Чтение онлайн

Спустя несколько бесконечно странных мгновений, я все же смогла сделать нормальный вдох. Он отозвался такой дикой болью, что мой стон, кажется, был слышен за километр. Разноцветные пятна перед глазами стали гораздо ярче, не позволяя разобрать за ними хоть что-то. Зато мир взорвался звуками, будто кто-то резко вынул вату из моих ушей. Крики, гудки, скрежет металла – все это обрушилось на меня.

Мозг был охвачен паникой, тело – болью, но я понадеялась, что адреналин, который – уверена – выработался в избытке, поможет подняться и найти маму.

Это единственное, что сейчас имело значение.

Плечо, на которое я упала, потеряло чувствительность, рука мелко дрожала. В глазах немного прояснилось, но теперь мир начал вращаться. Каждый вдох отдавался болью в грудной клетке. Очень болели ноги – особенно левое колено. Я пошевелила обеими – кажется, не сломаны. Дикими усилиями мне кое-как удалось приподняться, оперевшись на менее пострадавшую руку. Ко мне кто-то подбежал и помог встать. Пережив приступ резкого головокружения, я наконец смогла оглядеть место аварии.

Автобус проехал вперед еще какое-то расстояние, прежде чем окончательно остановиться. В общей куче собралось по меньшей мере десять машин, и это только то, что я смогла разглядеть со своего места. Везде был покореженный металл, куски пластика и осколки стекла.

И тут неподалеку на земле я заметила знакомую бежевую куртку с коричневыми вставками.

Мама!

Тот, кто помог мне подняться, уже убежал, а я с упорством, невиданным прежде, поковыляла к автобусу.

Мир все еще вращался, рука не двигалась, а ноги нещадно болели, но сейчас происходящее сузилось для меня до матери, лежащей на холодной земле у покореженного автобуса.

Я рухнула около нее на колени, даже не заметив боли. Правая рука не двигалась, но левой я отодвинула ворот маминой куртки и надавила на шею, чтобы нащупать пульс. Меня всю трясло, поэтому я не смогла ничего понять.

– Мама! Мама! Мамочка, пожалуйста, очнись, прошу тебя, мамочка! Кто-нибудь, помогите! Помогите, пожалуйста!

Мои крики потонули в общем шуме и голосах других людей.

Неужели никто не поможет?!

Я кое-как расстегнула мамину куртку и приложила ухо к ее груди. От такого резкого наклона перед глазами снова помутилось, мир сделал немыслимый кульбит. Однако ничто не могло отвлечь меня от тишины, которую слышало мое ухо.

– Нет, нет, нет! Мама! – кричала я. Слезы полились из глаз. Быстро привстав, я начала делать непрямой массаж сердца, но у меня не было никакого опыта в этом, и к тому же только одна рука.

– Помогите! Кто-нибудь! – закричала во все горло, захлебываясь воздухом.

Ко мне подбежал какой-то мужчина.

– Что такое?! – спросил он, быстро осматривая нас с мамой.

– Кажется, сердце н-н-не с-с-слышу. – Меня затрясло. – Н-не могу, рука н-н-не дв-вигается.

Незнакомец быстро склонился над мамой, послушал и принялся делать непрямой массаж сердца.

Хрустнули ребра.

Ничего, это ничего, так и должно быть! – всхлипывая, говорила я себе.

Мужчина ритмично давил на мамину грудную клетку, прерывался, делал искусственное дыхание, а я ничем не могла помочь – боль в груди не давала нормально вдохнуть.

Я наклонилась, из-за чего голова закружилась сильнее, взяла маму за руку и про себя, как мантру, повторяла:

Ее сердце обязательно снова забьется! Обязательно!

Но шли минуты, и я все сильнее погружалась в панику.

«Пожалуйста, живи! Пожалуйста, мамочка! Ну, спасите же ее! Бог, дьявол, да хоть кто-нибудь, только спасите! Что угодно…»

В тот момент я даже не думала, как глупо такое просить. Кого-то звать. Да и что божественные силы, если они все же существуют, могут от меня хотеть? К тому же как смогут сообщить свое желание?

Когда ты спокоен, такие вопросы не заставят себя ждать. Но я не была спокойна. Меня поглотила пучина самого настоящего, всепоглощающего отчаяния. И я могла лишь умолять о помощи.

Выпрямившись, чтобы немного уменьшить головокружение, я увидела, как кто-то подошел сбоку. Подошел медленно, словно размеренно прогуливался. Мое внимание привлекли совершенно чистые черные кожаные ботинки.

Как они могут быть чистыми в этом кошмаре?

Я подняла голову. Рядом с нами стоял мужчина в простом, но элегантном черном пальто, на шее – темно-синий шарф. Одежда резко контрастировала с волосами пепельного оттенка и ярко-голубыми глазами. Он был без шапки, но, казалось, мороз его вообще не беспокоил.

Незнакомец просто стоял и смотрел на маму, лежащую на земле.

– Она уже слишком далеко, чтобы вернуть ее таким способом. Тут нужно средство помощнее. – Проговорил тот спокойно.

Не знаю почему, но я застыла. Думала, что должна отвернуться, проверить, как там мама, но все же не двигалась и смотрела на незнакомца.

– Вы кто?

– Ты же сама звала на помощь, вот он я, пришел. – Он развел руками в этаком жесте «та да-а-а!»

– Кто вы? Кого я звала? – Я непонимающе уставилась на него, а потом разозлилась. – Если можете помочь, помогите, прошу вас! Но если нет, идите к черту! – с этими словами я наклонилась к матери и заметила, что мужчина, делавший массаж сердца, застыл в середине движения.

Перевела взгляд на аварию и ахнула.

Все замерло! Словно кто-то нажал на паузу. Установилась неестественная тишина. Не кричали пострадавшие, не лязгал металл – люди вокруг застыли, будто восковые фигуры. Не двигались, не дышали. Даже ледяной зимний ветер больше не дул в лицо.

– К черту я всегда успею, кто-то из них постоянно свободен. – Усмехнулся тем временем незнакомец.

А я, кажется, начала терять связь с реальностью. Возможно, уже сама валяюсь в отключке, и мне видится… всякое.

– Ты в сознании, но на объяснения времени нет. – Снова услышала его голос. – Ты звала меня или хоть кого-нибудь, лишь бы спас твою мать. Что ж, не очень-то вежливо, но раз уж я здесь, пожалуй, помогу. Собственно, других вариантов у тебя все равно нет.

– Что происходит? – начала было я, а он в ответ закатил глаза. – Ай, к дьяволу, вы можете спасти мою маму? – в своем безумии можно покопаться и позже.

– Вот это я понимаю: правильная расстановка приоритетов. Могу и даже буду настолько добр, что действительно сделаю это. Тебе повезло, немногим улыбается такая удача.