Чтение онлайн

– Тихо! – худой хлопнул по столу, – прекратить балаган! – он глянул на черноволосого, – Мирко, ты должен найти того, кто это устроил, понял? Сроку тебе две недели. Подключай всех, хоть всю биржу наемников выкупи, но доставь сюда голову того, кто убил одного из нас. Все понял?

– Понял, старший, – черноволосый склонил голову в поклоне и улыбнулся ослепительной улыбкой, – будет сделано!

Вийск. Лицей. Несколько часов спустя.

Когда уроки закончились, основная масса моих одноклассников быстренько покинули класс. Желающих задержаться не было, кроме Вити Смальцева. Мне пришлось подождать, пока он не спеша соберет свои школьные принадлежности и таки соизволит подойти ко мне.

– Витя, может ты ускоришься немного? – я усмехнулся. – Это ведь не мне нужна встреча с твоим отцом.

– Я стараюсь, Воронов, – сквозь зубы процедил Витя. – Отец попросил привести тебя так, чтобы избежать внимания со стороны других.

– Ну тогда поедем на моей машине. Не хочу оставлять свою ласточку на школьной парковке, – сказав это, я направился к выходу, и Вите ничего не осталось, кроме как последовать за мной.

На ходу я напечатал деду сообщение и предупредил о том, что задержусь. Старик ответил почти сразу же, и я в очередной раз порадовался тому, что он перестал относиться ко мне как к ребенку.

Дойдя до парковки, я завел своего зверя и подъехал к входу. Смальцев прыгнул на сиденье рядом, крепко сжимая свою сумку. Было видно, что ему неудобно находиться рядом, но, видимо, отца он боится больше, хе.

– Расслабься, Смальцев, я хорошо умею водить, – подмигнув окончательно поникшему пухляшу, – доедем с ветерком.

Витя ничего не ответил, лишь сильнее сжал свою сумку, словно это не сумка, а спасательный круг. Одно радует, больше ко мне этот гад не цепляется, видимо, понял, что это больно в первую очередь для него.

До особняка Смальцевых мы доехали за пятнадцать минут, благо дороги были относительно пусты. Припарковавшись рядом с воротами, я отметил, что атмосфера у Смальцевых довольно напряженная. Молчаливый гвардеец проводил меня до кабинета главы рода, и то, что я там увидел, мне не очень понравилось. Отец Вити выглядел откровенно плохо. Круги под глазами, впалые щеки, какой-то странный взгляд. А еще в кабинете воняло перегаром, причем сильно.

– Добрый день, барон, – я усмехнулся, – хотя, судя по вашему внешнему виду, не такой он и добрый.

– Воронов, благодарю за то, что принял мое приглашение, – Смальцев старший попытался улыбнуться, но улыбка вышла откровенно жалкой, – мне нужно с тобой поговорить.

– Внимательно вас слушаю, барон, – я кивнул и сел в свободное кресло, – о чем Вы хотели поговорить?

– Мой род не смог принять приглашение твоего деда, – начал он, – но тому были причины. Признаться, я бы с удовольствием сотрудничал бы с вашим родом, однако у нас есть кое-какие обязательства перед другими родами. Несколько из них являлись союзниками барона Захерта, и их не устроило, что вы, Вороновы, слишком быстро взяли власть в городе.

– Ну, власть в городе мы получили из рук вашего тестя, – я пожал плечами, – так что, если у кого-то есть вопросы, они могут задать их графу Михееву. Уверен, полковник ГБ найдет чем им ответить.

– Да вот только они достаточно умны, чтобы просить ответа у меня, а не у тестя, – Смальцев поморщился, – Воронов, мне нужна ваша помощь. Они задумали начать войну и втягивают меня в нее. А я не хочу потерять все. Как показывает практика, кто с вами свяжется, тот проиграет, – барон горько улыбнулся.

– Хм, и что Вы хотите, чтобы я сделал? – я удивленно глянул на него, – нужны имена, нужны подробности. Я же не могу прийти к деду с голыми руками. Доказательства, где они? – я вопросительно глянул на Смальцева, и тот кивнул.

– Доказательства есть, – затараторил он, – сейчас, сейчас все будет, – после этих слов он подскочил к шкафу в углу и достал оттуда небольшую статуэтку в виде кота. Открутив ей голову, он достал изнутри миниатюрный диктофон.

– Тут все записано, все разговоры, – он заискивающе улыбнулся, – передай деду, что я не хочу конфликта с родом Вороновых.

– Если ваши слова подтвердятся, барон, думаю, дед найдет способ, как вам помочь, – улыбнувшись, я спрятал диктофон в карман, – всего хорошего.

Попрощавшись с бароном, я покинул их особняк и направился к своей машине. Теперь, по крайней мере, мне была понятна нервозность Вити. Боится пухляш, что его род вырежут. Хотя его лично и мать вряд ли кто-то тронет, всем известно, что баронесса Смальцева – дочь графа Михеева. Одного я не могу понять, как он, Семен Семенович, вообще позволил, чтобы его дочь вышла за отца Вити? Впрочем, это уже не мое дело.

Сев в свой сапсан, я поехал в сторону администрации. Этой информацией нужно поделиться с дедом, пусть старик решает, что делать дальше.

Особняк Смальцевых.

Когда молодой Воронов покинул особняк, Смальцев старший налил себе еще водки и залпом выпил. Он сделал все, что от него зависело, теперь остается лишь ждать.

– Отец, ты уже поговорил с Вороновым? – в комнату вошел Витя.

– Поговорил, – барон медленно кивнул и уставился на сына недовольным взглядом, – ты почему еще тут? Я же сказал, ты должен уехать в Москву вместе с матерью на неделю, чего непонятного?

– Я останусь с тобой, отец, – дрожащим голосом ответил Витя, – я тоже Смальцев и не хочу бежать!

– Сын, пока я барон, ты будешь выполнять мои приказы! – в голосе Смальцева старшего лязгнула сталь, – так нужно, Витя, – уже более мягко произнес он, – нужно. Если ты погибнешь, твоя мама свернет мне шею сама, – барон улыбнулся.

– Хорошо, – Витя сдался. Этот всплеск – все, на что его хватило, и на этом его смелость закончилась.

Вийск. Администрация города. Какое-то время спустя.

– Ну давай рассказывай, Леня, что там у Смальцевых случилось, – дед уставился на меня вопросительным взглядом.

– Вот, – достав из кармана диктофон, я включил его, а дальше мы с дедом услышали часть разговора Смальцева с несколькими дворянами.

Их голоса мне были незнакомы, а вот, судя по хмурому выражению лица деда, он их узнал. Если коротко, суть разговора была такова. Трое дворян убеждали Смальцева поучаствовать в войне против нашего рода, мотивируя все тем, что если убить деда, то Вороновы падут. Мол, шестнадцатилетний сопляк не сможет взять род в свои руки. На этом моменте я чуть не расхохотался, но сдержался. Н-да, вот и подтвердилась моя версия.