Чтение онлайн

— Ну вот, отлично, теперь вы не будете смотреть на меня голодными глазами во время нашей беседы, а это главное. Итак, молодой человек, ты откуда?

Паладин сморгнул, приходя в себя, с сожалением поглядел в пустую и даже вычищенную до блеска миску и ответил:

— Командир тринадцатого походного полка Империи Альтемир, к вашим услугам.

— Ну что так официально-то, у нас все, как я понимаю, тихо и по-семейному, да, дочка? — Сель подмигнул демонессе, которая с полагающейся стыдливостью устремила взгляд в столешницу. — А как он к фениксам относится, а, не скажешь отцу?

— Резко отрицательно. Ночное огненное шоу во многом его рук дело. — Тон девушки сразу изменился, став подчеркнуто деловым.

Лесник обрадованно глянул на паладина:

— Молодец, молодец! Может быть, дочка, папа и одобрит твой выбор. Когда-нибудь. Ну да ладно. Итак, Сетэль, я понимаю, тебе от меня нужны последние известия?

— Хотелось бы узнать, папа. Больше всего меня интересует Барлен. Вернее, его повелитель.

— Умница, девочка, сразу видно, что вся в меня пошла, нашла что спросить. Барленский феникс собирается в поход — по крайней мере, так было полчаса назад. Думаю, сейчас он уже отправился. От Барлена до Аполея две сотни лиг, к вечеру они будут здесь. Сама-то летучая курица добралась бы куда быстрее, а вот ее отряды, даже притом, что она посадила их всех на огненных дракончиков, задержатся. Так что у вас есть время подготовиться.

— Спасибо, отец. Больше никто не собирается почтить нас своим визитом?

— Да ты же знаешь этих фениксов. Каждый из них считает себя самым лучшим, самоуверен донельзя и готов перегрызть другому глотку за лишний лучик солнца или еще одного демона под своей опекой. Они все индивидуалисты — каждый будет желать проигрыша предыдущему и только потом нападет сам. До сих пор непонятно, как же они все-таки умудрились объединиться в свой Совет, который, к слову, обладает просто запредельной верой в собственные силы даже сейчас, после сокрушительного поражения от гномов. Но это играет тебе на руку: Совет не считает тебя сколь-либо опасной. Уверен, что здесь, в Аполее, тебе просто повезло, и не собирается вмешиваться сам. Это официальная версия — на самом же деле у него полно других дел. Насколько я слышал, у фениксов шаткое положение на всех фронтах. Так что шанс отличиться получил ближайший петушок из Барлена, и он горит желанием показать личные умения, дабы посрамить всех остальных. Заметь, он старше и опытней, чем был здешний, и куда хитрее — жди от него чего угодно. Я сам, как понимаешь, помочь тебе ничем не смогу.

— А почему? — все-таки не выдержал паладин, до этого героически державшийся, чтобы не перебить обстоятельный монолог лесничего. — Ваши знания поразительны, вы, должно быть, могучий маг!..

— Я лесничий, парень. Моя дочурка, наверное, тебе еще не объяснила — в Эмпире такие, как я, являются связными между разными частями страны. Лес есть везде — кроме, пожалуй, северных лавовых полей, и, значит, везде есть наши глаза и уши. Алая Армия создала сеть вестовых в годы своей величайшей силы, но и даже когда Сетэль была побеждена, мы не бросили своего дела. Кто-то, разумеется, переметнулся к новым хозяевам, но, хвала пламени, мои лучшие друзья сохранили верность старым идеалам и просто выжидали удобного момента. И теперь этот момент настал, мы уже обсудили все с северянами. Лесничий в окрестностях Барлена, одного из трех наших крупных городов, сообщил, к примеру, что тамошний феникс собирается напасть на Аполей. К слову, если вы сможете заломать эту тварь, сам город будет вашим — Совет сейчас слишком занят, чтобы прислать кого-нибудь на замену, и путь на север для вас будет открыт.

После таких новостей, разумеется, желания посидеть за неспешной беседой не осталось, Альтемир поспешно распрощался и вышел. Сетэль подошла к отцу чмокнуть его на прощанье и утонула в его медвежьих объятиях. Сель, покачав головой, негромко проговорил:

— Что ж ты натворила, солнце ты мое глупое? Ты ведь знаешь, какую цену заплатишь в случае неудачи.

Сетэль, закрыв глаза, вздохнула, но уже в следующее мгновение непреклонно сдвинула брови:

— Значит, я просто должна преуспеть.

— Этот парень, дочка, упрямей тяглового дракончика и тверже камня. Тебе не пробиться к его сердцу и за год, уж я-то знаю, о чем говорю.

— Папа, — демонесса взяла лицо лесничего в ладони и посмотрела ему в глаза, — давай не будем. Что сделано, то сделано. И по-другому я поступить не могла.

— Ох, горе ты мое. — Сель еще раз прижал дочку к себе, на прощанье. — Ну ладно. Буду надеяться на твой успех. Иди догоняй, а то заскучает.

Демонесса выскочила из избушки, приветливо улыбнулась снова мрачному паладину, и оба двинулись по узкой лесной тропинке обратно в город. Следовало предупредить остальных и готовиться к сражению. Терпения у паладина хватило ровно до того момента, как избушка скрылась за деревьями, но первый его вопрос демонессу удивил, она ждала несколько другого.

— Если это папа-демон, то где же тогда мама?

— И я очень тебе благодарна, что ты усидел и не спросил это при отце. — Девушка вздохнула. — Для него это до сих пор больная тема. Она «срочно уехала по делам», еще когда я была маленькой. Как именно это случилось, я пока так и не выяснила — не было ни времени, ни особого желания, если честно. Но я точно знаю, что без фениксов здесь не обошлось, и поэтому мы с отцом были бы рады увидеть каждого из них на вертеле. И делаем все для этого.

На сей раз молчание продлилось чуть дольше, но нарушено было снова Альтемиром, и уже в куда более возмущенном ключе:

— И кстати, что это за чушь про семейные дела?! Откуда вообще твой отец это взял?!

Сетэль, устало закатив глаза, легким движением коснулась своей щеки и поглядела на своего спутника:

— Вот отсюда. Мы связаны с тобой, дурашка. Одинаково видим и чувствуем, а когда связь наберет силу, то и думать начнем одинаково. Это необратимо. Ну и дура же я была, когда полезла тебя спасать таким образом, ведь знала же, что ты по характеру не подарок…

Альтемир обиженно вскинулся:

— Это кто еще не подарок из нас двоих!

— Я, по крайней мере, тебя своими руками сжечь не обещала!

— Зато накинула аркан на шею и будешь давить медленно, но верно!

— Правильно тебе все, включая кошек, говорят, что ты дурак! Какой мне смысл это делать?! Чтобы самой почувствовать все то же самое?! Ты, наверное, первый, кто не радуется такому чудесному подарку! Я тебе что, вообще не нравлюсь?

И здесь паладин, не успев затормозить и летя по волнам скандала на всех парусах, совершил большую ошибку:

— Вообще!

— Тьфу на тебя!

Оба, скрестив руки, отвернулись в разные стороны и даже отдалились друг от друга, всем своим видом показывая, что знать они друг друга не знают. Лесничий Сель, наблюдавший за этой сценой с безопасного удаления, расхохотался так, что чуть не свалился в траву. Причина его веселья стала понятна очень скоро — паладин и демонесса быстро ощутили, что связь между ними живет и здравствует, умножая все чувства сами на себя. Чтобы уже через минуту не разрыдаться от горькой, неизбывной обиды, обоим надо было срочно помириться — или хотя бы успокоиться и перестать мысленно вырывать друг другу волосы.

Сетэль, взяв себя в руки первой, сразу же решила, что невнимание к своей особе она этому человечишке еще припомнит, и постаралась запрятать эту мысль как можно глубже, чтобы подготовить первоклассный сюрприз. Паладин же, подуспокоившись, просто шествовал, пощипывая кончик носа, и размышлял о том, как им предстоит справляться со вторым фениксом. Так, процессией, оба и вернулись обратно в Аполей. Сетэль шагала впереди, метая взглядом молнии и разгоняя всех со своего пути, а Альтемир составлял ей достойную пару.