Чтение онлайн

— Некоторые.

— Позвольте мне рассказать вам одну историю, если интересно. Нам нужно было снабжать линию фронта через Волгу. А немцы обстреливали берег с обрывов. Мы разгружаем баржи, а они палят по нам. Но разгружать-то надо. Тогда мы использовали мальчишек. Не солдат. Мы использовали детей.

— И?

— Они стреляли и по ним.

Джейк отвел взгляд.

— Что вы хотите этим сказать?

— Что вы, скорее всего, не знаете, что это такое. Вы не знаете, что нам приходилось делать. Мы должны были стать стальными. Пара саботажников? Ерунда. Пустяк.

— Интересно, они тоже так думали?

— Вы впадаете в сентиментальность. Мы не могли позволить себе такую роскошь. Эй, — окликнул он проходящего мимо официанта и передал ему несколько карточек. — Две. Боюсь, меню тут нет. Вам щи нравятся?

— Одно из моих любимых блюд.

Сикорский поднял брови, а затем махнул рукой, отпуская официанта. — Гюнтер тоже так говорит. Любит пошутить. Циник, как и все сентиментальные люди.

— Вы говорили с ним обо мне?

— Конечно. Он такой странный и противоречивый. Упрямый. Так что вы хотели? Я так и не знаю.

— Вы ему тоже платили?

— Чтобы поговорить о вас? — Тонкая улыбка. — Не беспокойтесь. Он не продажный. Вор, но не продажный. Еще один сентиментальный человек.

— Может, мы не хотим быть стальными.

— Тогда вы не победите, — просто сказал Сикорский. — Вы сломаетесь.

Джейк откинулся на спинку стула, глядя в суровое лицо военного, в ярком свете блестящее от пота буквально металлическим блеском.

— Скажите мне вот что, — сказал он, обращаясь скорее к самому себе. — Что будет, когда все закончится? — Старый вопрос на новый лад. — Японцы готовы капитулировать. Что тогда со всем этим будет? Со всей этой сталью?

Сикорский с интересом посмотрел на него:

— А вам-то что?

Прежде чем Джейк смог ответить, официант принес еду. Обтрепанные белые рукава были слишком длинными и почти купались в супе.

Сикорский с шумом стал поедать щи, не позаботившись даже загасить папиросу.

— Так что, начнем? — сказал он, макая кусок хлеба в суп. — Вы хотите поставить условия, как вы говорите, но не собираетесь приводить к нам фрау Брандт. Так во что вы играете?

— Почему вы так думаете? — спросил застигнутый врасплох Джейк.

— Это та женщина, с которой я познакомился на Линден? Не просто друг, полагаю. — Он покачал головой. — Нет, не собираетесь.

— Вы ошибаетесь, — сказал Джейк, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

— Как угодно. Но это не важно. Мне неинтересно, получит герр Брандт свою жену или нет. Ему, может, и приятно, мне все равно. Как видите, вы пришли на переговоры не с тем предложением. В следующий раз предлагайте уголь. А с этим вы не можете торговаться.

— Тогда почему вы не перевели его в другое место?

— Я перевел. Сразу после того, как вы сказали, где он. Если знали вы, то, вероятно, знают и другие. Мера предосторожности. А может, и нет. Гюнтер говорит, вы работаете сами по себе. Вы этим нравитесь ему. Очевидно, такой же, как и он. Но он — дурак. — Он оторвал глаза от супа. — Мы — не дураки. Многие делают эту ошибку. Немцы, пока мы их не разбили. — Он вынул намокший кусок хлеба и, отправив его в рот, стал посасывать.

— Но вы держали его в Берлине, — сказал Джейк, не давая ему сменить тему.

— Да. Слишком долго. Это все ваш лейтенант Талли. Подождите, мне он может понадобиться, сказал он. Ошибка.

— Понадобиться для чего?

— Заполучить других, — без обиняков сказал Сикорский.

— Эмиль никогда бы…

— Полагаете, что нет? Никогда нельзя точно сказать, на что пойдет человек, а на что нет. Но в этом случае я с вами согласен. В отличие от Талли. Вот кто был способен на все.

— Например, использовать Лину. Чтобы заставить Эмиля помогать.

— Я об этом тоже думал — что таков был его план. Вы правы, я искал ее — козырную карту. Но теперь вижу, что это была ошибка. Талли не знал.

— Чего?

— О вас. Какой прок от жены, у которой другой мужчина? Никакого. Неверная фрау Брандт. Как видите, мистер Гейсмар, вы пришли с пустой затеей. Вы предлагаете ее — делаете вид, что предлагаете, — но мне нужны его коллеги, а не его жена. Она мне больше не нужна. Да, кажется, никогда и не была нужна. Спасибо, что прояснили этот вопрос. Пора Брандту уезжать из Берлина. Нет причин больше держать его здесь. Не на Бургштрассе. А как вы узнали?

— Его видели, — сказал Джейк.

— Американцы? Ну, как я и подумал — лучше его перевести. Да у него и работа есть. Ожидание было ошибкой. Ешьте суп, остывает.

— Не хочу.

— Тогда позвольте? — Сикорский протянул руки и поменял тарелки. — Нельзя, чтобы еда пропадала…

— Пожалуйста, — сказал Джейк, пытаясь привести мысли в порядок. Козырная карта. Но Талли не искал ее. Он отправился в Центр документации. Знал ли Сикорский? Так ничего и не выдал, только суп жрет. Позади них за столиком Брайана становилось все оживленнее, произносились тосты, звенели рюмки, эхом доносились взрывы смеха, а он сидел, уставившись в тарелку. Вы пришли на переговоры не с тем.

— Зачем же вы тогда пригласили меня сюда?

— Это вы меня попросили, — ласково ответил Сикорский, наклонив тарелку, чтобы доесть остатки.

— И вы решили сначала развлечься, а потом сказать мне: дуй отсюда.

— Развлечься? Вовсе нет. Я не такой любитель шуток, как вы. У меня есть идея. Другая сделка. Кое-что, что нужно нам обоим. Хотите, я вас удивлю?

— Попробуйте.

— Я намерен устроить вам свидание с Эмилем Брандтом.

Джейк быстро опустил глаза, не доверяя собственной реакции. Белая скатерть, вся в пятнах, грубые пальцы Сикорского держат ложку.

— В самом деле? А зачем вам это?

— Будет полезно. Он — как вы это назвали? Грезит. Верно, он говорит о ней. «Когда она придет?» произнес он фальцетом. — Для его работы будет лучше, если он откажется от своих ложных надежд. Разве он мне поверит? Но вам, ее возлюбленному, — сказал он, скривив рот, произнеся это слово. — Вы сможете попрощаться от ее имени, а он сможет жить в мире. Небольшая услуга. — Он вытер уголок рта и, скомкав, бросил салфетку на стол.