Чтение онлайн

В этом же доме квартиру номер 24 занимал после революции глава английской миссии Локкарт, переживавший тогда роман с Марией Закревской, баронессой Будберг по первому браку. О ней написана изданная в Москве книга Нины Берберовой под названием "Железная женщина".

В эту квартиру явились подосланные главой ВЧК Дзержинским командир латышских стрелков полковник Берзин с подпоручиком Шмидхеном. Они блестяще разыграли по сценарию "железного Феликса" одну из его гениальных провокаций. Стрелки попросили у англичан и получили письмо для связи с союзниками, а также деньги для подкупа латышей, несших охрану Кремля. Эти "вещдоки" послужили основанием для последовавшего разоблачения "заговора Локкарта", вошедшего в историю, ареста Локкарта, с трудом избежавшего пролетарского суда. Об этой истории проживший долгую жизнь английский дипломат написал в мемуарах, также изданных в наши дни в Москве.

А чекист Берзин мемуаров не оставил, он возглавлял один из островов архипелага ГУЛАГ и был в годы большого террора расстрелян своими.

ИЗ АЛЬБОМОВ КАЗАКОВА

"...
– одна из немногих

улиц Москвы, где почти каждый

дом представляет интерес."

Е. Николаев.

Классическая Москва, 1975 г.

Большую Никитскую считают музеем классической архитектуры. Если вы поклонник этого великолепного стиля, без которого невозможно представить ни Москвы, ни Петербурга, ни многих других исторических городов, то приходите сюда. Тут можно увидеть и почувствовать искусство лучших мастеров, стремившихся, как писал В. Баженов, к тому, чтобы иметь "главнейшие три предмета: красоту, спокойность и прочность здания".

Многие такие дома, которым уже по 200 лет, мы видим по обеим сторонам улицы, поднимающейся от Кремля вверх по склону большого московского холма, по которому в том же направлении идет и главная улица столицы - Тверская.

Ширина улицы по неписаным правилам, как пишет Е. Николаев, должна была равняться высоте домов. А последние строились в два-три этажа. При таких пропорциях здания хорошо освещались, были сомасштабны человеку, пешеходу. И в то же время улица, которую "чувствуешь локтями", довольно широка. Во всяком случае, по улице и сейчас свободно проезжают громоздкие троллейбусы.

По этой улице лучше всего путешествовать с путеводителем, составленным страстно любившим ее молодым ученым Евгением Николаевым, сотрудником Института фармакологии и химиотерапии, химиком по образованию и знатоком Москвы по призванию, не успевшим завершить эту работу (она вошла в посмертно изданный сборник "Классическая Москва").

А еще перед дорогой стоит раскрыть архитектурные альбомы лучших зданий Москвы, составленные Матвеем Казаковым в конце XVIII столетия. Альбомы эти предназначались для нас, потомков. Вскоре после их создания случился пожар 1812 года, и без них мы не могли бы сейчас представить так зримо, какой была наша Москва.

Название такое: "Альбомы партикулярных строений". Партикулярный значит частный. На Никитской улице за исключением университета дома принадлежали частным лицам, самым известным и состоятельным, естественно. Многие дома попали на страницы альбомов. Помощники зодчего ходили по улицам и, вызывая пристальное внимание прохожих и зевак, обмеряли здания, составляли планы, делали зарисовки...

Первый такой дом (в альбоме М. Казакова изображен его проект) находится на нечетной стороне улицы. Этот дом № 5 занимает издательство Московского университета. Строился он при Екатерине II для графа Владимира Григорьевича Орлова, "екатерининского орла", который, конечно, нанял лучшего зодчего. А кого именно? Крупнейший исследователь Москвы историк И. М. Снегирев называет автором дома Матвея Казакова. Великий мастер на закате жизни в прошении об отставке и о назначении пенсии указывал, что первый из шести альбомов весь "состоит из строений, построенных мною в Москве" и учениками. Но это не исключает, замечает Е. Николаев, что в других альбомах не было работ великого зодчего, полвека застраивавшего Москву. Так или иначе перед нами один из тех домов, какие без малого двести лет назад, до пожара, украшали улицу. Составители альбомов не только зарисовали внешний вид дома, но и его интерьеры. Мы видим даже, какая висела люстра в центральном зале, форму дверей, колонн, барельефы, украшавшие дом снаружи и внутри. А в мезонине неожиданно встречаем великолепный зал с колоннами греко-тосканского ордера. В доме бывали многие великие люди: владелец дома граф В. Г. Орлов возглавлял Академию наук, в его доме устраивались концерты. На них выступал, в частности, известный композитор А. Гурилев, автор романса "Однозвучно гремит колокольчик" и многих других прекрасных песен. Он и жил в этом доме, будучи крепостным графа. А уроки внуку Орлова давал молодой Вильгельм Кюхельбекер, декабрист, друг Пушкина.

Пройдя по улице немного выше, видим, как сказано в альбоме, "дом князя Сергея Александровича Меншикова в Белом городе на Никитской улице".

Это трехэтажный дворец на белокаменном подклете в нежном бело-голубом наряде, так характерном для Москвы. Уличный фасад был видоизменен в стиле позднего классицизма - ампир, царившем после 1812 года; тогда же появился портик из полуколонн с аркадой, изменилась рустовка, прибавилась лепнина. Этим дворцом владели потомки Меншикова, сподвижника Петра.

А вот другому дворцу - Л. К. Разумовского, "генерал-майора, кавалера, графа", стоящему напротив (дом № 9), не повезло. Был он, как видно из рисунка в альбоме, двухэтажным, с двумя воротами и боковыми флигелями, тоже двухэтажными. Все это в течение времени перестраивалось, достраивалось, постройки сливались, и теперь перед нами причудливое строение. Быть может, в будущем удастся вернуть дворцу его прежний облик. Ведь фасад, профиль, генеральный план - все это есть в альбоме М. Казакова.

Четвертый дом из XVIII века (№ 11) ныне занимает юридический факультет университета. Правда, прежде у него были два крыла, ныне слившиеся в одно целое с главным корпусом.

А есть ли на улице дома - творения самого Матвея Казакова? Конечно, есть. В следующем очерке мы расскажем о них.

В первой книге альбомов значится также "дом г-на Безсонова". Он меньше, скромнее других - одноэтажный, с мезонином, с маленькими колонками, очень уютный и чем-то напоминающий арбатские особняки. Где эта постройка? Очевидно, она вошла составной частью в какое-нибудь большое здание на улице.

Матвей Казаков включил в альбом 103 строения. Из них почти пятая часть находится в первой книге. Конечно, все это капля из моря великолепных зданий, уничтоженных пожаром 1812 года. Впрочем, кое-что уцелело, несмотря на огонь и время. Так, например, в большом здании консерватории два этажа с полукруглым входом - часть от располагавшегося тут дворца XVIII века. Стоящий напротив розовый дом № 14 также дошел до нас из прежних веков. Владели им потомки знаменитого Я. Брюса, сподвижника Петра, полководца, ученого и "колдуна", который издал популярный календарь. Сам основатель рода владел приземистыми одноэтажными палатами. Его наследник возвел еще два этажа, и тогда дом стал примерно таким, каким мы его видим. Сделал это московский генерал-губернатор Я. А. Брюс, вошедший в историю Москвы, в частности, тем, что он представил Екатерине II генеральный "прожектированный" план Москвы 1775 года, первый в истории города и изменивший во многом его черты.

СТАРОЕ ЗДАНИЕ

Воротами улицы служат корпуса старых зданий Московского университета. Немного выше - Московская консерватория, находящаяся здесь с первых лет основания. На этой улице жил Александр Суворов, венчался Александр Пушкин, преподавал Петр Чайковский, происходило много разных событий.

На огромную площадь, раскинувшуюся перед Манежем, выходят корпуса университета, образующие редкий по цельности и красоте ансамбль классической архитектуры.

Здание университета, что находится на правой стороне улицы, называют "старым", а то, что на левой, - "новым" (его называют также Аудиторным корпусом), хотя на первый взгляд они одногодки.

Из множества строений университета, появившихся в течение XVIII, XIX и XX веков, то из них, что виднеется за оградой двора, где установлены памятники Герцену и Огареву, является самым знаменитым. От него, как от ствола, пошли во все стороны ветки древа университета, разросшегося так сильно, что для него в наше время пришлось возвести специальный комплекс зданий на Воробьевых горах.

А все началось вскоре после того, как основанный в 1755 году в здании на Красной площади первый российский университет приобрел в начале Никитской улицы трехэтажный дом Репниных, где оборудовали актовый зал и аудиторию, классы, общежития. Дом был не мал, но вскоре он оказался тесен для разраставшегося с каждым годом университета.