Чтение онлайн

– Кхе-кхе, – прокашлялся я, смотря в окно за ее реакцией.

Всхлипы тут же прекратились. Фрея медленно оторвала свое лицо от лужи собственного горя и посмотрела в мою сторону. Пару секунд ей потребовалось, чтобы сфокусировать свое зрение. Наконец-то поняв, кто стоит перед ней, она замахнулась орудием, что держала в своей руке, и с силой бросила ее в мою довольную и улыбающуюся физиономию. Буквально микрометры отделяли мою черепушку от пролетающей на сверхзвуковой скорости ложки. Отпрянув и упав на задницу, я быстро перекатился в сторону от окна, из которого уже не с такой силой вылетали стулья, тарелки, кастрюльки и раздавались какие-то мне непонятные ругательства вперемешку с всхлипами. Спустя пару минут снаряды кончились, и я услышал, как что-то громко бухнулось на пол, и всхлипы прекратились.

Собрав свои последние мужские силы в кулак, я поднялся и снова заглянул в окно. Фрея мирно спала посреди кухни, а вокруг все, что можно было раскурочить, отобрать и выбросить, отсутствовало. Осматривая место неравной битвы богини с кухонным гарнитуром и батальном кухонных принадлежностей, я заметил, что кофемашина все же не пострадала. Возможно, причиной тому было то, что она стояла чуть в углублении и просто дотянуться до нее у Фреи не вышло.

Решив, что бояться мне больше нечего ввиду отсутствия снарядов, я пролез в окно на кухню. Подойдя к кофемашине и заправив рожок приятно пахнущим молотым кофе, заварил себе кружечку. К слову, кружка нашлась одна-единственная, которая смогла пережить приступ ярости вселенского масштаба.

Отхлебнув пару глотков ароматного напитка со вкусом чертовой ванили и решив, что терять уже особо нечего, решил осмотреть домик поподробнее. Выйдя с кухни, я попал в небольшую гостиную, в которой стоял диван, пара книжных шкафов, огромный телевизор. Неплохо она тут устроилась, вон и приставка есть сбоку, и ноутбук на журнальном столике. А меня, значит, хотела в какой-то средневековый недомир, где в туалете тебя может сожрать странного вида ебака, если вовремя дерьмочисты не почистят общественный нужник. Усмехнувшись своим мыслям и вспомнив о прошествии, с которого и началось наше противостояние, я отправился в комнату, что была дальше.

Открыв дверь, я попал в кабинет, где стоял огромный розовый стол, заваленный кучей пергаментов и свитков, а по стенам были расставлены кучи книг. Бегло пробежавшись по корешкам, понял, что не могу прочесть ни буквы. Оно и понятно, все же благословение, которое помогало понимать языки после смерти, отменяется. Не найдя ничего интересного, я вышел из кабинета и отправился в другую сторону, к другой двери.

Открыв новую дверь, я тут же ее закрыл. В спальне мучительницы мне делать точно нечего, я же не извращенец, хотя, признаться, было бы интересно покопаться у нее под кроватью. Кто его знает, что там может быть, и так уже после зареванного вида с радужной прядкой как-то не могу воспринимать ее серьезно. Оставались еще три межкомнатные двери, но за двумя мне было вполне понятно, что находится, а вот третья представляла интерес. Я так пока и не нашел круг призыва или что-то подобное, что, мне казалось, должно тут находиться. Я подошел к двери и уже приготовился ее открыть, взявшись за ручку.

– А вот сюда вам лучше не заходить, молодой человек, – грозный женский голос раздался за моей спиной, и чья-то рука легла мне на плечо.

– Да я это, просто спросить, – первое, что пришло в голову, выдавил из себя, не оборачиваясь.

– Интересно же, у кого вы хотели что-то спросить в подвале, – немного мягче уже раздался тот же голос, и хватка слегка ослабла.

– Эм, у хозяина подвала, наверное... – все еще не оборачиваясь, ответил я.

– Ха-ха-ха, шутник, смотрю, – женщина посмеялась и потянула мое плечо на себя так, что я спиной упал на диван, который был сзади.

Падая, я наконец смог разглядеть того, кто стоял за моей спиной. Это была женщина на вид лет 50, с довольно приятной внешностью, в черном платье. Она держала посох, с которого капали капли, которые абсолютно не отражали никакого света и казались просто дырками в пространстве. Мне писец, это точно по мою душу пришла богиня смерти, ночи и ужаса. Приведя свое положение на диване в сидячее, я удивился, что кофе из кружки так и не пролилось во время моего акробатического этюда, пусть и не мной устроенного. Косясь в сторону кухни, где все также валялась на полу зареванная Фрея в отключке, я ждал всего, что угодно, что могло произойти в подобном случае. Представьте, вы приходите к подруге или дочери или матери, не столь важно, домой, она лежит на полу, вся кухня разнесена в хлам, а по квартире шарится непонятная личность.

– На меня посмотри, – по-видимому, уже мой палач произнесла довольно с серьезной интонацией.

– Да, госпожа, – моя осанка тут же выпрямилась так, что можно выставлять как эталон прямой в музеях.

Мадам палач перекинула посох в другую руку и села напротив меня на журнальный столик. Медленно протянув руку и забрав у меня чашку, она отхлебнула уже слегка остывшее кофе. Поморщилась и поставила ее на стол рядом с собой.

– Как она пьет эту ванильную дрянь... – вздохнула собеседница. – Чего натворил, признавайся, – вопросительно посмотрела на меня черная леди.

– Да я я это, ничего, домой хотел просто... – виновато произнес я, отводя взгляд.

– В глаза мне смотри, когда отвечаешь, смертный, – прошипела женщина, выпуская свою темную ауру.

– Да! – вскрикнул я и моментально повернул к ней лицо.

Все же как ни крути, а совсем помирать не хотелось, а глядя на эту мадам в голове крутилось только то, что я уже труп и бежать теперь некуда, эта женщина точно в бараний рог свернет. Спустя пару минут она нарушила свое молчание.

– Вижу, дурного ничего не делал, сквернословил, да и только, - она отстранилась и, встав, пошла на кухню.

Женщина подошла к сопящей Фрее и треснула ее посохом по голове. Затем крикнула:

– Вставай, дура малолетняя! Трусы украли всему божественному плану, прелестями светишь!

– Что? КАК? НЕЕЕЕЕЕЕЕТ!
– завизжала девушка и тут же вскочила, пытаясь прикрыть невидимый позор.
– Что, наставница, это вы?
– Сфокусировав зрение на женщине, смутившись, спросила Фрея.

– Нет, дура набитая, я приведение и снюсь тебе, где курсовая, прогульщица пустоголовая?
– еще более грозным тоном произнесла женщина и выпустила свою ауру, затемняя пространство вокруг.

– Я! Сейчас! Я тут! Не наказывайте, я готовилась, честно!
– вскочила и побежала, крича, к кабинету богиня с размазанной по лицу косметикой.

Пробегая мимо меня, наши взгляды пересеклись, и я наградил ее самой лучезарной ухмылкой, которой мог. Все же не каждый день увидишь, как целая богиня, такая вся крутая и пафосная, как школьница, несется за курсовой. Залипнув на мне взглядом, эта крылатая дурында с разгону на полной скорости врезалась в дверь кабинета. Но дверь, к счастью и моему удивлению, выдержала. На секунду прилипнув лбом к двери, Фрея начала заваливаться назад и плашмя шлепнулась на пол гостиной. После чего быстро вскочила и, потирая затылок, указала на меня, смотря на наставницу, выдала что-то нечленораздельное.

– А-о-а-ы-а как? Что? А-а-уф, больно.
– Все же ушиб дал о себе знать к концу тирады.

– А-ы, а-ы, - передразнивала ее наставница.
– Говорить научись, бестолочь, - продолжала издеваться, как мне хотелось думать, уже не палач.

Я посмотрел на Фрею и, кажется, понял, как появился красный цвет в этой вселенной. Она была настолько красная, сгорая от стыда, что лица было не видно. Потупив еще пару минут, она что-то поняла и в пару прыжков скрылась в ванной.

– Молодой человек, пройдите на кухню, - уже более доброжелательным голосом позвала наставница Фреи.