Чтение онлайн

Как Кохрейн предполагал осуществить этот план? Можно ли было вырвать Наполеона из рук англичан и вывезти его с тропического острова? Вопросы ставят в тупик большинство людей, но не героя, захватившего множество вражеских судов и укрепленных пунктов с минимальными потерями и неоднократно бежавшего из тюрем. Если на свете есть люди, способные реализовать самые дерзкие планы, то Томас Кохрейн, безусловно, входит в их число.

Группа французских бонапартистов в США имела конкретные виды на роль Кохрейна в освобождении Наполеона: он должен был возглавить вооруженные силы, включавшие 74-пушечный корабль, две канонерские лодки, 800 морских пехотинцев и 200 — 300 офицеров и солдат [101] .

Остров Святой Елены должен был стать промежуточным пунктом путешествия Кохрейна. Он планировал встретиться с Наполеоном и предложить ему роль политического лидера Южной Америки. Наполеон принимал посетителей из разных стран и имел возможность повидаться с подданным Великобритании.

Им не суждено было увидеть друг друга. Находившийся в пути Кохрейн узнал, что испанцы в Южной Америке готовят активные наступательные действия. Чилийцы просили его прибыть как можно скорее, и он отказался от посещения острова Святой Елены [102] .

Судно Roseпересекло Атлантический океан и должно было огибать крайнюю точку южноамериканского континента. Плавание проходило без происшествий, и после долгого ожидания путешественники увидели береговую линию. Корабль находился в холодных водах, и его пассажиры наблюдали колонии пингвинов на скалистых берегах. Над их головами летали альбатросы.

Судно приблизилось к мысу Горн, и подул сильный западный ветер. В течение трех дней шел дождь и валил снег.

Корабль продолжал двигаться к югу. Наконец подул благоприятный ветер. Судно миновало мыс Горн и повернуло к северу, войдя в более спокойные воды Тихого океана.

Оно плыло вдоль берегов, и виды местности менялись. Горный край фьордов, ледников и островов уступил место густым лесам. Вдали виднелись голубые склоны и покрытые снегом остроконечные вершины Анд.

29 ноября 1818 года корабль вошел в бухту Вальпараисо и бросил якорь. Плавание заняло более трех месяцев.

Гавань окружали холмы с крутыми склонами, на которых были построены дома. В садах росли живописные кустарники и фруктовые деревья. Узкие улочки спускались к побережью и центру города, где располагались рынки, магазины, большая церковь и резиденция губернатора.

Кохрейн должен был стать активным участником важнейших событий в истории Южной Америки. Две колониальные империи — Испания и Португалия — владели странами континента в течение веков и повсюду распространили свою культуру, построив города, церкви, соборы и площади. Экономика колониальных владений постепенно росла, и народы этих стран все более ощущали всевозможные ограничения развития торговли и предпринимательства со стороны метрополий. Революция в Северной Америке и обретение свободы и независимости бывшими британскими колониями стали ориентирами для народов южного континента. Мощнейшим катализатором процессов национального освобождения явились события в Европе — захват Наполеоном обеих метрополий в 1807 — 1808 годах.

Лидером освободительного движения на севере континента был Симон Боливар, на юге действовали генералы Хосе де Сан-Мартин и Бернардо О'Хиггинс.

Сан-Мартин родился в Аргентине и успешно воевал против армии Наполеона в Испании. Вернувшись в Южную Америку, он вновь проявил себя способным военачальником. В январе 1817 года он повел освободительную армию через горные перевалы, затем одержал победу над испанцами в битве при Чакабуко и вошел в Сантьяго. Он отклонил предложение встать во главе независимой республики Чили и уступил эту честь своему другу О'Хиггинсу.

Бернардо О'Хиггинс — сын ирландца, который был испанским вице-королем Перу. Он получил образование в Перу и Англии, вернулся в семейное имение в Чили и вступил в ряды освободительной армии. О'Хиггинс блестяще проявил себя в боях, участвовал в переходе через Анды и покрыл себя славой в битве при Чакабуко. Он отлично понимал, что победы на суше будут бесполезными без контроля над морем.

Узнав о прибытии Кохрейна в Вальпараисо, О'Хиггинс покинул президентский дворец в Сантьяго, сел в свой экипаж и поспешил навстречу новому командующему флотом. Верховный правитель Чили пригласил Кохрейна и прибывших с ним людей в Сантьяго.

Кохрейны прибыли в столицу Чили 4 декабря. Последовала череда банкетов и балов, которая продолжалась несколько дней. Молодая и прекрасная леди Кохрейн произвела очень хорошее впечатление на участников торжеств.

Все изучали лорда Кохрейна, и американский представитель Джордж Ворсингтон определил его особенности: он очень прям в выражении своих мнений и замечаний, при этом не авторитарен и ведет себя без помпы. Несколькими днями позже Вор-сингтон встретил Кохрейна на обеде у генерала Сан-Мартина и отметил, что Кохрейн — «человек необычных талантов, большой искренности и защитник гражданской свободы» [103] .

Кохрейн был признателен чилийцам за их гостеприимство, но начал тяготиться явной потерей времени. Он напомнил О'Хиггинсу, что приехал воевать, а не пировать.

11 декабря он стал гражданином Чили и был официально назначен вице-адмиралом и главнокомандующим чилийским флотом. Жалованье Кохрейна устанавливалось в долларах и было эквивалентно сумме 1200 фунтов стерлингов в год.

9 января 1819 года Кохрейн получил приказы от Хосе Зентено, морского министра Чили. Он должен был возглавить морскую экспедицию, осуществить блокаду порта Каллао, отрезать военно-морские силы вице-короля Лимы, чтобы затем разбить их по частям. Экспедиция должна была способствовать движению патриотов и сбору разведывательных данных. Следовало захватывать испанские суда и собственность испанцев. В то же время Кохрейн должен был избегать столкновений с превосходящими силами противника и всякого риска, который мог поставить под сомнение будущую военную операцию в Перу.

Порт Каллао стал первой целью кампании, поскольку он являлся главной испанской военной базой на Тихоокеанском побережье. Каллао — порт Лимы, перуанской столицы и административного центра испанской колониальной империи в Южной Америке. Пока испанский флот контролировал морские пространства данного региона, существовали постоянные угрозы независимости Чили и большие трудности в деле освобождения Перу.

Эскадра под командованием Кохрейна состояла из семи кораблей — трех фрегатов, трех бригов и шлюпа. Флагманским кораблем вице-адмирала Кохрейна стал фрегат О'Хиггиис— 50-пушечное испанское судно. Оно было похоже на бывший корабль Кохрейна — фрегат Империуз,также сделанный в Испании. На кораблях чилийского флота не хватало оборудования, но моряки были полны энтузиазма.

Этот флот был новой организацией. Он не имел традиций и нуждался в опытных кадрах, которые были найдены в Великобритании и Северной Америке — всего 1400 человек. Две трети моряков чилийского флота и почти все офицеры были британцами и североамериканцами. К морякам присоединились 400 чилийских морских пехотинцев.

Заместителем Кохрейна был назначен контр-адмирал Мануэль Бланко Энкалада, двадцативосьмилетний чилиец. Это был храбрый морской офицер, который ранее служил в артиллерии.

Третьим по рангу офицером был Роберт Форстер из Нортумберлэнда. Он служил в британском флоте в течение двадцати лет и был участником операций в Бискайском заливе, Балтийском море и в Америке. Кохрейн нанял его в Лондоне и теперь назначил капитаном флагманского корабля.