этой девочке особенное. Не только внешность. Настя очень хорошо понимала, почему Саша и Дима удочерили ее. Одним взглядом, одним словом, одним жестом она влюбляла в себя. И братья Бирюковы, которые обычно не ввязывались в игры с мелкотой, считая себя слишком взрослыми, второй день не отлипали своих мелких подружек.

На выручку Лакшми поспешили кузины Бирюковы и Ася Токарева. Настя ожидала увидеть и Лизу, которая обожала носиться не меньше, но дочери не было видно.

Пять лет назад, уехав с Сашей из Подмосковья, Настя решила дать организму возможность восстановиться. Она отказалась от всех добавок из спортивного питания, даже от контрацептивов. Разумеется, от секса при этом никто отказываться не собирался. И как результат — она забеременела вопреки всем мерам предосторожности. Настя не жалела. Саша, тем более. У них родилась Лиза. И хотя это случилось в разгар становления нового бизнеса Геллера, они сумели найти время и для себя, и для ребенка, и для работы.

В тот год Саша сдал экзамен на первый тренерский уровень, выкупил то самое помещение напополам с Толиком, а еще через несколько месяцев они присвоили ему статус первого сертифицированного кроссфит зала в городе. Заботу о журнале Геллер поручил бойкому пареньку, которого нашел на приснопамятной Ярмарке вакансий. И не прогадал. В течение года он еще курировал деятельность «Ресторатора», а потом практически отошел от дел. Только раз в квартал насылал на журнальную бухгалтерию проверку в лице Марины Бирюковой, чтобы не расслаблялись. Сашка Токарева полностью поддержала его решение. Вернувшись, она приняла должность рядового корреспондента. Писала много и часто. Видимо, соскучилась. Геллер тоже время от времени ностальгировал, брался за перо. Но намного реже.

Саша все свободное время посвящал клубу. Он много тренировал, пиарил кроссфит, вообще развивал спортивное движение в городе. Через год были отбиты все затраты, а через два смог позволить себе новую блажь. Геллер задался целью создать настоящую спортивную базу для тренировок. Он выкупил земли вокруг лофта, построил дом, где на первом этаже был хостел для проживания атлетов, а на втором поселился сам с семьей. Параллельно со всем этим пришла идея трассы с заданиями в духе кроссфита. На ее осуществление не требовалось много денег или сил, но Саша хотел, чтобы она стала массовой забавой. Потому и уговорил своих не очень спортивных друзей протестировать.

А Настя… Она всегда была рядом. Столько лет бесперспективной связи с Кириллом приучили ее жить своей жизнью, больше думать о себе, стремиться к личным победам. Но оказалось неожиданно легко и приятно быть надежным тылом своего мужчины. Своего. Он принадлежал только ей и спорту. Но с последним она готова была делиться. Ведь Саше тоже приходилось. Геллер с трудом отговорил ее сушиться, почти насильно кормил соленым и углеводами. Настя понимала, что он прав, но поломать систему оказалось не так легко. Именно тогда они решили полностью изменить образ жизни, отказаться от тупой направленности на спорт, отменили добавки, диеты. Настя вдруг открыла в себе талант кулинара. Ее безумно нравилось печь всякие бисквиты и кексы. А Саше пришлось их есть. Как ни странно, но вся эта кулинария не отразилась на их телах. Геллер и вовсе продолжал расти, так как пахал сначала в гараже, а потом в клубе, как проклятый. А Настя достаточно много бегала, работала.

Она вернулась в свой клуб, где ее приняли с удовольствием даже без протекции Геллера. Туда же к ней пришла заниматься Ирина Бирюкова. Насте с трудом, но удалось убедить ее бросить диеты, не заморачиваться на калориях, лишь слегка оформить тело, которое и так устраивало всех, кроме нее. Так и вышло. Димина сестрица не сказать, что похудела, но пропорции изменились. Денис, хоть и ворчал, но был доволен таким положением вещей, как слон.

Ира очень переживала, когда Настя ушла из клуба в Сашкин новый зал. Но оказалось, что можно заниматься и там. Сестра Димы часто ездила туда в выходной, разок взяла с собой дочь, потому что Денис был в командировке. Девочки задержались и после тренировки, чтобы поболтать. В итоге Дэну пришлось забирать их ближе к ночи, едва вернувшись. Его уговорили переночевать. А на следующий день прикатили и Бирюковы, прознав, что родственники отдыхают и расслабляются в новом месте. Просторная гостиная на первом этаже и спальня в стиле хостела, так понравились детям, что пришлось вводить новую традицию — тусоваться у Геллера.

А потом вернулись Токаревы. Дима даже слегка обиделся, когда его же приезд пригласили отметить у Геллера на базе. Саша его успокоила. Покерные вечера никуда не делись, а разнообразие еще никому не мешало. Дима свыкся. Сколько их не пытали, а Токаревы все равно не рассказали, что их подвигло забрать из Индии и удочерить девочку Лакшми. Даже Косте не сказали. Бирюков придерживался версии, что они спасли ее от мафии и сами дали деру. Как бы то ни было, но в семье Токаревых прибыло.

Очень скоро настороженность по поводу Лакшми сменилась безусловным обожанием. Ее невозможно было не любить. Огромные карие глаза, задорная улыбка, легкий характер. Ей все было ново, все интересно, ей все нравились. Иногда, глядя на нее, Дима думал, что это счастье от безысходности. У Лакшми не было выбора, ей пришлось стать счастливой далеко от родного дома. Но как только она подбегала к нему, смеясь, обнимала и говорила, что он самый лучший, Токарев забывал обо всем. Знал, что поступил правильно.

Не увидев Лизу в гостиной, Настя отправилась на кухню, где заседали взрослые. Она взвизгнула, едва вошла.

— Это что такое? Саш!

— Успокойся, — запел Геллер тем самым зомбирующим голосом, который использовал для заманухи друзей на трассу, — Все нормально. Это просто сосиска.

— Почему моя дочь ест сосиску? — закипала Настя вопреки гипнозу.

— Это я дал, — проговорил Лешка и втянул голову в плечи, дожевывая свою.

Сокол поджала губы, понимая, что предъявлять претензии ребенку — бред. Особенно Леше, который долгое время не желал знать ни ее, ни Лизу.

«Ну ладно, ладно»- успокаивала себя мысленно Настя, «Это даже хорошо. Он как лучше хотел, поделился, угостил. Стоп!»

— Откуда вообще в моем доме сосиски?

— А это мы привезли, — объявила Марина, улыбаясь, и вывалила в кастрюлю с гречкой тушёное мясо, перемешала.

Настя собиралась многое ей сказать, но Марина опередила, закудахтав:

— И как ты только не боишься, Насть? Разве можно бегать? Я и в начале береглась, а с животом…

— Ой, — Сокол сморщилась, — Да все нормально. Мы себя отлично чувствуем.

— Точно? — Геллер.

— Да, — выдохнула она, наконец подставляя ему губы для поцелуя.

Саша провел рукой по ее животу, не мог не сказать в очередной раз:

— Все равно переживаю.

— Это нормально. Ты же отец, — беспечно рассмеялась Настя, — Лиз, тебе хоть вкусно?

— Осень кушна, мамоська, — залепетала девчонка с полным ртом.

— И то ладно, — Настя взъерошила соломенные волосы дочки, — Поспали хорошо?

Она попыталась дотянуться до такой же белобрысой копны на голове Лешки, но тот увернулся, хихикая. Сокол показала ему язык.

— Дольше всех наша дрыхла. А ты говоришь, не отучим от своей кровати. С бандой вон как милая отдельно спит, — отчитался Саша.

Лиза истово закивала, подтверждая свою любовь к ночевкам с бандой. Дети вообще обожали базу Геллера. Там они могли беситься и засыпать, когда хотели. А двухъярусные кровати восхищали всех без исключения.

Стоит ли говорить, что родители обожали Сашкин дом за возможность уединения на втором этаже.

— Как там наши атлеты? — подала голос Сашка.

— Дышат, — хихикнула Настя.