Чтение онлайн

— Все равно все вскроется, когда будет проведена экспертиза боеприпасов, которыми убиты злоумышленники, — продолжила давление Корсак. — В ваших же интересах сотрудничать со следствием!

— А я и сотрудничаю, — улыбнулся я. — Вон. Свидетеля вам обеспечил. Мог и окончательно прибраться тут.

— Я сам. Я сам сдался! — заверещал, услышавший краем уха наши разговоры бандос. — Готов заключить сделку со следствием. И прошу включения в программу защиты свидетелей.

— Какие подкованные хулиганы у нас тут завелись, — засмеялся полицейский капитан. — Но, мэм. Я перебросил вам на коммуникатор личное дело нашего героя. Во всяком случае, открытую его часть. Вам следует ознакомиться…

— Да-да, — поморщилась женщина. — Герой войны, и все такое. Но не Господь Бог же! Как можно в одиночку противостоять десятку боевиков мафии? Это же не кино! А у них еще и излучатель присутствовал. Что уменьшает шансы почти до нуля. Логично предположить, что полковнику Роничу помогали. Скорее всего, это была группа господ, и мне необходимо задать им несколько вопросов.

— Ничего не знаю, ни о какой группе господ, — честно признался я. — Этого, защитного, свидетеля спросите. Один я был. А из них боевики, как из… Гм… Я бы таких солдат из учебки бы не выпустил. Никакого понятия о тактике, отвратительная выучка и ноль дисциплины. Сброд, одним словом. Тут одна белка бы справилась.

— Какая еще белка? — вспыхнула госпожа лейтенант. — Что вы тут…

— У него целая стая белок-убийц есть, — снова вскричал пленный. — Весь этот лес — одна сплошная ловушка! Нас изначально послали сюда тупо сдохнуть!

— Вы его по голове били? — укоризненно покачала головой Корсак.

— Не. Он с рождения такой, — отказался я.

— Да, уж, — поддакнул капитан. — Белки — это диагноз. Невменяемость симулирует. Дурачков на каторгу не отправляют.

— Это тоже не я, — заторопился я. — Он с детства ущербный.

— Эй, — возмутился бандит. — Я все слышу.

— Кстати, почему? — подняла одну бровь Корсак. — Задержанный должен сидеть в машине, а не подслушивать беседу с потерпевшим.

— Нашли потерпевшего, — успел ввернуть пленный прежде чем его таки увели. — Этот волчара матерый сам кого хочешь, потерпеть заставит!

— Вернемся к вашим объяснениям, господин Ронич, — процедила женщина, когда голова гангстера скрылась в арестантском салоне полицейского глайдера. — Советую вам еще раз подумать, и чистосердечно рассказать, как все было.

— Угу, — тяжело вздохнул я. И подумал, что вспоминаю Лилу добрым словом. Если бы не нечеловеческая логика и энергия малой, сейчас бы я мог и растеряться. В армии много женщин. Совсем уж исключительно мужской забавой вооруженные силы не назовешь. Но, по большей части, слабый пол там у нас служит во вспомогательных подразделениях. Канцелярии, интендантские службы, столовая. Во флоте много и женщин офицеров. Все-таки драгоценные звездолеты не так часто сходятся в прямом бою с другими такими же.

И не смотря на все это, опыта общения с женщинами у меня явно недоставало. Нет, я не подросток пубертатного возраста, чтоб мямлить и краснеть просто в их присутствии. Но я совершал главную ошибку всей мужской половины человечества: пытался измерить этих инопланетян с точки зрения людской логики. И быстро заводил сам себя в тупик.

— Извините, мэм, — припомнил я отцовскую житейскую мудрость: «в любой непонятной ситуации с бабами — извиняйся!». — Я не понимаю, о чем идет речь. Предлагаю продолжить общение после этих ваших экспертиз. Образец боеприпасов из моей винтовки нужен? Берите. У меня еще есть…

— Натали рассказывала о странном новом леснике, которого утвердил планетарный Управляющий, — качнула головой Хельга. — Но она ничего не говорила о том, что этот лесник бродит по лесу в военном обмундировании и с ружьем.

— Это винтовка, мэм, — поправил я. И уточнил. — Штурмовая.

— Все необходимые разрешения у вас, полковник, конечно же, имеются? — на всякий случай поинтересовался капитан.

— Конечно. На все стволы и боеприпасы.

— У вас кроме этой, еще есть? — вскинула обе бровки лейтенант.

— Я только начал строить дом, мэм, — начал я издалека. — Через недельку закончу, и тогда приезжайте в гости. Покажу весь мой арсенал.

— Происхождением армейского доспеха можно поинтересоваться? — улыбнулся начальник туземной полиции. Уж кто, как не он знал, что может найтись в закромах ветеранов ВС. В Камтелионе таких полно.

— Трофей. Произведен не в Федерации. Списан, в связи с некоторыми не ремонтопригодными дефектами. Все документы на него также имеются.

— Это… оборудование ведет видеозапись? — ухватилась за явно едва не проскользнувшую мимо мысль Корсак.

— Так точно, — улыбнулся я. По-хорошему, с этого вопроса нужно было начинать общение, а не заканчивать. — Ловите запись.

— И еще, — строго ткнула в меня пальцем женщина. Выглядело это забавно: красотка, шестидесяти с маленьким хвостиком килограммов весом, угрожает здоровенному, за сотку и в доспехе, профессиональному душегубу. — Во время полета, мы отметили отсутствие организованной дороги от шоссе к экологической станции. Мы разберемся, но и вы, полковник, должны приложить усилия для исправления ситуации.

— Да чего? — вскричал я, не сдержавшись. — Мне этого придурка пристрелить что ли? Я колею протаптываю, а он обратно заделывает.

— Не нужно никого стрелять, — мрачно пообещал капитан. — Я с ним поговорю. Понял уже о ком идет речь. Упертый, как носорог.

— Носорог? — фыркнула Хельга. — Разберемся и с носорогом.

— Весьма агрессивный тип, — прокомментировал полицейский. — И себе на уме. К нему особый подход нужен.

Корсак только отмахнулась. А я, с удивлением, разглядел в ней тени черт характера Лилу. «Вижу цель, не вижу преград!» — женщин что? Всех в одном инкубаторе выводили?

— Кстати, — это слово лейтенанту особенно нравилось. И она не стеснялась его часто использовать. — Орехи! Я привезла вам орехи.

— О! — обрадовался я. Долг перед Валькирией, по результатам ее вмешательства в сражение, здорово подрос. Лакомство пришлось бы как нельзя кстати! — Какие?

— Есть разница? — сморщила носик женщина. — Кешью и грецкие. С Земли. Есть еще авторский гем-арахис. Но это на любителя. Плоды крупные, но очень уж твердые. Не всякий разгрызет.

— Отлично, — воскликнул я. — Скиньте счет, я оплачу.