Чтение онлайн

– Отпусти, – тихо попросила я. Хотелось быть от него как можно дальше. Смыть с себя его прикосновения и тщательно вымыть между ног. – Ты кончил в меня.

– А куда еще мне кончать? – усмехнулся он, отпуская меня.

Почувствовав пол ногами, я тут же вытянула руку, стараясь отгородиться от него.

– Не хотелось бы уйти отсюда с твоим… – я поморщилась, даже не зная, как назвать это. – Выродком.

Лицо моего мучителя тут же изменилось, взгляд поледенел. Он схватил меня за волосы и притянул к себе так, что я вскрикнула.

– Следи за словами, шваль, – прорычал он. – Забыла, как должна называть меня?

Истинная сущность этого ублюдка снова вышла наружу. Жестокий садист. Я поежилась, прикусив язык. Между ног болело, тело ломило, и получать новые оплеухи не хотелось.

– Прости…хозяин, – как покорная собачонка я поджала хвост.

Его взгляд смягчился, рука отпустила и без того спутанные волосы. Он снова подставил меня под душ и даже разрешил вымыть голову. Но я все равно чувствовала себя грязной. Хотелось поменять кожу.

Укутав меня в полотенце, он отвел обратно в комнату, принес одеяло и запер. Маленькая подачка за то, что раздвинула ноги? Хотелось задушить его этим одеялом. Днем и вечером он меня обильно кормил, но больше не лез, и я смогла хоть немного перевести дух.

Проснулась от того, что во мне елозил член. Этот ублюдок пришел утром со стояком и начал трахать меня, пока я спала. Я раскрыла глаза и ужаснулась. Он прижался сзади, держал меня за грудь одной рукой и тяжело дышал на ухо.

– Отпусти! Нет! – закричала я, но бесполезно.

Кроме моих криков были слышны только его стоны и характерный звук врезающихся в меня бедер. Вырваться не получилось, а потому я лишь могла тихо всхлипывать, пока он не кончил. Господи, дай мне сил все это вытерпеть.

Он вышел из меня и развернул лицом к себе:

– Мы, по-моему, вчера обо всем договорились. Больше не хочешь быть послушной девочкой?

– Ты насилуешь, пока я сплю! Думаешь мне понравится?! – вспылила я. – Больной ублюдок!

Все-таки прилетела оплеуха. На что я плюнула ему в лицо. Он оскалился и схватил меня за горло. Я в конец осмелела и вцепилась в его щеку когтями, оставляя новые царапины.

– Чтоб ты сдох! – кряхтела я, пытаясь делать вдохи. Из глаз полились слезы.

Воздуха катастрофически не хватало. Я только открывала рот, как рыба, но вдох сделать не могла. В итоге хватка парня ослабла, он меня отпустил. Горло горело, я начала закашливаться.

– Твой поганый язык все портит. Может, мне стоит его отрезать?

Хотелось снова накричать на него, но не могла: все еще сипло дышала. Мой мучитель поднялся с кровати и, выходя из комнаты, бросил напоследок:

– За дерзость останешься без еды.

Весь день я пыталась открыть окно. У меня есть простынь и одеяло, я могла бы сделать из этого канат. Но окно словно заколочено намертво. Черт! Солнце садилось. Я уставилась на лес, окружающий дом, задумчивым взглядом. Если сбежать, то куда? У меня ведь даже обуви нет.

Плевать куда! Лишь бы подальше отсюда.

Уже четыре дня прошло, а отец меня так и не нашел. Что, если и не найдет вовсе? Что, если ублюдок будет держать меня здесь несколько месяцев, пока ему не надоест? Что, если потом он передумает отпускать меня и убьет? Лучше свалить отсюда. Была бы только возможность. По ощущениям, в доме кроме меня и ублюдка никого нет. Те парни, что привезли меня сюда, давно уехали и, кажется, не возвращались. А может, они снаружи охраняют дом?

В животе заурчало. Весь день не ела и не пила. Сил снова оставалось мало. Что, если он заморит меня голодом? Мрачных мыслей становилось все больше. Не знаю, как я еще держалась и не сошла с ума. Хотя у меня уже проявлялись бесконтрольные истерики время от времени.

Он пришел ближе к вечеру. Лишь кинул мне бутылку воды на пол и закрыл дверь. Ну и ладно, хоть член свой ублюдский в меня пихать не будет. Попила немного, чтобы в туалет сильно не захотеть.

Перед сном все же захотелось. Стучала в дверь и кричала, чтобы он открыл. Спустя минут десять он, наконец, явился. В туалет меня сводил с таким лицом, будто одолжение сделал. Мразь! Молчал все время. Я тоже молчала. Еду выпрашивать не стала, хоть в животе и урчало сильно.

Он вернулся на следующий день. Звук открывающейся двери заставил меня вздрогнуть и насторожиться. Ублюдок зашел в комнату, окидывая меня взглядом. В руках нет еды.

– Иди сюда, – приказным тоном велел он мне.

Снова разговаривает. Я глубоко вздохнула и подчинилась.

– На колени.

Стиснув зубы, сделала, что он велел. Колени уже все в синяках.

– Есть хочешь?

– Да, хозяин, – тихо ответила я, глядя в пол.

– Ну так пошли. Ползи на четвереньках.

Я подняла на него ошарашенный взгляд. Он это серьезно? Судя по суровому выражению лица – не шутил. Тварь! Мало ему моих унижений? Подавляя порывы гнева, я поползла.

Нужно быть послушной, иначе не выжить. Сдохну от голода мучительной смертью. Кому нужна моя гордыня? Гордая, но мертвая или живая, хоть и подстилка. От меня требуется-то только унижаться да ноги раздвигать. Подумаешь, многие так годами живут с мужьями-тиранами, например.

Доползла до лестницы и остановилась.

– Ползи.

Издевался, ублюдок. Как на четвереньках сползать по лестнице? Он сам-то пробовал? Подавила всхлип и начала спускаться. Колени ныли все сильнее, когда я ими ненароком стукалась.

Когда заползла в кухню, остановилась и обернулась. Мой мучитель подошел к тумбе, взял тарелку и, сев на корточки, поставил на пол прямо передо мной. Большой кусок мяса. Стейк. И ничего больше.

– Ешь.

На лице явная усмешка, но глаза серьезные, пристально наблюдали за мной. Снова смотрит, насколько я готова унижаться. Перевела взгляд на кусок мяса, и потекли слюни. В животе в сотый раз заурчало.

– Будешь или нет? – издевательски спросил он.

Слеза скатилась по щеке. Я всхлипнула, а затем нагнулась и взяла кусок в руки. Встала раком и жадно вгрызлась в него, как пес, которого не кормили неделю. Почти не жевала, так глотала. Мясо было сочное и очень вкусное.

Он наблюдал за мной все это время. Нравилось ему смотреть, как я унижаюсь? Подавлял меня своим авторитетом и силой. Прав он был: никто меня не спасет. Это дома я была любимой доченькой, которой все позволяли. Здесь же я – зверушка. Питомец. Игрушка насильника и садиста.