Чтение онлайн

— Опаньки! А ты и расписываться умеешь! — смеюсь.

Между тем передо мной сгущается воздух материализуясь в. лягушку на толстом с голубыми прожилками листе! Большую такую коричневую лягушку!

— Мамочки, а-а-а, — я отодвигаюсь.

Лягушка не шевелиться. А в воздухе витает запах жареного чего-то! Я принюхиваюсь. Запах явно от лягушки.

"Ну да — от нее. Вон она какая зажаренная, с аппетитной корочкой"- рот сразу наполняется слюной.

— Не… не-не. Я лягушек не ем, — убираю руки за спину.

А глазами так бы и съела. А это вроде и не лягушка уже кажется. А кролик. Вон уши к спине прижаты. Запечен просто целиком. Морда только какая-то лягушачья. Ну, видно у них тут такие водятся. И пока я тут разглядывала это чудо гастрономии — мыша уже смотрю ножку-то пообгладал одну.

— Э! Маленький, а прожорливый! — говорю и отламываю вторую ножку. Раздумываю секунду, разглядывая ее и вцепляюсь зубами.

"Ба! Вкуснота-то какая! Я не знаю на что похоже его мясо, но вкуууусно"! — во мне проснулся зверь! Очень голодный зверь. Ибо я уже вцепилась и в саму тушку. И как-то взгляд упал на мыша. Тот сидит с обглоданной лапой. В смысле с лапой кроля.

— Ну блин! Последний кусок, — говорю, — изо рта вынул.

И отламываю ему ухо.

"Блин".

Чуть не бросила всего кроля. Потому как ухо оказалось крылом!

"У них тут чего? Зайцы летают"?

И тут меня осенило — детеныш дракона!

"Ей-богу дракона! Правда с лягушачьей мордой. И я его ем. Ой, че-то аппетит, как-то сразу, пропал".

— На ешь… — положмла этого дракона на лист и двигаю мышу.

"Обычно драконы всех едят. Хотя откуда я могу знать, как обычно, бывает?! Это у нас в фильмах драконы и динозавры всех едят. А здесь может с точностью до наоборот. И вообще это может деликатес самый — самый. Вон как того троля-гнома знатно тряхнуло. Видно оплата королевская была. Поэтому и блюдо соответственное".

— Ладно ты давай, ешь, а я немного отдохну, — говорю и опрокидываюсь спиной на мох.

"Да, хорошо. Не уснуть бы только. И тут же даю себе мысленно пинка. Ну вот права была Светка, когда говорила про мой инстинкт самосохранения. Вернее полное его отсутствие! Растянулась, греюсь на солнышке — на двух солнышках, если уж точно, думаю о том как бы не уснуть. Думать надо как домой попасть. И желательно в целости и сохранности. М-да"… Приподнимаюсь на локтях.

— Ну ты как? Поел что-ли? — спрашиваю.

Мыш перебирает лапками ближе к рюкзаку. Улыбка трогает мои губы.

"Объелся значит. Несите меня. Ну что ж понесем".

Встаю и сажаю мыша в рюкзак.

— Пошли что ли!

Оборачиваюсь на недоеденного дракона и вижу что сидела, оказывается на тех самых листьях, которые с меня на оплату получили. Наклоняюсь и подбираю еще парочку оставшихся листочков.

"Х-м, у нас три орешка для Золушки — у них три листочка для Элечки".

И убираю в кармашек рюкзачка. Вылезаю из ложбины, оглядываюсь. Вон там деревенька из которой я сиганула сломя голову.

"Туда значит мы не пойдем. А куда? В противоположную что ли? Снова в лес?! Не-не, туда тоже не стоит. Да, наверное так будет правильнее".

И я зашагала по мху вдоль линии леса, так чтоб деревня удалялась от меня, а я соответственно от нее.

3

Мох в скором времени сменился какими-то листьями. В том смысле — как подорожник у нас растет, только это не он конечно, а похожий на него. Травы нет — а вот только листья на низких ножках. И опять полное отсутствие цветов.

"Странно — у них тут чего вообще цветы не растут что ли? Жаль. А я представляла себе очень красивые и обалденно пахнущие! Господи, о чем только думаю? Мне бы выбраться как отсюда, да домой попасть".

Пока я так рассуждала идя по мягким листьям вышла — на берег реки. Ну вот прям натуральный берег реки! Листья закончились как-то резко и стою я на песочке. Беленький такой мелкий, мелкий. Блестит на склоняющимися за огромной стеной леса, солнцами.

"Блин, это ж так и ночь скоро настанет! А я непонятно где. Впереди река — ни мелка, ни глубока", — всплыли в памяти слова.

"Стоп! А это что? Это ж не лес вроде. Ну точно, это стена какая-то. Великая Китайская Стена"! — я хихикнула.

"Так, а если серьезно-то. Мне надо как-то туда попасть и желательно до захода солнца. Блин двух солнц. Не известно кто тут ночью бродит".

Подхожу ближе к воде. Прозрачная. Ну как обычная вода. Попить бы сейчас. Присела, руку опустила в воду — тепленькая. И вдруг откуда ни возьмись прям стая каких-то рыб к руке метнулась. Я выдернула руку и отступила от воды.

"Блин, а если это пираньи местные? И как мне попасть на тот берег"?

Подошла снова, присела, разглядываю местных рыбок.

"О! А это и не рыбки вовсе. Как ящерки какие-то. Тритоны у нас похожие водятся. Только у этих хвосты как у наших золотых аквариумных рыбок — длинные, красивые — всех цветов радуги".

— Не, такие красивые, не могут быть пираньями, — говорю я.

И опускаю руку в воду. Эти тритоны-рыбы устремляются к моей руке. И смешно тыкаются в нее, щекоча мне ладошку.

— А вы и не страшные вовсе! — говорю я и скинув летние кедики прижимаю их вместе с рюкзачком к груди, входя в прохладную воду.

Вода приятно холодит. Так бы вся и окунулась. Тритоны-рыбки облепляют ноги и я смеюсь от щекотки. А в рюкзачке чувствую мыша возится чей-то.

— Ну чего тебе не нравиться, — говорю. — Тоже что ли купаться или ты пить хочешь?

И хочу его выпустить — да кеды мешаются.

— Ну сейчас, кеды только на берег снесу и выпущу тебя.

Я быстро бегу через реку и выбегаю на берег вытряхивая мыша на песок.

— Пойдем, — говорю оглядываясь на речку.

Да так и замираю вполоборота. Реки нет. В смысле есть-то она есть — но не прозрачная с радужными

тритончиками-рыбками а… Черная какая-то с оттенком ржавого цвета и выныривают из ее недр зубастые нечто типа наших крокодилов, разве что размером с тритона.

— Ой, мамочки, че это?! — я пячусь назад.

Хватаю кеды, мыша, рюкзак и бегу прочь от реки. А вокруг уже залегли какие-то тени. Вечер уже опускается на землю. Запихиваю на бегу мыша и кеды в рюкзак и сломя голову припускаю к стене, что маячит передо мной. Стена все ближе и ближе и я уже вижу в ней массивные ворот которые… Которые закрывать собираются двое стражников.